Восхождение

Никита уже спокойно мог идти без сопровождающего и поэтому, зайдя в комнату, взял полотенце и направился в душевую, находившуюся в левой половине дома, принадлежащей мужскому населению клана. Для женщин существовала отдельная половина, и хождение туда для чужака строго воспрещалось. Нет, остальные-то как раз охотно посещали правое крыло огромного здания. Оно, как сумел рассмотреть Никита, состояло из нескольких блоков. В одном жила верхушка Семьи, в остальных поселились инфорсеры, семейные, работники клана, обеспечивавшие жизнедеятельность анклава. Периметр охранялся как армейская база несколькими десятками вооруженных людей. Был свой гараж с большим количеством машин. Ежедневно возле мощных металлических ворот скапливалось до пятнадцати автомобилей разных марок. В гости к дядюшке Миншу приезжали очень серьезные люди с кучей телохранителей. Переговоры шли ежедневно, и Никита сделал вывод, что готовится какая-то крупная силовая акция.
Вытирая на ходу волосы, Никита зашел в комнату и остановился на пороге, удивленный. На стуле, закинув ногу на ногу, сидел Жонг.
– Заходи, Ник, не стесняйся, – пошутил заместитель-вербовщик. – Мне сказали, что ты провел бой с Зихао. Очень достойно провел. Обычно против него не выдерживают больше двух минут. А ты умудрился его на землю повалить.
– Я же не знал, что он великий боец, – пробормотал Никита, вешая полотенце на вешалку. Сейчас жарко, высохнет быстро. – Меня, кстати, тоже с ног сбили.
– Да, – кивнул Жонг. – Достойный бой достойных противников. Как идет твое лечение?
– Никак, – пригладив влажные волосы, Никита сел на кровати. – Ваш главный даос пытается убрать кокон, но ничего не получается. Сначала пять минут пыжится, руками оглаживает, а потом с ругательствами уходит.
– Почему? – полюбопытствовал вербовщик. – Он объясняет свое поведение?
– Мне – нет. А дядюшке Миншу обязательно говорит. Ему ведь положено докладывать о чужаке?
– Человек, вызвавший демона, неправильно провел обряд и неточно объяснил роль для своего инфернального помощника, – вздохнул Жонг. – Теперь демон окружил себя защитным коконом. Трудно будет его уговорить покинуть твою душу.
– Уговорить? – не поверил Никита. – Как можно уговорить инфернальную сущность? Это энергетическое заклятие, не больше! Господин Веймин может играючи разрушить его оболочку! Жонг, скажите мне, что вы планируете с моим участием? Может, пришла пора раскрыть все карты?
– Увы, – пожал плечами вербовщик, но продолжал сидеть на месте, поглядывая на Никиту. В его глазах читалось непонятное сомнение, относящееся то ли к себе, то ли к молодому чужаку. – Мне не по силам надавить на кланового брата. Магия – его территория, и я туда не лезу. Впрочем, ты прав. Рано или поздно придется тебе рассказать, зачем ты здесь.
Рассказ Жонга слегка потряс Никиту. Он даже не подозревал, насколько изощренно действовали Небесные Драконы, чтобы молодой волхв попал в патовую ситуацию. Какой механизм нужно было запустить, чтобы вывести его из Цитайхэ и тайком переправить в Далянь, за несколько сотен километров от точек входа в порталы! Двое суток в беспамятстве, потом еще три дня на восстановление жизненных функций и очищения ауры.
Можно было с уверенностью сказать, что Никита попал в руки клана Небесных Драконов случайно, и на его месте ожидали увидеть Хазарина. Для какой надобности – Жонг начал рассказывать исподволь.
Два месяца назад младшая дочь господина Джинхэя – того самого улыбчивого толстяка-казначея – оказалась похищенной кланом «Волшебного Лотоса», самого главного соперника «Небесных Драконов» в Даляне. В руках «Лотоса» сосредоточен черный рынок валюты, торговля рабами и их органами, подпольные публичные дома. «Драконы» же держали всю торговлю оружием в своих руках, а также подпольные и официально разрешенные казино на Ляодунском полуострове и на другой стороне Чжилийского залива в городе Яньтай. Кроме таких прибыльных предприятий дядюшка Минш крепко вцепился в торговлю морскими биоресурсами: жемчуг, кораллы, крабы, креветки… Львиная доля прибыли шла в казну клана. Казалось бы, сфера влияния четко очерчена и определена. Но с недавних пор через морские порты Ляодуна пошел мощный поток магического наркотика «радуга», как в кристаллах, так и в совершенно новом качестве – в физиологических растворах, которые нужно загонять в организм с помощью инъекций. Старший брат Минш решил взять под свой контроль наркотрафик, но верхушка клана «Лотоса» думала совершенно идентично. Разгорелась нешуточная война, доходящая до полномасштабных боевых действий как на суше, так и на море.
  
– А разве поделить рынок не было бы логичным исходом? – удивился Никита. Торговля наркотической «радугой» действительно приносит баснословные барыши, и, даже разделив поток, можно жить припеваючи. Но триады не любят конкурентов. Столкновение двух мощных распространителей приведет лишь к бойне, это невооруженным глазом видно.
– Пробовали, как ни странно, – перекинув ногу, ответил Жонг. – Господин Киу вышел с предложением уладить все мирно. Никому же не хочется развязывать войну в мирном и тихом Даляне. Отказ нас не удивил. Все логично. До этих переговоров мы успели потопить десяток морских судов друг друга, убить пару сотен человек в уличных разборках – какой же здесь мирный договор?
– Триады настолько щепетильны?
– Еще как! – воскликнул Жонг. – Щепетильность и сохранение своего лица – залог того, что тебя не скинут с верхушки холма. Приходится соответствовать статусу.
– А при чем здесь я? Как связано мое появление с попыткой взять на контракт русского мага? Учтите, что сейчас я слаб настолько, что не смогу зажечь даже крохотный огонек на кончике пальца. Мне нужна разблокировка кокона. Иначе смысла держать меня здесь вообще не вижу, – Никита слегка разволновался. Рассказ Жонга подталкивал к однозначному выводу. Грядет нешуточная война между кланами.
– К сожалению, Никита, твое положение сейчас не самое лучшее, – вздохнул вербовщик. – Дар заблокирован, и мы ломаем голову, как помочь тебе. Иначе война закончится нашим разгромом. У Лотоса шесть квалифицированных даосов высокого ранга. В нашем клане всего трое, и эта недоработка очень нас огорчает. За короткое время Веймин попытался законтрактовать магов со стороны, но никто не согласился, кроме русского.
– Хазарина?
– Да, именно его.
– Но ведь у него был свой контракт с военными.
– Который заканчивался через месяц, – быстро ответил Жонг. – Он уже дал предварительное согласие нашему агенту, но тут на беду выскочил ты. Очень плохо. Согласись, в том, что ты здесь – доля твоей вины. Если бы не ваша огненная разборка… Дядюшка Минш хотел избавиться от тебя, долго кричал и бил по лицу Веймина за такой прокол. Нам с трудом удалось отстоять право Веймина заняться тобой. Но что-то идет не так, и наш даос очень злится на самого себя.
– На себя? – уточнил Никита. – Или же на меня?
– На себя, – еще раз уточнил Жонг. – Ты слишком эмоционально воспринимаешь наше отношение к тебе, как к чужаку. Поверь, это не так.
– Ближе к делу, Жонг, – попросил Никита, уже устав от словесных вывертов, которыми славились говорливые азиаты. – Есть одна проблема, как я понял. Вы не сможете вернуть мне Силу, вследствие чего я не смогу помочь вам вернуть дочь Джинхэя. Ведь вы хотите провести силовую акцию по ее освобождению?
– Верно, – кивнул Жонг. – Нам поставили ультиматум, который истекает через три дня. Потом голова милой Ликин вернется в клановый дом отдельно от туловища. Сейчас Джинхэй улыбается, но кто знает, что творится в его сердце.
– Суть ультиматума?
– Отдать трафик «радуги» клану Лотоса. Полностью, без всяких претензий. Даже не обсуждается.
– Поэтому ваш… как его? Киу? Он собирает союзные кланы?
– Не совсем, – поморщился Жонг. – Если мы и «Лотос» призовем союзников, то начнется нешуточная война. Она привлечет внимание правительства, что в наши планы не входит. Будем действовать мелкими группами от союзников. Сегодня вечером все задействованные «сей коу джай», то бишь рядовые бойцы, будут здесь. Проведем анализ ситуации, разработаем план освобождения девушки, наметим задачи для каждой группы.