Коммандер Граймс (сборник)

— «Принцеса Хельга» — «Щитоморднику». Слышу вас хорошо. Давайте свое сообщение.
— Полностью вышел из строя Движитель Манншенна, — произнес Словотный. Просим помощи: если возможно — починить, в противном случае — отбуксировать. Координаты… — он зачитал серию цифр с бумажки, переданной фон Танненбаумом.
Вместо девушки на экране появился мужчина, тоже светловолосый и синеглазый. Шлем с рогами подходил бы к его хищной усмешке куда лучше, чем форменная фуражка.
— Вашего капитана, пожалуйста, — потребовал он.
Граймс вылез из своего кресла и пересел в освобожденное Словотным.
— Лейтенант Граймс, командир курьера «Щитомордник».
— Капитан Олаф Андерсен. Что я могу сделать для вас?
— Могут Ваши «имамы» помочь нам с Движителем?
— Сомневаюсь. Они и лампочку поменять не умеют.
— Как насчет буксира до Дартаны?
— Невозможно, капитан. Я могу дотащить вас до моей Базы на Скандии. Там прекрасные ремонтные доки.
Граймс не торопясь взвесил все варианты. Скандия, одно из маленьких независимых королевств, практически не поддерживала отношений с Межзвездной Федерацией. В самом лучшем случае, скандийцы сдерут с них за ремонт тройную цену… правда, сей фантастический счет придется оплачивать не Граймсу. В худшем — их посадят под арест. Потом дипломатический конфликт… на который ФИКС отреагирует адекватно.
«Ну и что?» — подумал Граймс. Его и так обошли повышением — а это не способствует служебному рвению. Комиссар вбила в гроб его преданности Службе последний гвоздь.
Комиссар…
— Что здесь происходит? — холодно осведомилась упомянутая леди.
Опять она пытается заправлять!
— Я принимаю помощь, — ответил Граймс. — Иначе нам придется болтаться здесь… — он показал на иллюминаторы, за которыми была только тьма, исколотая яркими немигающими звездами, — в этом чертовом ничто, с каждым днем все сильнее задумываясь о каннибализме.
— Очень смешно, лейтенант, — она перевела взгляд на экран. — На этом офицере Скандийская форма?
— Разумеется, мадам, — вмешался капитан Андерсон — похоже, он быстро разобрался, что к чему. — Капитан Олаф Андрсен, к вашим услугам.
Он широко улыбнулся.
— А вы, если я не ошибаюсь, — миссис Комиссар Далвуд из Адмиралтейства Федерации. Судя по последним донесениям нашей разведки, Вы держите путь на Дартану. — Он снова улыбнулся: — Держали.
— Мистер Граймс, я запрещаю вам принимать помощь от этого судна.
— Миссис Далвуд, как командир этого корабля, я обязан делать все возможное для спасения его и людей, находящихся на нем.
— Мистер Словотный, вы сейчас же пошлете сообщение на Базу Линдисфарна и потребуете немедленной помощи.
Словотный вопросительно взглянул на Граймса. Граймс мрачно кивнул. Ухмыляющаяся физиономия скандийца исчезла с экрана, сменившись мешаниной цветов, — антенна отвернулась от чужого корабля. Из динамика раздалось невнятное монотонное бормотание. Радист отчаянно крутил ручки настройки.
— Они глушат наши сигналы, — объявил он в отчаянии. — У них есть какое-то хитрое оборудование, и они слишком близко.
— Вы уверены, что не сможете пробиться? — настойчиво спросила Комиссар.
— Совершенно уверен, — твердо ответил Словотный.
Миссис Далвуд фыркнула и повернулась к Холлистеру.
— Мистер Холлистер, мне придется положиться на вас.
— Как насчет вашего собственного хромированного телепата? — язвительно поддел Граймс.
Она метнула на него яростный взгляд.
— Джон передает и принимает только на коротких расстояниях. И он не может пользоваться органическим усилителем, как ваш мистер Холлистер.
— А мой усилитель вышел из строя, — заявил Холлистер.
— Что вы имеете в виду? — спросил Граймс.
— Вы понимаете… Должно быть… взаимопонимание между псиоником и его усилителем. Усилитель — это мозг живой собаки… — Тон телепата выражал безграничное терпение.
— Я знаю, знаю, — прервала его Комиссар. — Дальше. Холлистер не собирался торопиться.
— …Такое взаимопонимание, какое существует между добрым хозяином и преданной собакой — только глубже, намного глубже. Обычно у каждого из нас есть собственный усилитель, но мой недавно умер, и я унаследовал усилитель мистера Дина. С самого начала моей службы на этом корабле я старался завоевать его доверие, его любовь. Я уже неплохо продвинулся — но не смог внушить ему ощущение безопасности, когда началась флуктуация поля темпоральной прецессии. Такое переживание может испугать даже человека, понимающего, что происходит, а для собаки это еще страшнее. Так что…
  
— Что? — взорвалась женщина.
— Так что мой усилитель бесполезен — абсолютно вышел из строя. Но… Холлистер бодро улыбнулся, — я могу связаться с «Принцессой Хельгой» когда вы захотите.
— Не стоит беспокоиться, — прорычала она и воскликнула, обращаясь к Граймсу: — Сколько курьеров в вашей службе — почему мне попался именно этот?
«Действительно, почему?» — мысленно спросил Граймс.
Даже Комиссару пришлось бы поставить капитану Андерсену и его команде «пятерку» по астронавигации. «Принцесса Хельга» вышла в нормальный ПВК всего в футе от дрейфующего «Щитомордника». Только что за иллюминаторами царила чернота космоса — и вдруг появился корабль — туманный силуэт, который быстро уплотнялся. И вот он висел рядом — огромное веретено из сверкающего пластика и металла. Стремительность обводов несколько нарушали орудийные башни и антенны. Секунда — и на нем выскочили с почти взрывной скоростью пневматические буферы. Еще секунда — и люди на «Щитоморднике» услышали и ощутили глухой удар магнитных якорей: корабли состыковались.
— Я держу вас, капитан — раздался голос Андерсена, приятный, с легким акцентом. — Приготовьтесь к ускорению. Приготовьтесь к запуску Движителя Манншенна.
— Надеюсь, вашего поля прецессии на нас хватит, — буркнул Граймс.
— Разумеется. В любом случае, между нашими кораблями есть физический контакт.
— Куда вы нас повезете? — спросила Комиссар.
— В Кобенхевен, конечно, мадам. На Базу Скандии.
— Я требую, чтобы вы довезли нас в ближайший порт под юрисдикцией Федерации.
— Вы требуете, мадам? — Граймс, взглянув на экран, отметил, что Андерсен прямо-таки упивается ситуацией. — Извините, но у меня есть приказ.
— Это пиратство! — взорвалась она.
— Пиратство, мадам? Капитан вашего корабля попросил о помощи, и он ее получит. Кто просит, не может выбирать. В любом случае, Космический закон ясно говорит, что направление полета выбирает капитан буксирующего судна.
— В таком деле Федерация проявит щедрость. — В голосе Комиссара послышались молящие нотки — или это только показалось?
Андерсен перестал улыбаться.
— Я скандиец, — сказал он. — Я верен собственной планете и моей службе. Приготовьтесь к ускорению.
Экран померк. Миссис Далвуд едва успела упасть в свободное компенсаторное кресло, когда навалилось ускорение. По буксировочным тросам пробежала вибрация — люди в рубке смутно различили неровный шум инерционного двигателя «Принцессы». И почти сразу возникло чувство временной и пространственной дезориентации — поле темпоральной прецессии крейсера накрыло оба судна.
— Вы знаете, что это будет значить для вашей карьеры, — резко бросила Комиссар.
— Ну и что? — отозвался Граймс. Сейчас он думал о другом: как «Принцессе» удалось запустить инерционный двигатель прежде Манншенна и как они сумели обойтись без нацеливания на звезду.
— Вы знаете, что это будет значить для вашей карьеры, — повторила миссис Далвуд.
— У меня ее нет, — ответил Граймс. — Больше нет.
Почему-то это не имело никакого значения.
Полет до Кобенхевена проходил не слишком приятно.
Комиссар даже не пыталась скрывать свои чувства — особенно те, которые относились к Граймсу. Он знал, что Розалин на его стороне — но чем могла помочь простая горничная? Она бы сделала многое, чтобы он чувствовал себя не таким несчастным, но ее хозяйка потрудилась этого нее допустить. Офицеры пока были на стороне Граймса — но их лояльность уже пошатнулась. Все верно им тоже надо заботиться о карьере. Но Граймс по-прежнему был капитаном, они были обязаны выполнять его приказы — и Комиссар тоже хорошо это знала. Как ни странно, только Холлистер — новичок, изгой — откровенно демонстрировал симпатию. Но он лучше остальных знал, что творилось в голове у Граймса.