"Фантастика 2024-22. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Герон не удержался от усмешки. Дилль был прав — торговец попался на крючок. Причём, даже раньше того, как прибудет мнимый курьер. Вот как жадность лишает людей разума!
— В кабак? Заманчиво звучит. Я почти согласен, вот только мне велели продавать по два окса.
— Но ты же понимаешь, что я не смогу продавать дороже, чем сейчас просишь ты, — всплеснул руками торговец.
— Э-э, перестань! Если бы не пожар и не крайняя нужда в деньгах, мы бы продавали такую порцию за золотой окс.
В глазках Джилбруна заплясали огоньки алчности, однако он по-прежнему пытался уговорить монаха. Герон в свою очередь доказывал, что два сребреника — это смешная цена. Потом Герон сделал вид что сдаётся и махнул рукой.
— Ладно, уговорил — полтора сребреника. Скажу настоятелю, что один большой кувшин я разбил по пути.
— По рукам!
— По рукам! Лошадь с телегой, разумеется, в цену не входит.
— Ну, о чём разговор, достопочтенный! Твоё копытное меня не интересует. Давай, выгружай товар ко мне.
Тем временем собравшиеся люди шумели и ругались, требуя продать им животворящее зелье. Герон поднял руки, требуя тишины, и зычным голосом объявил:
— Сейчас вы получите знаменитый карлисский эликсир, только подождите немного — нам с этим торговцем надо кое-что решить.
И удалился вслед за Джилбруном в лавку. Не прошло и пяти минут, как монах снова появился на улице и направился к телеге, при этом его раздувшийся кошель весело позвякивал на каждом шагу. Герон благословил толпу, пригласил всех посетить Карлисс и уехал. Джилбрун, ласково улыбаясь покупателям, объявил:
— Полкружки целительного карлисского эликсира теперь стоит три сребреника. Но поторопитесь — завтра цена может подскочить до четырёх…
Народ, как по команде, дружно начал расходиться в разные стороны.
— Эй, эй, вы куда? Это же карлисское чудо! Берите по два сребреника, я пошутил! Куда же вы?!!
Джилбрун надрывался до тех пор, пока последний потенциальный покупатель не скрылся за изгибом улицы. И тут в голову торговца закралась нехорошая мысль, от которой он разом вспотел. Он макнул палец в жидкость, понюхал, затем лизнул…. Ничего особенного, разве что чудесный эликсир запахом весьма походил на… лошадиную мочу — мальчишки-то наполняли посуду из лужи возле конюшни.
— Чума на твою голову, монах! — заорал он. — Я найду тебя даже на краю света и заставлю вернуть мои деньги втройне! Я выпущу твои кишки и намотаю тебе же на шею! Я натравлю на тебя всю стражу Тирогиса…
На крики торговца начали выглядывать обитатели верхних этажей соседних зданий. Невесть откуда появились мальчишки и радостно скалились, глядя на обманутого и разъярённого Джилбруна. Даже владельцы соседних лавок усмехались — нечистого на руку торговца никто не любил.
8
А в кабаке «Стойло ржавого дракона» Дилль, рассчитавшись с нанятыми «покупателями» и четырьмя мальчишками, подсчитывал прибыль. Герон и Гунвальд изумлённо смотрели на горку золота — ну, ладно, каршарец — он до последнего не верил, что план Дилля сработает, а монах сам же принимал от торговца деньги, и тем не менее, всё равно выглядел удивлённым. Дилль сортировал монеты и сверялся со своим списком.
— … так, кто у нас тут ещё? Блеру мы должны золотой и один сребреник. Откладываем два и два. Эрстану — десять золотых. Теокийцу с кудлатой бородой — никак не запомню его имя — шесть сребреников. Итак, у нас получается, за минусом оплаты нашим наёмникам, мальчишкам, хозяину кабака за лошадь, беспокойство, за помощь и за то, что он сейчас выгнал остальных посетителей… — Дилль сосредоточенно перекладывал монеты из одной кучки в другую, и вскоре на столе высились две горки монет: большая и маленькая. Ну, совсем маленькая. — Проклятье!
Монах и варвар озадаченно переглянулись.
— Может, я чего-то не понимаю, — протянул Гунвальд, — но мне кажется, что барыш у нас невелик.
— Невелик, — шмыгнув носом, подтвердил Дилль. — Извиняюсь, друзья, немного не рассчитал. Надо было нанимать меньше покупателей. Или если бы Герон сторговал эликсир по два сребреника, а не по полтора…
— Вот и шёл бы сам уламывать этого прощелыгу! — надулся монах.
— Не обижайся, Герон, ты справился отлично — я бы так не смог! — уверил монаха Дилль, ещё раз посмотрел в список и вздохнул. — Получается, мы наварились от силы на золотой. Это мой просчёт. Я верну вам затраченные…
— Тебе в какой глаз дать: правый или левый? — осведомился варвар. — Это же надо «вернёт он»! Да я не знаю сколько тебе должен за то, что ты этого вонючего хорька наказал!
— Дилль, я был лучшего мнения о твоих мыслительных способностях, — поддержал каршарца монах.
— Ну, хорошо, тогда пойдём, отдадим долги, — Дилль сгрёб монеты со стола в мешок и отдал его Гунвальду — у каршарца деньги будут под надёжным присмотром. — Эх, и чего я раньше в Тирогис не перебрался? Как здесь, оказывается, легко заработать деньги…
Друзья покинули кабак и отправились в пажеские казармы. Не успели они пройти и квартала, как им встретился маг Эрстан, спешивший куда-то с сосредоточенным видом.
— Вот и наш первый кредитор! Эрстан… — позвал его Дилль, вспомнил, что он с магом не наедине и поправился: — То есть, господин маг! Не могли бы вы принять от нас долг?
С этими словами Дилль высыпал в руку ошалевшего мага десять золотых.
— С ума сошёл, прямо на улице показывать такие деньжищи? — спросил Эрстан, разглядывая золотые кругляши. — Значит, твоё дельце выгорело?
— Выгорело, — ухмыльнулся Дилль. — Зло наказано, долги идём возвращать. Мы даже не остались без прибыли, хотя она могла бы быть и побольше. Да и ладно — без пяти минут покойникам деньги ведь всё равно не нужны.
— Это да, — хмуро сказал маг. — Погоди, ты зачем мне дал десять оксов?
— Брали пять, отдаём десять, как договаривались.
— Я же сказал, вдвойне можешь не возвращать, — маг вернул пять монет Диллю.
Дилль не стал протестовать, сгрёб золотые и предложил немедленно отпраздновать удачно провёрнутое дело. Маг покачал головой.
— Спасибо, но мне нужно попасть в Академию до вечерней зари. А вы не задерживайтесь, если не хотите пострадать. Завтра в полдень к нам в казарму придут высшие маги из Академии и граф Бореол — лорд-наместник короля в Неонине. Они скажут краткую воодушевляющую речь, после чего отряд уйдёт на марш.
Друзья проводили взглядами ушедшего мага. Гунвальд сердито махнул рукой.
— Ну вот, только у нас золотые зазвенели, как он испортил настроение. А я уж думал в «Стойло дракона» вернуться.
Дилль и Герон синхронно вздохнули — действительно, какая может быть гулянка, если каждую минуту будешь думать о том, как бы не опоздать в казарму. Вдруг рядом послышалось негромкое покашливание.
— Кхе, кхе, здравствуйте, уважаемые! Драконоборцы, если не ошибаюсь?
Говоривший оказался невысоким мужчиной с куцей бородёнкой и пухлыми щеками. Дилль нахмурился, отметив крупную брошь в виде паука на груди незнакомца — принадлежность к почтенной гильдии ростовщиков и заимодавцев. Паук был из золота, значит, человек принадлежал к самой верхушке гильдии. Коротко говоря, тот ещё кровосос. Монах тоже скривился — без сомнения, заметил брошь. А Гунвальд, как истинный варвар, плюнул под ноги ростовщику и отвернулся. Ничуть не смущаясь столь откровенным пренебрежением, незнакомец продолжил:
— Меня зовут Рикнер Златолюбивый. Знаю, знаю, вы думаете, если я ростовщик, значит только и мечтаю, как бы обмануть несчастных. Но я веду свои дела честно — это, кроме великого множества горожан, засвидетельствует вам брат Хисм. А он не просто монах, он — личный причётник герцогини Отморской. Правда, говорить он не может, поскольку дал обет молчания в честь избавления герцогини от чёрной чумы, но его личная печать всегда подтвердит мою правоту.
Дилль только сейчас заметил, что рядом с ростовщиком стоит ещё кто-то. Брат Хисм оказался ещё меньше ростом, чем Рикнер — он, наверное, мог бы выступать в бродячем цирке в роли карлика. Ни лица монаха, ни его телосложения нельзя было разглядеть — серая ряса из толстой серой ткани надёжно скрывала фигуру, а низко надвинутый капюшон оставлял для обзора только русую бороду. Монах молча поклонился драконоборцам, вертя в руках столбик с личной монашеской печатью.