"Фантастика 2024-22. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Мне кажется, наше дело — придерживаться идеи света, — сказала я, — защищать жизни людей и не давать злу разрушить то прекрасное, что возвели наши предки за тысячи лет мира.
Герцог остался доволен. Свернув беседу, он душевно пожал мне руку, и я решила не противиться этой вольности.
Должна признаться, мне не хотелось уходить. Вопреки ожиданиям, мне понравились это место и этот вечер. Грусть, повисшая над парком, как будто кроны деревьев нашёптывали мне, что скоро всё изменится, и я никогда уже сюда не вернусь.
Однако я хорошо помнила, насколько богатые планы у меня на следующие дни. Корабль ждал с одной стороны, а Анрэй, всё ещё норовивший завести со мной более тесное знакомство — с другой.
Я выбрала корабль. Ни с кем не попрощавшись, тихо покинула вечер и подняла его в небо.
Домой я вернулась, когда на Селесту уже опустилась темнота. Долго стояла на балконе, глядя на парк, ярусами спускавшийся к морю. Чем-то неуловимо похожий на окрестности дома Аркан — и в то же время неуловимо другой. Деревья в герцогстве Аркан темней, лес — более глухой. И в то же время аллеи и пруды кажутся естественным продолжением самой природы, в то время как в доме Магдаро выверена каждая линия, подстрижена каждая крона.
Впрочем, я никогда не променяла бы этот парк на тот, другой. Но и не смогла бы пожертвовать ни одним из них. Ощущение тяжкого выбора, который мне вскоре предстоит делать, повисло надо мной. И не желая задумываться о том, откуда в моей голове подобные мысли, я поспешила вернуться в комнату и отправилась спать.
День 2
С утра в окна светило солнце. Так непривычно, учитывая, что большую часть своего времени я провожу на космических станциях… Лет до тринадцати Аврора всюду возила меня с собой, а её жизнь в основном была разделена на придворные приёмы в Каранасе и свободное время на Селесте. В Каранасе нам с Элеонор делать было в основном нечего, но видимо, нас предполагалось заранее приобщить к будущим заботам. В императорском замке мы были едва ли не единственными детьми — иногда можно было столкнуться с кем-то из детей прислуги, но те боялись к нам подходить. С другой стороны, и отпрыски аристократов нас избегали. Эти как будто с молоком матери впитали понимание того, что общаться следует только с полезными людьми. Похоже, в их глазах мы не входили в число таковых.
Наше окружение в основном составляли наставники, которых Аврора подбирала, не скупясь на средства, и она сама. Свободного времени оставалось не очень много, и я как-то не очень задумывалась о том, что оно вообще должно быть.
Мы не сидели в замке безвылазно, нам показывали город и его окрестности… Но в основном с познавательной стороны.
На Селесте Аврора занималась с нами сама. Она всегда была внимательной и чуткой наставницей, так что у меня почти не возникало потребности в ком-то ещё.
Потом, в Ордене, свободного времени стало ещё меньше. Эцин не поощряют досуг, который не способствует саморазвитию. Даже время на сон считается необходимым сократить, преобразовав в часы медитации. И это снова казалось мне нормальным. Как и то, что я месяцами не видела солнечного света. Голопалуба в сочетании с витаминным комплексом полностью заменяли нам прогулки, и снова я не видела в этом проблемы.
Теперь, когда я оказалась предоставлена сама себе и обнаружила, что передо мной находится целый мир, залитый солнечными лучами, благоухающий летними цветами… Я чувствовала растерянность и одиночество. Как будто лишилась чего-то весьма важного, тянулась в пустоту и никак не могла ухватить это рукой.
Едва открыв глаза, я села в постели, потому как бездействие казалось мне преступлением. Встала, потянулась и направилась к ванной. Приняла контрастный душ и успела полчаса позагорать на южном балконе. Поняла, что занятие это мне не нравится, вернулась в комнату и села читать отчёты с верфей. Прочитала всего несколько штук, когда раздался звонок. На экране показалось лицо Элеонор. Лицо мило улыбалось и не проявляло агрессии.
— Сегодня вечер тумана, — сообщила она мне.
Изобразив удивление, я посмотрела на сестру.
— С каких пор меня приглашают на такие вечеринки?
— Ты ведь в отпуске. Тебя приказано развлекать.
Да, Аврора, меня приказано развлекать. Спасибо тебе за заботу, как бы я без тебя нашла занятие тёплым летним вечером.
Пару секунд я просто скрипела зубами. Отказать — испортить отношения ещё на пару месяцев. Согласиться — не большая жертва.
— Передавай координаты. Спасибо.
До вечера читала и смотрела фильмы о строении галактик. Когда часы показали девять, решила, что можно начать собираться.
По моим представлениям вечер тумана — это психоделическая вечеринка садистов и наркодиллеров. Соблазн прийти туда в форме Ордена был велик, но я удержалась. Зашла в модулятор и заказала себе первый попавшийся костюм из каталога «Ночная жизнь» — узкое голубое платье, обтягивающее бёдра и складками ниспадающее до самого пола. Подивилась неудобству этого наряда. Уже выходя, заметила лежащую на полочке шпильку с бриллиантовой россыпью — подарок любимому клиенту. Ровно в такой красовалась белокурая и пышногрудая модель в каталоге. Повертев в руках, заколола ей волосы у шеи — по крайней мере не будут лезть в глаза.
«Второй круг» — клуб, который выбрали для проведения фестиваля, находится на тёмной стороне планеты, на побережье северного материка. Лететь туда на космической яхте было бы не резонным, а флаера у меня нет — потому как посещение Селесты у нас не поощряется. Я заказала такси. Мачо за рулём серебристого лансера выглядел немало удивлённым — то ли адресом, то ли моим видом.
Я села в машину и приникла лбом к стеклу. Стыдно было признаваться водителю, что я никогда не видела с такой высоты океан и города Селесты. Когда мы миновали водный простор, я попросила снизиться и долго разглядывала огни проплывавших за окном небоскрёбов. Здесь они совсем не такие, как на Нимее. Здания ниже и не столь старые. Хотя на Нимее они и намного выше, но кажутся мамонтами, прочно стоящими на земле, по сравнению с этими летящими линиями стеклянных и стальных тучерезов. На светлой стороне архитектура городов ориентирована на то, чтобы улавливать солнечные лучи. Дома строят по сторонам спиралевидных улиц, уходящих в небо — экономия пространства и доступ к солнечному свету. На тёмной не так. По понятным причинам свет им безразличен. Здания стоят довольно тесно, но каждое из них индивидуально.
Мы миновали городские улицы и остановились на окраине города — здесь пространства было достаточно, чтобы хозяева клуба купили небольшой сквер и кусочек моря. Слева от нас раскинулся небольшой частный пляж, справа же у самого берега висел десяток дисковидных воздушных платформ.
Я расплатилась карточкой имперского банка и вышла из флаера. На меня оглядывались, но близко не подходили. Фейсконтроль тоже не задавал вопросов. Проверку постарались сделать максимально незаметной — здесь не принято нарушать личную свободу.
Внутри клуба было прохладно, но в воздухе стояло столько паров алкоголя, что было трудно дышать. Дым табака, марихуаны и незнакомых специй смешивались в какофонию запахов, которая вмиг сделала из моего носа отбивную. Мне показалось, что я не смогу пользоваться своим обонянием ещё не одну неделю. Но это было не так. Полуобнаженная девушка выплыла из темноты и протянула мне мундштук. Я сдержанно улыбнулась, приняла угощение, поднесла серебряную трубку к губам и вдохнула горьковатый дым гвоздики.
У меня очень сильный коэффициент контроля. Тренировки организма, позволяющие развить все сто процентов мозга доступны всем неофитам, но только для группы оперативного контроля они обязательны. И если для любителя техники Теи-Ни проблема взять под контроль своё сердцебиение, то для меня проблема — выпустить его на волю. Я не представляю себе существования, в котором не чувствую каждую клеточку своего тела. Оборотная сторона медали — сниженный болевой порог, бессонницы.