Первый из рода (СИ)

— Максим Давидович, — поприветствовала она меня в ответ, как того требовал этикет. — Я тоже рада нашему знакомству.
— Мы с Алексеем будем в моём кабинете. Юля, составь гостю компанию.
— Хорошо, отец, — поклонилась ему Юля, и увидев, как отец с сыном вошли в поместье, она обратилась ко мне. — Максим Давидович, наш род давно славится чудным садом. Не желаете прогуляться по нему? — спросила девушка, и при этом я заметил, как в нескольких десятках метров от неё кружился мой Ворон.
Выходит с ней ходит тайная охрана, на случай, если я вдруг попытаюсь причинить вред девушке. И ведь грамотно подошли, иллюзию наложили, только от взгляда Ворона это не всегда спасает, он ведь воспринимает мир совсем иначе, нежели люди.
— С удовольствием, — нейтрально ответил я, при этом скрывая эмоции. Раз уж я не знаю мотивов Леонида Викторовича, нужно не давать поводов даже подумать, что я проявляю хоть какие-то чувства к девушке, иначе на этом точно попытаются сыграть.
— В таком случае прошу следовать за мной, — слегка поклонилась девушка, после чего развернулась и медленно зашагала по каменной дорожке. Я же молча последовал за ней, и в нос прилетал её аромат духов.
«Вот тебе и тренировка силы воли», — промелькнула мысль в голове.
Мы шли несколько минут, и за это время девушка не обронила ни слова. В отличии от Алексея, она оказалась совсем несговорчивой, и я не мог предположить, с чем это вообще связано. Либо княжна ждёт, что я первым буду подмазываться, поскольку её статус выше моего, либо я совсем не понимаю аристократов. Хотя нельзя исключать банальное высокомерие, ведь я до недавнего времени был простолюдином, и даже признание главы рода Демидовых в одну минуту не изменит моего статуса.
Первым тишину я не спешил нарушать. Пустой трёп мне никогда не нравился, а к самой девушке у меня вопросов не было, как и желания сблизиться. Если уж мне что-то понадобится от Демидовых, то я могу обратиться за помощью к Алексею, так что Юля здесь лишнее звено.
— Чем вы занимаетесь в свободное время, Максим Давидович? — всё-таки первой нарушила тишину Юлия, только вопрос выбрала не самый подходящий для прощупывания почвы.
— Не тому человеку вы задаёте этот вопрос, княжна. У меня его практически нет, — ответил я, заметив, что девушка ещё сильнее замедлила шаг.
— Разве? Насколько я знаю, даже в ордене «Витязя» дают два часа личного времени.
— Только большую часть этого времени я трачу на тренировки и медитацию. Намеренно расходовать время на пустые развлечения я не вижу смысла.
— В таком случае ради чего вы тренируетесь? Чтобы истребить всех химер? — а вот этот вопрос от княжны мне показался куда интереснее.
— Моя главная цель в жизни, это уничтожить такое явление, как химеры, раз и навсегда, — ответил я, после чего приблизился к княжне, чтобы идти с ней вровень.
— А что насчёт обычной жизни? — она бросила быстрый взгляд на меня.
— Смотря что вы имеете в виду, — сказал я, подмечая, что до сада осталось всего ничего.
— Если человек всю жизнь только спит и работает, можно ли сказать, что он живёт? Разве такая жизнь это не существование? — княжна полностью остановилась, видимо в ожидании ответа.
— Всё зависит от самого человека, — я также остановился, после чего сдержанно улыбнулся. — Если человек вкладывает жизнь в работу и она приносит ему счастье, то это его выбор. У людей одна жизнь, и они сами решают, на что тратить своё время.
— Тут с вами трудно не согласиться, — едва заметно кивнула княжна, явно скрывая эмоции. Я по мельчайшим движениям тела заметил, что мой ответ отчего-то её задел. Странно. — Однако что случится, если человек потеряет свою любимую работу, или больше не сможет ею заниматься? Он станет глубоко несчастен, и если у него в жизни не будет ничего больше, то его ждёт печальный конец. Разве не так?
— Не так, — сложил я руки на груди и покачал головой. — Как думаете, почему? — спросил я, перехватывая инициативу в разговоре.
— Почему? — повторила княжна.
— Можно всё бросить, а можно сражаться до последнего, хватаясь за любую возможность, — серьёзным тоном ответил я. — Когда воину отрубают одну руку, он берёт меч в другую.
  
— А если воину отрубят все конечности? — попалась на крючок княжна.
— Значит он зубами выгрезет себе победу. Останется без зубов, так кровью заплюёт, это не важно — вопрос в том, сдастся человек на пути к своей цели или нет.
— Тогда что вы станете делать, когда достигните своей цели? — мягко поинтересовалась она, при этом как-то странно посмотрев на меня. Чем больше я с ней общался, тем меньше представлял, что у неё вообще творится в голове. — Будет ли нужен стране воин, не участвующий в сражениях?
— Нет, не нужен, — я заметил блеск в глазах княжны. Видимо решила, что победила в нашей словесной дискуссии. — Только цели в жизни человека тоже меняются, и их может быть несколько. Достигнув одной, воин поставит перед собой новую, и так до конца жизни, ведь без неё и жизнь бессмысленна, разве не так?
— С этим доводом сложно поспорить, — немного постояв, ответила девушка, после чего медленно пошла вперёд. — Мне нравится ваша самоуверенность, что вы справитесь с тем, с чем не может справиться человечество на протяжении пятиста лет, — эти слова она произнесла без насмешки, а вполне серьёзно. — Если химер и впрямь не станет, какой будет ваша следующая цель?
— Хороший вопрос, — выдержав короткую паузу, сказал я. — Я и сам много раз задумывался, как проживу оставшуюся жизнь, когда всё закончится. Человек всю жизнь меняется, так что не вижу смысла гадать наперёд в таких вещах, лучше сконцентрироваться на настоящем. А так, если химеры исчезнут здесь и сейчас, я бы посвятил свою жизнь алхимии.
— Алхимия? Интересный выбор, — я заметил, как в поведении девушки что-то изменилось. Внешне это никак не проявилось, речь шла именно о внутренних ощущениях. Так часто бывает, когда глаза чего-то не подмечают, а мозг наоборот, ловит даже мельчайшие детали и сигнализирует об этом. — Говоря откровенно, по вам не скажешь, что вы ею увлекаетесь.
— Должно быть потому, что от меня не пахнет травами, — я заметил сначала промелькнувшее удивление, а затем улыбку на лице девушки.
— Верно. У меня есть предприятие по производству парфюмерии, на котором в том числе работают алхимики. Обычно распознать такого человека не составляет никакого труда, поскольку травянистый запах следует с ними рука об руку.
— Это уже зависит от того, с какими травами и кореньями работает алхимик. Большинство запахов выветриваются мазью из синей гагары, а для устоявшегося аромата подойдёт роза сорта багровая ночь, смешанная с порошком «лунной вуали». Смешать с водой, дать настояться неделю, а затем три дня брызгать на своё тело, после чего все зловония как рукой снимет.
— Не ожидала, что вы так хорошо разбираетесь в травах, — тут уже я зацепил девушку на крючок. — В таком случае вам точно понравится наш сад, и особенно цветы пурпурной ветреницы. Их ещё называют анемонами, и поверьте, аромат этих цветов умеет удивить, — с этими словами она шагнула вперёд, а я последовал за ней следом.
Заметив издалека виденные мной во время прогулки с Алексеем фиолетовые цветы, я догадался, что это и есть те самые анемоны. Только тут их росло не по несколько штук, нет — это вправе было называться полем цветом. Их тут насчитывались даже не сотни, а тысячи. Видимо у аристократов своё понятие «сада».
Чем ближе мы шли к этой поляне, тем больше в нос бил пьянящий сладковатый запах ванили, только при этом я чувствовал в этом представлении какой-то подвох. С этими цветами явно что-то не так. Они точно не ядовиты, такое попросту запрещено выращивать в стране без специального разрешения. Значит подвох кроется в другом, только в чём?
— Говорят, вдыхая запах пурпурных анемонов, человек видит перед собой самое желанное, — услышал я голос княжны и оторвал взгляд от цветов, посмотрев в её сторону. Только на её месте стояла вовсе не княжна, хоть и тоже девушка.