Сиротка для дракона. Боевой факультет
Вокруг загудели. Оказывается, собралась уже приличная толпа. Воришка повертел головой туда-сюда, но «добропорядочные граждане» уже сжали вокруг нас кольцо.
– Верно парень говорит, разобраться надо, – послышался мужской голос. – Не похожа девчонка на воровку.
– Много ты понимаешь! – ответил ему резкий женский. – Зенки свои бесстыжие на ее задницу вылупил, судья нашелся!
Я залилась краской. Кто-то хихикнул.
– А девка наверняка гулящая, в штанах-то. Поди, у мужика какого сумку стащила.
– Да чтоб твоей дочке такой гулящей быть, как я! – огрызнулась я, выискивая взглядом в толпе наглую бабенку.
Может, она и хотела что-то ответить, но снова заговорил парень с амулетом:
– Граф Сандью, – при этом имени стражник икнул и подобрал живот, – часто жалуется, что многие стражники обделены умом и честью. Уверен, вы не из таких и сейчас разберетесь по справедливости.
Значит, из благородных. Стражник, кажется, тоже это понял, скуксился так, словно лягушку живьем сожрал. Красавчик тем временем ловко расстегнул пряжку на сумке, сунувшись внутрь. Прежде чем я успела возмутиться, спросил, в упор уставившись на воришку:
– Твоя, говоришь? И что там внутри?
– Ну… вещички всякие. Одежда…
– Бельишко? – подсказал ему красавчик.
– Ну да.
– Бельишко, говоришь? – усмехнулся он, вытаскивая на свет божий сорочку.
У меня загорелись щеки. Честное слово, лучше бы он панталонами моими прилюдно тряс, чем этим! И без того полупрозрачный батист покрывала ажурная вышивка, так что сорочка эта выглядела не тем, что носят под платьем, а тем, что надевают, чтобы тут же снять. Не в одиночестве.
Прибью Лидию, как увижу! Руки у нее золотые и душа добрая, а вот с мозгами не очень.
«Я специально для тебя вышивала, – сказала она, вручая мне эту сорочку пару дней назад. – В университете наверняка будет много парней знатных и богатых. Наденешь на свидание под форму, чтобы, когда он тебя расстегнет…»
«Какое „расстегнет“, я не за тем туда собираюсь!» – возмутилась я тогда, но подруга лишь загадочно улыбнулась. Я не стала спрашивать, где она успела этого нахвататься, – в отличие от меня, Лидия жила на улице лет до восьми.
От этой речи да и от подарка я схватилась за голову. Парней-то в университете, тем более на боевом факультете, может, и полно, и большинство из них богатые и знатные. Одна незадача: я бедна, как храмовая мышь, и о родителях своих ничего не знаю. А значит, богатым и знатным могу понадобиться только в одном качестве – брать то, что от девушек из хороших семей до свадьбы не получат.
Вот только меня такая роль совершенно не устраивает. Потому ни о каких свиданиях я и думать не собиралась, и уж, конечно, никаких «расстегнет». Но не принять подарок, на который подруга потратила столько времени и сил, я не могла. И вот – надо же, из всего барахла красавчик выцепил именно это кружевное безобразие.
– Симпатичное бельишко, – продолжал он. – Наверное, тебе пойдет.
Воришка выругался. В толпе заржали.
– Отдай! – Я вцепилась в свою вещь, но тип с амулетом держал крепко.
Жалобно затрещала ткань. Ну и туда ей и дорога, все равно я ни за что ее не надену. В следующий миг парень разжал пальцы, и я едва не свалилась. Неловко взмахнула сорочкой, огрев по лицу стражника. В толпе заржали еще пуще.
Мои щеки пылали так, что даже странно, почему все вокруг не разбежались от жара. На глаза навернулись злые слезы – нашли тоже представление. И этот… откуда только взялся, чтоб его изначальные твари сожрали!
– Подавятся, – ухмыльнулся красавчик.
– А? – не поняла я.
– Изначальные твари мной подавятся, – пояснил он, и я проглотила очередное ругательство. Сама виновата, мысли свои надо держать при себе, а не бормотать под нос.
– Что ж, думаю, дальше можно не разбираться, – сказал парень, но тут отмер стражник.
– Шустры вы, больно, ваше сиятельство.
Глава 2
Интересно, в самом ли деле «сиятельство», то есть самое малое граф? Или просто «ваше благородие» – барон? А то и вовсе нетитулованный? Ох, да мне-то какая разница! Забрать бы свои вещи и бежать без оглядки от этого «поборника справедливости», который на самом деле просто развлекается за мой счет.
– Оно, конечно, дело молодое, а девчонка прехорошенькая, как не вступиться. Да только что я капитану скажу, когда до него дойдет? – продолжал стражник. – Пусть докажет, что…
– …перестала бить жену по утрам, – буркнула я. Тут же едва не прикрыла рот ладонью: воистину язык мой – враг мой. Но, на мое счастье, слух у стражника был не такой острый.
– …не воровка!
– Что скажешь? – судя по ухмылке типа с амулетом, он опять услышал то, что для его ушей не предназначалось.
Сказать-то я хотела много чего, но вряд ли кто-то здесь будет рад это услышать, потому блистать красноречием не стоило. Разве что все-таки поволокут в каталажку: тогда уж терять нечего. Так что пришлось вести себя прилично.
– В сумке среди прочих вещей копия приказа о зачислении в университет на факультет боевой магии. В приказе три дюжины имен, среди прочих – Лианор Орнелас. Кроме приказа, там лежит билет на жительство на имя Лианор Орнелас.
Стражник открыл было рот, но я перебила его:
– Если вы хотите сказать, что я успела покопаться в украденном, то в билете на жительство есть описание внешности. Рост пять футов два дюйма, сложение среднее, волосы белые, глаза серые… – Пожалуй, полностью зачитывать описание не стоило. – Или после этого вы добавите, что я обокрала свою точную копию?
Красавчик извлек из сумки папку, в которую я сложила бумаги, бегло проглядел одну, вторую.
Стражник сдаваться не собирался. Уж очень ему не хотелось при всем честном народе признаваться, что был неправ.
– Да мало ли в столице таких пигалиц белобрысых? Просто совпало так, что еще одну такую же обчистила. Правду же говорят, вору все впору.
А еще совпало так, что из всех столичных стражников мне попался самый дубоголовый. Но и эту мысль следовало придержать при себе. Как же мне вывернуться?
Красавчик протянул бумаги стражнику.
– Я бы не советовал вам упорствовать в своем заблуждении…
Тот оттолкнул его руку, побагровев, даже заглядывать не стал.
– Я достаточно прослужил в страже, чтобы самому разобраться, кто есть кто!
– …если не желаете приобрести проблемы с родом Орнелас из Фарии, – словно не услышал его тип с амулетом. – Насколько я знаю, император тепло относится к своим дальним родственникам.
Стражник вытаращил глаза, я тоже на пару мгновений потеряла дар речи. Неужто в соседней Фарии есть знатный род с такой фамилией? Я же ее себе придумала, вот пару дней назад, когда надо было получать билет на жительство! Звучало красиво и к имени подходило. Имечко-то у меня тоже нездешнее. Жаль, не спросить приютскую нянечку, которая в тот год работала, за что она меня этаким наградила. Драться пришлось научиться раньше, чем читать. Хотя, может, стоит и спасибо сказать: будь я одной из сонмища Энн или Джейн, наверное, и характер бы другой получился. Поступала бы не на боевой, а на бытовой факультет.
– Эк вы загнули, ваше благородие, – делано рассмеялся стражник.
Я мысленно хихикнула: красавчик успел в его глазах скатиться от «сиятельства» к «благородию». Этак еще с четверть часа попрепираются, и перейдет в разряд «эй, ты!».
– Где император, а где эта пигалица! Да и будь она из Фарии, не билет на жительство у нее тогда бы был, а проезжая грамота. И дворянская грамота.
– У знати свои причуды, – ухмыльнулся красавчик. – Вам ли не знать.
Может, стражник и хотел сказать что-то еще, но тут воришка взлетел пружиной, двинул в солнечное сплетение ближайшему мужику и, едва тот сложился, сиганул через него, будто играя в чехарду. Приземляясь, оттолкнул женщину – даром что та была раза в три шире него – и помчался со всех ног.
– Держи его! – закричал кто-то.
Кто-то засвистел. Толпа заколыхалась, потянулась в сторону беглеца. На мой локоть легла чужая рука, потянула в сторону.