Неестественный отбор
Сил в косолапом было столько, что, вытягивая добычу из вездехода, он играючи сломал тело Синего пополам. А в рваном проёме остались висеть куски мяса и содранной кожи.
За пять лет, что я провёл на этой планете, мне довелось повидать многое. Но такое на моих глазах произошло впервые. И пока медведь продолжал терзать тело товарища, я выворачивал желудок себе под ноги.
Дальнейшее произошло в считаные секунды. Поняв, что жертва мертва, медведь вновь сунулся в салон вездехода. Я рванулся назад и подхватил винтовку. Каким-то невероятным чудом миновав все препятствия, развернул ствол в сторону жуткой морды и потянул спуск. Оружие слегка дёрнулось в руках, и магнитное поле выплюнуло стальную крылатую пулю прямо в раскрытую медвежью пасть. Зверь затих моментально. Вот только что он ревел – а теперь спокойно лежит, глядя на меня быстро мутнеющим взглядом.
Я отвалился на спину и трясущейся рукой попытался вытереть пот со лба. Дыхание с хрипом вырывалось из груди, сердце молотило так, что казалось, собирается покинуть тело. Я понимал, что пора сваливать, но не мог даже пошевелиться. Руки и ноги будто наполнили свинцом, если не ртутью.
– Талый! – позвал я приятеля, но тот не откликнулся, – Талый, бля!
Бесполезно. В сознание его таким образом не привести.
– А-а-а! – взревел, я и это придало сил.
Медленно, словно продираясь сквозь кисель, я подтянул ноги и встал на четвереньки. Подполз к Талому и на пару секунд замер, собирая остатки сил, а затем влепил ему звонкую пощёчину. Тщетно. Его голова держалась, но глаза всё ещё оставались закрытыми. Повторный удар тоже не дал результата. Тогда я попытался нащупать пульс, надавив пальцами на сонную артерию.
Нет, похоже, у меня на руках ещё один труп.
– Черти вас задери! – осипшим голосом произнёс я и снова уселся на задницу.
И что мы имеем?
Я в лесу. Один. Примерно в пятидесяти километрах от своего лагеря. И ровно столько же нужно пройди до вновь прибывшего корабля. Всё вокруг провоняло кровью и смертью, а значит, с минуты на минуту сюда прибудет стая ночных хищников. И если не поспешить, то я, скорее всего, присоединюсь к товарищам в аду. При этом смерть вряд ли окажется лёгкой, потому как без боя я не сдамся.
– Соберись, тряпка! – прошипел я и влепил себе пощёчину.
Как ни странно – помогло. Сердце вновь застучало, а с глаз спала пелена.
Осмотрев салон, я подтянул свой рюкзак, затем зацепил поклажу Талого. Пришлось как следует постараться, чтобы выковырнуть из-под сиденья шлем. И как только он оказался на голове, я активировал дрон.
Яркий свет ударил по глазам. Пришлось потратить некоторое время, чтобы привыкнуть. Зато теперь я смог как следует рассмотреть всё, что валялось в салоне. Пистолет тут же полетел в сумку, как и запасные магазины. Туда же я сунул две рации, потому как не знал, какая из них работает. Отстегнул от рюкзака приятеля ещё один дрон и синхронизировал его со своим шлемом. Всё – пора выбираться.
Однако это тоже оказалось непросто. Лобовая часть вездехода вмята внутрь, к тому же машина как раз лежит на капоте, перекрывая доступ к свободе. Со стороны пассажирской двери застряла медвежья туша, которую мы и втроём вряд ли смогли бы сдвинуть. Водительскую заклинило намертво после столкновения с деревом. Остаётся только заднее смотровое, но и оно не в лучшем виде, хотя проскочить, скорее всего, получится.
Первым делом наружу полетели рюкзаки, а следом со скрипом протиснулся и я, при этом рассадив в кровь предплечье и порвав штанину. Но это уже мелочи.
Я навесил один рюкзак спереди, второй сзади и, закинув винтовку на плечо, попытался сориентироваться. Отправил один дрон в разведку, подняв его на максимально возможную высоту. Но увы, ни нашего лагеря, ни севшего корабля так и не обнаружил. В ход пошёл компас.
Когда я определился, возникла другая дилемма: а в какую сторону идти? Не в том смысле, что я не понимал, как пользоваться азимутом, просто не мог решить: домой или к кораблю? В итоге выбрал второй вариант. Всё равно ведь придётся идти к нему, даже если я вернусь в лагерь раненым и без машины. Плов специально меня туда отправит, чтобы наказать за потерю техники.
Вернув дрон, я настроил его на нужное направление и отправил чуть вперёд, чтобы знать обстановку. Второй привязал к себе таким образом, чтобы он повторял движение головы и освещал путь. Прихрамывая на правую ногу, я отправился к кораблю, на ходу запенивая специальным раствором руку, чтобы остановить кровь. В идеале бы ещё отмыться, а то воняю, как привада для хищника.
– Чёрт, – выругался я. – Нужно было хоть мяса шмат от медведя отрезать.
Я остановился в раздумьях и всё решил вернуться. Благо не успел далеко уйти. А энергия скоро потребуется, особенно если учесть, что почти сутки не жрал.
Присев возле туши, я отыскал в траве нож, который у меня вырвал косолапый, и одним точным ударом вонзил его в спину зверя. Здесь, у самого крестца, находится сочная мякоть. Её и готовить-то одно удовольствие. Шкура у мишки хоть и толстая, но от плоти отлетает хорошо. Только подрезать успевай. Прикинув размер освободившегося шмата, я принялся вырезать сочащееся кровью мясо. По-хорошему её бы спустить, но возиться некогда. Где-то вдалеке уже слышно завывание и лай ночных охотников. Пока они ещё побаиваются заходить на территорию более крупного хищника, но вскоре поймут, чьей кровью провоняла вся округа.
Вырезав кусок весом около трёх килограммов, я снял куртку с покойного Талого и, завернув в неё добычу, поспешил удалиться от опасного места.
***
Я шёл, пока не закончились силы. Вокруг непроглядная темень, и только крохотный пятачок света от фонаря дрона под ногами. Искать в таком положении ночлег не имеет смысла. Поэтому я принял единственное более-менее приемлемое решение: забраться на дерево. Первым делом скинул рюкзаки и связал их между собой. К ним же закрепил винтовку. Затем отрезал несколько метров от верёвки и, перекинув её через толстую ветвь, поднял поклажу. Теперь пришла моя очередь. И снова на помощь был призван дрон. Закрепив на нём верёвку, я заставил машину несколько раз облететь вокруг ветки, а заодно и вокруг верёвки, чтобы добиться приемлемого результата.
Оказавшись наверху, распутал всё то, что так усердно наматывал, и привязал себя к стволу, чтобы во сне не прилететь головой в землю. Обидно пережить атаку медведя и сдохнуть, не удержав равновесие.
Как только со всем было покончено, я поднял оба дрона на самую макушку дерева, чтобы они пополнили заряд от солнечной энергии, и провалился во тьму.
***
Проснулся оттого, что желудок требовал забросить в него хоть какое-нибудь подобие топлива. Жрать хотелось просто невыносимо. Солнце уже вовсю палило, и, судя по положению тени, сейчас практически обед. Вот это я, конечно, дал маху.
Дёрнувшись, я вспомнил, что привязан к ветке, но с этим справился быстро. Спуститься тоже было легко: я попросту спрыгнул, благо высота позволяла. Это подняться по необъятному стволу не так-то просто.
Рюкзаки пока трогать не стал. Вначале набрал дров и очистил от сухой листвы место, чтобы ненароком не устроить пожар. Здесь нет служб, способных его потушить, так что в случае возгорания есть риск уничтожить всё живое в радиусе сотен километров вокруг. Так что лучше не рисковать.
Как только всё было готово, я спустил рюкзаки и выудил из бокового кармана плазменную зажигалку. Вещь незаменимая, так как способна воспламенить даже насквозь промокшее топливо. Электрическая дуга подожгла сухие дрова, едва их коснулась. И вскоре, удобно устроившись у очага, я уже натирал солью медвежье мясо. Спасибо за это земной разведке.
Они умудрились рассчитать идеальное место посадки: прямо на берегу солёного озера. Правда, за водой нам некоторое время приходилось побегать до водопада. Но сейчас задняя часть лагеря как раз примыкала к скале, с которой и спускался бесконечный поток пресной воды. К слову, не помешало бы пополнить её запас.