"Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Наше ТО прославляет отечественный кинематограф и приносит в бюджет серьёзные деньги, включая валюту. Мы продвигаем советскую культуру во многих странах мира. Последний художественный фильм, снятый нашим объединением, уже стал всенародно любимым. Более того, за границей зритель просто восхищён и аплодирует работе отечественных кинематографистов. А ведь мы прославляли подвиг советского солдата, если кто-то не понял. Тот, кто разбирается в ситуации, должен понимать, какой в этом пропагандистский эффект. Что вам от нас нужно? Кто-то задался целью разрушить выстроенную структуру, приносящую пользу стране и простым людям? Так не стесняйтесь — скажите об этом открыто. Почему я должен стоять здесь и оправдываться за мнимые проступки? Есть народный контроль, ОБХСС и прокуратура, которые должны дать оценку деятельности «Прогресса» и меня лично. Но причём здесь вы? На каком основании группа паразитов, никогда не трудившаяся на производстве и весьма далёкая от жизни, решила, что имеет право указывать, как мне работать? — делаю глубокий вдох, чтобы немного успокоиться, и решаю добить товарищей, — Более я в подобных шапито не участвую. Сегодня же мною будет написано письмо лично товарищу Брежневу, где будет задан один простой вопрос. Нужна ли Советскому Союзу и его гражданам работа, которую делает Алексей Мещерский и возглавляемое им ТО. Благодарю за внимание.
* * *Тычок в бок и шипение Анны выводит меня из прострации. Быстро вскакиваю и с удовольствием целую супругу. На это раз, выполняя задачу товарища Месяцева, произнёсшего поздравительную речь.
— Лёшенька, может мне вообще целоваться со свидетелем, раз ты так занят? — злющая Анна кивает на Игоря, который в кои веки появился в Москве, и был рекрутирован мною на почётную должность сидеть за одним столом с молодожёнами.
Армейский дружок, у которого я фактически прожил два года, чуть не подавился салатом, услышав подобное предложение. От души бью его по спине и поворачиваюсь к своей половинке. Глаза девушки сверкают, хотя по тону и выражению лица не скажешь, что она в гневе.
— Ты можешь хотя бы на несколько часов забыть о делах и проблемах? Лёша, у тебя сегодня свадьба, а не планёрка или пьянка с техниками.
— Прости. Я опять погрузился в свои заботы. Сейчас Гена с ребятами вдарит по року, и давай расшатаем эту богадельню! А то надоели уже дежурные слова и поздравления. Разве что приятно после них целовать одну весьма аппетитную особу.
— Мещерский, ты меня иногда пугаешь, подобными перепадами, — зелёные глаза смотрят подозрительно, но буря явно миновала, — Я не против веселья. Но давай не будем превращать собственную свадьбу в балаган.
— Если ты не хочешь рок-н-ролла, то может Наташа меня поддержит, — киваю на свидетельницу и сразу получаю удар в живот.
Вот не скажешь, что этот изящный кулачок может бить так больно. Но Анна на этом не успокоилась ещё и наступила мне каблуком прямо на большой палец. Ничего страшного. Бьёт — значит любит.
А затем мы действительно зажгли. Я отправил к тамаде Игоря, чтобы он попросил её сделать долгую музыкальную паузу. Ну и началось! Солисты «Рассвета» были просто в ударе. Под «Ленинградский рок-н-ролл» и «Гуляку», казалось, плясали все — от мала до велика. Аня, наконец, перестала строить из себя серьёзную даму и превратилась в двадцатиоднолетнюю девчонку, кем она собственно и является.
Больше всех отрывался ваш покорный слуга. Злоупотреблять алкоголем в такой день я не собирался. И танцы стали хорошим антидепрессантом. Чувствую, что впадаю в некий аналог транса, и все заботы, и проблемы отходят на второй план. Выбор сделан, и я уже с этого пути не сверну. Так какой смысл переживать об этом, если от меня больше ничего не зависит?
* * *— Не понимаю, зачем вы хотите начать приложение с иностранных авторов? Ведь у нас хватает своих талантливых писателей. Смысл изводить бумагу и ресурсы на духовно чуждые советским гражданам книги? И не забывайте, что мы являемся подразделением Минкульта СССР, а не США. Ещё я не получил чётких указаний от товарища Шауро.
Чего-то Большов сегодня злой или дело во мне? Есть два варианта весьма недружелюбного поведения главреда «Советской Культуры». Либо по номенклатуре пошла волна, вызванная моим демаршем. И чиновники решили сами проявить инициативу, наказав зарвавшегося хама. Потому что пока нет никакой реакции большого начальства, на недавнее заседание в Госкино. Даже Фурцева молчит, хотя обычно меня сразу вызывают на ковёр. Вторая версия — это то, что Дмитрию Григорьевичу объяснили, кто именно являлся главным противником его перехода на Гостелерадио. Ему ещё предложили возглавить ТО «Экран», что вообще не лезло ни в какие рамки. У меня была беседа с Месяцевым по этому поводу, где он согласился, что подобное подразделение должен возглавить человек, разбирающийся в киноиндустрии. Но слабо верится, что Николай Николаевич сдал меня газетчику. Или информация просочилась из его окружения?
Но это не важно. Не дождавшись решения по типографии и изданию зарубежной фантастики, я пошёл другим путём. Жалко, что здесь не обойтись без Капитоновой. Когда я набрал её, то думал, что со мной не будут разговаривать. Но Светочка меня внимательно выслушала и попросила немного времени. И вот через две недели, мы сидим у её шефа, хотя эта должность скорее формальная. Не удивлюсь, если журнал «Культура» уже в этом году отправится в свободное плавание. Только пока надо действовать через материнскую организацию.
Затея была совсем простая. На базе журнала создаётся приложение, где будут печататься фантастика, приключения и детективы. В перспективе можно разбить проект по жанрам и печатать два отдельных журнала. Дело сейчас не в этом. Светочка умудрилась найти мощности, убедила Большова и Фурцеву, что подобное издание необходимо для советских читателей. Только не объяснила главреду «СК», что мы ходим печатать иностранную литературу. Нет, упор на неё будет только в самом начале. Весь смысл проекта в поиске по-настоящему новых талантов. Но для толчка, и указания нужного направления будущим авторам, мы хотели выпустить несколько первых номеров с западными романами. Затем уже планировался конкурс и раскрутка новых имён.
Вот Большов и упёрся рогом, мол, давайте продвигать своих. С трудом удалось доказать, что в данный момент советская фантастика весьма бедна на имена и идеи. Про детективный жанр даже говорить не хочется. Есть несколько интересных авторов, пишущих исторические романы, но с приключенческой литературой дела тоже неважные. Решение о начале издания приложения вышло половинчатым. В первом номере нам разрешили начать печать иностранный фантастический роман. Удивительно, но Дмитрий Григорьевич решил обойтись без санкции мудаковатого Шауро, курирующего культуру со стороны ЦК. Только поставил условие, что в номере также должно быть произведение молодого советского автора. Я сразу подумал про Люду Величкину, у которой есть несколько добротных повестей. Заодно попробуем внедрить в массы женский роман, но пока замаскируем его под приключенческий.
В качестве первого иностранного произведения я предложил «Бил — герой Галактики». Моё объяснение, что это антивоенный памфлет, направленный против американской военщины и звериного оскала империализма, очень понравилось Большову. Далее были технические детали, но дело было сделано. Хотя, нервы мне потрепали капитально. Это ещё хорошо, что главред «СК» не боится проявлять инициативу. А может, просто не хочет связываться с Капитоновой, которая ему проест остатки плеши.
О ней сейчас и речь. Надо было утвердить множество деталей, поэтому мы переместились в Светочкин кабинет. В приёмной журналистка попросила секретаря нас не беспокоить и открыла передо мной дверь. Неплохо так она устроилась! После ремонта в кабинете появилась новая мебель, кадки с цветами, шкаф со справочниками и практически всё. Деловой минимализм во всей своей красе.
Не успел я зайти, плюхнувшись на стул, как раздался тихий поворот ключа и меня обняли за шею. Знакомый аромат духов и тела сразу ударил в голову, а скорее немного ниже. Говорите, что хотите и обвиняйте меня в подлости, но мне тяжело сопротивляться чарам товарища Капитоновой. Это прямо наваждение какое-то.