Иной мир. Морпехи. Книга первая
– Иртыш, шестому, осветительным: упредительное десять секунд. Остальным: цель сто один пехота, осколочно-фугасным, взрыватель фугасный, пять снарядов залпом – огонь!
– Иртыш, шестому, осветительным: упредительное десять секунд. Остальным: цель сто один пехота, осколочно-фугасным, взрыватель фугасный, пять снарядов залпом – огонь! – повторил Усков.
Денис слышал через рацию выстрел шестого орудия, начал про себя отсчитывать. Через несколько секунд послышался залп батареи, и в этот момент на небе вновь вспыхнул осветительный снаряд.
Шумуны, или просто шимпанзе, уже вовсю орудовали внутри загона. Добили к тому времени всю скотину, а некоторые уже, взвалив коров на плечи, тащили их в сторону леса, ловко перепрыгивая двухметровый забор. Автоматы сторожей затихли.
Одновременные разрывы артиллерийских снарядов застали шумунов врасплох. Причём снаряды упали так, что часть разорвалась у ближнего забора, часть – ближе к лесу, перед носом идущих с добычей впереди обезьян.
В организованной группе охотников началась паника, шакалы метались между ними, а количество стоящих на ногах обезьян-охотников сокращалось. Осветительные ракеты периодически подсвечивали поле, а осколочно-фугасные снаряды разрывались всё ближе и ближе к центру огневого мешка, перемешивая с землёй и обжигая раскалёнными осколками части тел, кровь и плоть.
– Урал, Иртыш по цели сто первой стрельбу окончил.
Расход двадцать девять.
– Иртыш, я Урал, принял.
– На тепловизоре прямо всё плывет, не видно ничего. У вас как?
– Движения нет! – ответил Денис.
– А мне можно посмотреть? – Дед Расул подорвался с места, но тут же упал на пятую точку, ударившись головой о низкий потолок МТ-ЛБ.
– Можно, люк откройте и любуйтесь. Ришат, ты сказал, что они сами себя шумунами называют. Ты с ними общался, что ли?
– Не я, товарищ майор, а дед Расул. Они знают наш язык.
– В смысле – знают? Дед Расул, походу, ты мне много чего не рассказал.
В этот момент по крыше машины, мелко стуча ногами и шипя, начало что-то ходить.
– Кто там ещё? – Качанов потянулся руками за стопорной ручкой крышки люка.
– Серёга, отставить. Ты чего! Забыл, куда попал? – Денис дёрнул его за руку.
– Судя по количеству ног, это сколопендра. Больше никто так не умеет в этом мире ходить, – прокомментировал Ришат.
– Они тоже большие?
– Вы даже не представляете насколько, – ответил Ришат. Но броня тут для неё крепка, долго ей придётся нас выковыривать.
– Бато, заводи, – крикнул во весь голос Денис. – Выезжай из укрытия и поехали к загону. Ришат, твои сколопендры трупы обезьян едят?
– В этом мире в основном все едят всех, а эта тварь почти на первом месте по обжорству.
МТ-ЛБ, пшикнув сжатым воздухом, завёлся. Бато включил бортовые огни с маскировочной накладкой и мягко тронулся в сторону загона. Огромной многоножке, видимо, данный манёвр не особо понравился, или же ей одну из ног гусеницей отдавили, но стуки по броне стали отчётливее, сильнее и настойчивее. До места, где прежде существовал загон, доехали быстро. Денис с желаниями твари угадал: почуяв запах свежей и ещё тёплой плоти, сколопендра быстро потеряла интерес к железной машине и исчезла в темноте.
Подождав пару минут, Денис чуть приоткрыл верхний люк. Большая поляна была изрыта разрывами снарядов. Куски дёрна местами тлели и дымились. Запахи сгоревшего пороха, гари и жжёного мяса ударили в нос.
Где-то в темноте шуршала и шумела, поглощая свою еду, сколопендра.
– Серёга, я в ночник насчитал их около тридцати штук, когда они из леса выходили. А ты?
– Я не смог посчитать, – пожал плечами Качанов, – техника старая.
– Дед Расул, уважаемый вы наш, у вас минута времени доложить про обезьян.
– Да чего рассказывать. Конкретно в этом лесу живут два племени. Расселились на деревьях. У них, типа, хижины. Есть вожак. В каждом племени пятьдесят – семьдесят обезьян, включая охотников, самок и детёнышей.
– Откуда ты всё это знаешь?
– Был у них. Дочку мою увели, хотел договориться, вернуть.
– Смог?
– Нет, они мне череп её отдали, моих провожатых убили, а меня отпустили. После этого иногда внаглую приходили просить скот. Если не дашь – ночью возвращались и людей забирали.
– Понятно. Ладно, будет интересно – сам сюда завтра приедешь и посмотришь результат, если тварь тут всё не сожрёт. Хотя куда ей столько.
– Да сейчас повылазят тут, поэтому заберём сторожей, и поехали уже, – отозвался Ришат. Сторожей шакалы пытались достать, но толстые доски и хорошая реакция мужиков спасла им жизни. Как и проинструктировали, после первого же факела они спрыгнули в погреб, закрылись и ждали прихода морпехов.
– Дед, мы свою часть сделали, Ришата отдашь мне в проводники, тем более он сам хочет. Да, Ришат?
– Договорились! – ответил повеселевший глава поселения.
Глава 4– Разрешите, товарищ майор. – В дверях стоял сержант Нагорный.
– Да, заходи, Паша. Всё сделали?
– Так точно. Без потерь. Местного взяли, в тридцати километрах отсюда, когда обратно уже ехали. Не смог ничего объяснить.
– Где он?
– В кузове, связанный лежит!
– Паша, скажи дневальному, пусть Субботина позовет.
– Я тут, товарищ майор, – отозвался младший сержант Субботин, стоя за дверью, из-за которой его не было видно.
– Отлично, заходи и закрой дверь. Докладывайте, что узнали. Паша, начинай.
– Проверили все направления. Дорога единственная, ведёт на север, ближайший населёный пункт в сорока километрах отсюда. По пути – только линии электропередач. Посёлок достаточно большой, и, судя по звукам, есть небольшие пилорамы. Дома все деревянные, из бруса сделаны. Тут, похоже, зимы не бывает, холода слабенькие какие-то, как на югах. Вооружённых людей не видел. Много иностранцев. Речь в основном нерусская. Главная дорога проходит по окраине посёлка и дальше. У местных узнал, посёлок называется Баложе. Глава этого посёлка – латыш.
– Урал не спалили? Со зверьём что? – уточнил Денис у младшего сержанта.
– Никак нет, мы спрятали его за пару километров, в охранении двое остались, а я с Калюжным в посёлок ходил. Лбов нам у местных гражданку нашёл. На обратном пути встретили на мотоцикле местного, отсюда, из Урмана, хотел сперва от нас убежать, но в кювет свалился.
Объяснить, куда и зачем едет, не смог, ну, мы его в кузов и закинули. Антон его чуток помял, сопротивлялся сперва.
– Паша, у тебя что?
– У меня всё веселее, товарищ майор.