Ты (не) моя (СИ)

Жму плечом.
- По-моему, такие договоренности и были достигнуты.
- И вдове лучше тихо и мирно подписать все бумаги, - уточняет мужчина.
- У вдовы других проблем полно, - из-за ныне покойного Карапетяна, - Бумаги она подпишет. Все, которые нужно.
- У нее ничего не останется, - предупреждает меня мой собеседник.
- Это неважно, - выговариваю ровно.
Сам-то, когда с бабами спит, они ему доплачивают, что ли? С чего вообще он решил, что я или Нина имеем какие-то виды на бандитские деньги?
- А то маман Артура утверждала, что вдова ничего не отдаст, - всё также ровно говорит этот человек. Представляться он не представляется, а спрашивать я не хочу. Мне всё равно, кто он.
Правильно Нина так о бывшей свекрови отзывается. Та еще - змея.
- Ей-то откуда знать? Они не общаются.
- Да вот я тоже подумал. Как-то странно. Девочка всегда была тихая и смирная. С чего вдруг жадность бы её так обуяла? Вот только на раздел имущества подала. Меня это и напрягло.
- Тогда иначе было нельзя...
- Рассчитывал, что мы сами с Артуром разберемся за потерю активов?
- Разве было бы по-другому?
- А ты, парень, не так прост...
Он выбрасывает окурок сигареты. В урну. Я думал, швырнет на дорожку.
- Что ж, - смотрит на часы, - Пора мне. Смотри, не передумай.
С этими словами удаляется от нас с Калининым. Через несколько метров из ниоткуда выныривает его сопровождение.
Мы с Вячеславом Михайловичем какое-то время молча смотрим им вслед.
- Егор Макарович, мне кажется, у вас сегодня второй день рождения, - говорит Калинин задумчиво.
- У меня он не второй. Их у меня уже много набралось, - отшучиваюсь я, - Второй был, когда меня доктора с того света доставали, третий - когда с Ниной всё обошлось. Сегодня, если пересчитывать, то четвертый.
- Вы еще шутите... Это очень опасные люди.
- У опасных людей, как и у всех остальных, есть один существенный недостаток, Вячеслав Михайлович. Они смертны.
Он переводит на меня заинтересованный взгляд.
- А вас, я смотрю, в преступные круги потянуло.
- Нет. Меня наоборот потянуло к тихой и скучной жизни. Но тут все стали активно мешать.
- Хм... Зря они, - Калинин теперь смотрит на меня с некоторой долей уважения, - Но то, что они хотят, лучше сделать побыстрее. чтобы не разжигать еще один конфликт.
- Я и не собирался. Вы же до этого говорили, что нужно сделать. Я был с этим полностью согласен. Ничего не поменялось и сейчас.
- Тогда то, что оформлено на Нину, будем передавать. А наследственное имущество - после прохождения всех формальностей.
- Надеюсь, эти люди, - киваю в ту сторону, в которую удалился визитер, - такие тонкости понимают?
- Понимают, конечно.
- Тогда зачем нужно было со мной встречаться?
- Ну, наверное, ваш собеседник хотел убедиться, что у вас не снесло башню от свалившегося богатства.
- Да не снесло у меня ничего. К деньгам тоже нужно особое отношение, иначе они превращаются в самоцель. Их всё время мало. А жадность никого до добра не доводила.
- И то верно.
Мы пожимаем друг другу руки и расходимся. Я ковыляю обратно к себе, Калинин уезжает.
Документы по передачи основной массы имущества Нина подписывает уже на следующий день в больнице. Калинин не стал тянуть. Возможно, с ним были достигнуты такие договоренности. Мне это было, если честно. не интересно. Мне больше волновало, когда же я смогу забрать Нину домой, и мы заживем более-менее нормально. Без независящих от нас потрясений. Обычной, серой жизнью, которую некоторые не ценят. И о которой мы с Ниной так мечтаем.
Я жду от судьбы очередного подвоха, но к счастью моя тревога оказывается надуманной. Нину выписывают через два дня после подписания тех документов на передачу активов.
Больше никто не просит ни о каких встречах, а Калинин уверяет, что всё прошло нормально, и проблем нам ждать не стоит.
Машина останавливается возле подъезда. Нина выбирается из салона вслед за мной. С любопытством оглядывается. Давид пока у моей матери и отчима. Мы решили, что заберем его ближе к вечеру.
  
Нина вертит головой и улыбается.
- Ой, какая детская площадка здесь, Егор! - с восхищением говорит мне, цепляясь за мою руку.
У нее уже заметен животик. И от этого зрелища в груди разливается незнакомое раньше тепло.
- Хорошая тут площадка, - соглашаюсь я с ней, - Пошли домой. У меня для тебя сюрприз.
- Какой? - загорается Нина сразу же.
- Увидишь, - улыбаюсь я.
  
Глава 34
 
Глава 34
Нина 
Квартира встречает меня запахом ароматических свечей и цветов. В ней царит полумрак. Я не была здесь ни разу, и теперь с интересом разглядываю незнакомую обстановку. На полу цепочкой расставлены и зажжены свечи. А еще вдоль этой цепочки стоят большие вазы с цветами на длинных стеблях. Под потолком витают белоснежные шары, наполненные гелием, с надписью, выполненной красным: "Я люблю тебя".
Мои глаза сами собой наполняются слезами. Я не подозревала, что то, что сделал Егор, будет настолько трогательно. И что, оказывается, мне очень не хватало того, чтобы кто-то сделал для меня что-то подобное.
- Егор... Ну, зачем ты... Не надо было... - бормочу я вслух. Не знаю, как еще выразить все те чувства, что меня сейчас одолевают.
Мы с ним идем туда, куда ведет нас цепочка из свечей. Когда он слышит, что я говорю, то оборачивается, мягко берет моё лицо в руки и целует в губы.
- Надо было, Нина. Надо, - как же хорошо, что он такой. Не стыдящийся своих чувств, умеющий их открыто демонстрировать. Это придает мне силы и веру в то, что у нас всё будет хорошо.
- Если бы между нами всё было не настолько запутано, я бы сделал это уже давно. Я хочу, чтобы ты знала, насколько ты для меня важна. Я хочу, чтобы ты никогда не сомневалась, что любима.
У меня перехватывает дыхание.
- Это не все сюрпризы, Нин. Если бы всё было по-другому, то я бы сделал это в каком-нибудь запоминающемся месте. Но поскольку в нашей жизни полно сложностей, да и со здоровьем у нас имеются проблемы, то я решил не тащить нас никуда, а устроить праздник дома. Но праздник нам нужен. Важно приносить в свою жизнь что-то хорошее. Хоть капельку. Но от этой капельки никогда нельзя отказываться.
Потом он увлекает меня дальше, и мы оказываемся в гостиной. Квартира большая, в двух уровнях. Из гостиной наверх ведет лестница. Здесь нас ждет красиво сервированный стол.
- Раздевайся, - предлагает мне Егор, помогает снять верхнюю одежду.
Центральное место на столе занимает блюдо под позолоченной крышкой.
Егор помогает мне сесть, а потом снимает крышку с блюда. Там бархатная коробочка. Открытая. В ней кольцо.На камнях играют блики. Вставка выполнена из трех средних изумрудов, разделенных мелкими бриллиантами.
Я поднимаю взгляд на Егора. Его губ касается смущенная улыбка.
- Ты извини, я нервничаю...
Он нервничает? Мне он всегда казался оплотом спокойствия...
Крышку от блюда он убрал в сторону, а сейчас взъерошивает свои светлые волосы.
- Прости, на одно колено опуститься не смогу, - какое одно колено? О чем он вообще? Это всё неважно...
Егор берет коробочку в руки, достает кольцо.
- Нин, я прошу тебя стать моей женой... Я вижу свою дальнейшую жизнь только с тобой. Ты даже не представляешь, что я пережил, когда думал, что тебя не стало.
Я улыбаюсь и плачу. Не могу ничего с собой поделать. Стала слишком чувствительной. Возможно, это из-за беременности.
В ответ на слова Егора я просто протягиваю вперед руку.
- Кольцо такое красивое. Конечно, я выйду за тебя... - и больше ничего не могу сказать. Так хочется рассказать, как много он для меня значит, как сильно я его люблю, как не мыслю своей жизни без него, но слова не идут с языка, горло перехватило спазмом.
Егор берет мою руку, нежно целует ладонь и одевает кольцо на безымянный палец правой руки.