Космический роман. Сирота и гендиректор

Зара продолжала смотреть через меня на предмет своего воздыхания и заговорила:
– Знаешь, что у Картера Вина мощнейшая команда управленцев и умов в нашей системе, которых не переманить, сколько бы не пытались и какими бы суммами не соблазняли конкуренты? И что доходы его корпорации заставляют грызть сидения директорских кресел пятерки богатейших людей Рантара?
– Нет.
Меня, конечно, восхищают такие люди, но вот эта суета вокруг них удручает. Почему галактиане так себя не ценят? Особенно женщины.
– Ты только посмотри! Официантка сейчас чуть не села ему на колени, – ахнула Зара. – Представляю, как его достали вниманием.
Я подняла взгляд на девушку и усмехнулась:
– Не так уж и достали, если сидит в общем зале, а не снял вип-комнату.
От правды Зара захлопала глазами и задумалась.
– Почему?
– Сама посуди: если ты богат и денег у тебя до соседней галактики, то ты можешь снять весь ресторан только для того, чтобы спокойно выпить чашку корта. Как минимум, можешь снять вип-зал, если пришел внезапно. Для такого дорогого гостя персонал точно найдет закрытое место. Но он этого не сделал. Сел у всех на виду, собирает внимание. Так что не надо его жалеть, – эмоционально высказалась я, а потом немного стушевалась от ощущения взгляда, сверлящего спину.
Что-то я разгорячилась. Почему так ярко отреагировала? Меня это не касается.
Нам принесли еду. Зара давилась зеленью, а я с удовольствием ела теплый шук, когда позади вдруг раздался разгневанный голос мужчины в возрасте в мансогским акцентом.
– Картер Вин, что это значит?
Я обернулась.
Рядом со столом главы “Космостроя” стоял невысокий пожилой мужчина с красным от ярости лицом. Он швырнул папку на стол так, что несколько листов вылетели на пол.
Картер Вин посмотрел на возмущенного мужчину так, словно жалел о потраченном здесь времени:
– Только то, что ваш сын будет приговорен к смертной казни, а вы являетесь единственным наследником его имущества. Все расчеты с его места работы тоже получите на свой лицевой счет.
– Как у вас язык поворачивается спокойно об этом говорить? Сид – лучший из ваших инженеров, который работал с вами с самого начала. Вы же отправляете его на расщепление на атомы без сожалений!
– Думал, у вас есть вопросы. – Картер Вин поправил пиджак, явно собираясь встать.
Я обратила внимание на руки. Такие крупные, с длинными пальцами, ухоженные. В голову сразу полезли тысячи дурацких фантазий. Например, как они путешествуют по моему телу.
Так, Лана, очнись. На него и без того вешаются на каждом шагу. Имей достоинство.
– Я их и задаю. Вы использовали моего сына, доили его ум. А когда он изобрел легендарный “Эра – 7000” – подставили его. Не хотите платить высокий процент, как изобретателю, мерзавец! Вот в чем дело.
– Раз у вас нет вопросов, удаляюсь. Можете остаться и заказать, что хотите. Я оплачу.
Картер Вин встал, и я поразилась тому, какой же он крупный, но при этому пластичный. Словно он с детства занимался боевыми искусствами. Ни одного лишнего движения. Просто уверенность в каждом шаге, который он делал, направляясь к выходу из ресторана.
Его оппонент схватил с соседнего стола нож и бросился на Картера Вина со спины. И мгновенно оказался переброшен через плечо, а холодное оружие уже покоилось в руках главы “Космострой”.
– Не стоит, если не хотите сидеть в тюрьме, – сказал он спокойным тоном, склонившись над мужчиной.
Нож в его руках лежал так комфортно, словно он только и делал, что убивал им. Словно был наемником, что годами летал по галактикам и врукопашную захватывал корабли.
– Убийца! Как тебя только Вселенная носит? – Мужчина обхватил руку Картера и прижал к своему горлу острие.
Я вся сжалась. Нож у кожи вызывал у меня желание забиться под кровать. Я ненавидела насилие в любом его проявлении. Крики, удары, порезы, ругань – все это вводило меня в состояние ступора, сколько себя помню. Я и сейчас оторопела, ощущая воздействие клейма на спине.
  
Неужели человек хочет убить себя рукой рантарианца? Он в таком отчаянии или хочет подставить Картера Вина?
Я жадно всмотрелась в лицо главы корпорации “Космострой”, ожидая увидеть растерянность. Вместо этого же заметила холод и мрачную решимость. Картер Вин немного подвинулся, но не рукой, а телом.
– Играете такими вещами? – спросил глава холдинга “Космострой” и надавил ножом на шею так, что потекла струйка крови. – А вы знаете, что сейчас я закрываю вас от камер, и доказать факт убийства будет невозможно, если я продолжу? Множество свидетелей подтвердит, что вы сами приставили мою руку к своему горлу и совершили суицид.
Меня бросило в пот от описанной картины. Я закрыла глаза и постаралась вернуть себе нормальное дыхание. Я уже не в приюте. Я взрослая. Меня никто не обижает.
– Урод! – Услышала я возглас возмущенного человека и распахнула глаза.
Картер Вин резко встал, с безразличным выражением лица отбросил нож на стол к шокированным размалеванным девицам. Они завизжали, а глава “Космострой” пошел на выход.
В ресторане повисла тишина. Я боялась смотреть вниз, на пол. Пыталась по лицам гостей ресторана понять, чем же закончилось дело. Все осмысливали случившееся, но никто не был смертельно напуган и не визжал. Только убедившись в этом, я посмотрела на человека с небольшим порезом на шее, что продолжал лежать на полу и смотреть в потолок.
Он жив!
По его щекам текли слезы. Бедный. Он скоро потеряет сына, и еще непонятно, виноват тот или нет. Мне стало жалко его, но я не могла сдвинуться с места, скованная своим прошлым.
Насилие всегда выдавливало меня из привычного ритма, я зависала.
– Лана, – позвала Зара, похоже, уже не в первый раз. – Лан!
– Да?
– Ты чего голову в плечи вжала?
Я постаралась расслабиться. Все закончилось. Все позади. Нет драки, нет ссоры, нет насилия. Не со мной.
Это я на словах такая смелая – могу отказать начальнику. А вот если он набросится на меня, знаю, что не смогу пошевелить и пальцем, стоит ему только схватить меня покрепче. Поэтому все мое оружие – это слово. Но ровно до момента контакта.
Кротова нора, это клеймо сироты! Все из-за него.
Вот сведу печать со шрамами и вылечусь от этой дурацкой реакции организма. Говорят, что в чернилах содержится вещество, которое блокирует защитные реакции организма на насилие. Это делают для того, чтобы сироты были послушными на любое воздействие воспитателей.
Бр-р-р!
– Все хорошо. – Я постаралась улыбнуться, продолжила есть.
Еще как только научилась ходить, поняла, что нужно питаться, несмотря ни на что. Не важно, что с тобой происходит – отправь кусок в рот. Тогда выживешь.
Еда теперь казалась абсолютно безвкусной. Вся бешеная харизма Картера Вина испарилась, словно он тем ножом отрезал ее от себя.
 
Глава 2
 
– Вам нужно пройти в зал бизнес-класса. Вас пересадили, – девушка за стойкой улыбнулась мне так, словно я выиграла приз.
Вот только для меня эта новость была настоящей проблемой. Похоже, Лукас Гноц не собирался сдаваться так просто.
– Вики, – Зара посмотрела на меня с просьбой и протянула руку к моему билеты.
Значит, мне не показалось, что коллега с удовольствием заняла бы мое место и использовала возможность быстрого продвижения по службе. Что ж, у всех сирот свои пути.  Зару, например, никогда не напрягало клеймо и она не понимала моего стремления его свети. Наверное, в ее приюте были хорошие воспитатели.
Я повернулась к девушке за стойкой:
– Я могу поменяться со своей подругой?
– Нет. Пересадка именная.
Да пропади он в черной дыре, этот Лукас Гноц! Упрямый мерзавец. Теперь я стояла перед выбором: либо психануть и не полететь с командой, что равносильно потере работы, либо сесть рядом с гендиректором и терпеть восемь часов его пошлые комплименты и недвусмысленные намеки.