Свистать всех на дно! или Кто подставил принцессу?

— Да, похоже немного, — охотно кивнул Дрейк. — В своей боевой форме дреймоны действительно огромные…
— Насколько огромные?
— Легко могут заглотить большой корабль.
— Ого, — только и выдохнула я. — Кракен нервно дергает щупальцами в сторонке…
Дрейк рассмеялся.
— Да… Есть такое дело. Но, кстати, с Кракеном мы дружны, он очень милый и добрый на самом деле.
— В смысле? Ты хочешь сказать, что в этом море водится настоящий Кракен?! — в ужасе воскликнула я, вытаращившись на черную воду с таким видом, будто ожидала прямо сейчас увидеть на поверхности гигантское щупальце легендарного осьминога.
— Ну да, — буднично кивнул Дрейк. — В восточной части моря обычно бродит, та часть моря ему больше по душе, ближе к океану, к тому же, иногда… Агата? Ты в порядке?
— Не уверена, — нервно отозвалась я, отшатнувшись от деревянного бортика так, будто это могло меня чем-то спасти от гипотетического нападения гигантского осьминога.
Мне кажется, я бы вообще не поплыла в Тироль, если бы знала, что в Тейлонском море живет самый настоящий Кракен. И вообще… Верните меня на сушу, пожалуйста!!
— Да ладно тебе, это всего лишь очередной морской обитатель, — усмехнулся Дрейк. — Дреймоны в разы опаснее Кракена, честно тебе скажу. Расслабься. Ты слишком напряжённая.
— Интересно, почему? — нервно усмехнулась я, уже не зная, то ли плакать, то ли смеяться.
Обстановочка вокруг, прямо скажем, не способствовала успокоению. Море бушевало, гремел гром, сверкали молнии. И мы такие — две одинокие души, плывущие посреди этого безобразия… в гробу.
— Ты же любишь петь? — неожиданно спросил Дрейк.
— Ты предлагаешь нам сейчас музицированием заняться?
— Ну да. Почему нет?
— Не самое подходящее место и время, — буркнула я.
— Море любит, когда ему поют серенады. К тому же, это успокаивает. А ты нервничаешь. Тебе нужно переключиться, — уверенно произнес Дрейк и крикнул куда-то в пустоту:
— Эй, Райкху!
Фамильяр материализовался рядом почти мгновенно. Завис в воздухе с бессменной гитарой и уставился на хозяина в ожидании приказов.
— Райхку, подыграешь мне?
Медуза довольно пискнула и начала перебирать струны, подбирая мелодию, подстраиваясь под Дрейка, который запел красивую песню. Спокойную такую, романтичную. Голос его был нежный и убаюкивающий, казалось — обволакивающий душу. Дрейк сгреб меня в объятья, прижал к себе покрепче. Он кое-как устроился полулежа в обнимку со мной и так и продолжил петь, поглаживая меня по волосам и со светлой улыбкой поглядывая по сторонам. Он улыбался морю, улыбался сверкающим в небе молниям. И в целом совсем не был похож на человека попавшего в безвыходную ситуацию.
Я сама не заметила, как начала подпевать и даже — улыбаться. Сначала — робко, несмело. Потом мой голос становился всё громче, увереннее, переплетаясь с голосом Дрейка*. Такого спокойного и уверенного в себе и в положительном исходе ситуации мужчины, который нежно обнимал меня и целовал в макушку, отчего хотелось по-идиотски улыбаться.
И его спокойствие в конце концов передалось и мне. Я лежала в обнимку с Дрейком, положив голову ему на плечо, слушая его размеренное сердцебиение. Пытаясь абстрагироваться от творящегося вокруг ужаса. Просто находясь в моменте и радуясь тому, что я не одна, что рядом со мной — тот, с кем можно идти в огонь и в воду.
До чего же странно было дрейфовать вот так вот в проклятом гробу в эпицентре шторма в открытом море и… и петь, глядя на то, как Райкху играет на гитаре, летая вокруг нас подобно странной волшебной тучке.
Когда мы допели, я уже окончательно успокоилась. И — неожиданно! — стала засыпать. Видимо, психика уже не выдержала и решила отключить мозг, больше не в состоянии переваривать информацию. Сквозь дрёму я услышала, как Дрейк обращается к Райкху:
— Найди корабль с этим, как его… Финеасом. Кажется, ему можно доверять. Передай ему мой артефакт, — при этих словах услышала, как звякнула цепочка с жемчужным медальоном. — По нему Финеас сможет нас найти, артефакт укажет путь к медальону Агаты. Объясни Финеасу ситуацию, хорошо?..
Они о чем-то еще говорили, обсуждая детали, но я уже не слышала, так как сладко засопела на груди Дрейка, провалившись в сон.
 
Глава 24. Тяжкая доля.
Просыпаться в объятьях Дрейка оказалось чрезвычайно приятно, даже несмотря на то, что мы лежали отнюдь не в мягкой кроватке.
Проснулась я от лучиков рассветного солнца, которое уже поднялось над горизонтом и теперь нещадно слепило глаза, бликуя на воде. Шторм закончился — вот даже не знаю, когда именно, так как я на удивление спала как убитая. Видимо, сказывалось последствие отравления от порошка из корня шилонды, потому что в обычном своем состоянии я вполне была способна долгое время находиться без сна, и не особо страдала по этому поводу. И не заснула бы я в такой штормовой обстановке, если бы мне не было плохо. Просто не смогла бы расслабиться, да и инстинкт самосохранения заставил бы бодрствовать. Однако, ослабленная ядовитой дрянью, спала в ласковых объятьях Дрейка как миленькая и чувствовала себя очень защищенной. Необычное чувство… Всё-таки руки дорогого сердцу человека — самая лучшая "мягкая кроватка" на свете, ну честное слово.
— Доброе утро, сладчайшая.
А, и ласковый голос дорогого сердца человека — самый лучший будильник, да.
Мои губы сами по себе растянулись в довольной улыбке. Кажется, я начинала привыкать к такому обращению. И уже не могла сказать, что мне оно не нравилось.
— Как ты себя чувствуешь? — Дрейк коснулся губами макушки, приятно перебирая мои локоны.
— Сносно. Главное, что жива, — пробормотала я.
Шея и плечо затекли от нахождения в неудобном положении длительное время, и я кое-как села, разминая мышцы. Огляделась по сторонам.
Тишь да гладь. На небе ни облачка и ни намека на то, что совсем недавно тут волны хлестали высотой в два человеческих роста. Мы дрейфовали где-то в море, такие одинокие, словно бы одни на всем белом свете. Время было раннее, и воздух еще был приятно прохладный. На плечи мои был накинут камзол: видимо, Дрейк позаботился обо мне, укрыв ночью. Расставаться с камзолом пока не хотелось, в нем было тепло и уютно. А еще от него вкусно пахло медом и мятой, и этот аромат наконец-то перестал меня раздражать. Теперь мне хотелось вдыхать его снова и снова.
Выжили… Надо же, мы правда выжили в этом диком шторме, и нас даже не перевернуло. Без магии Дрейка мы из этого Ада не выбрались бы точно.
— Пить жутко хочется…
— Потерпи немного, скоро будем на корабле.
— На каком корабле? — встрепенулась я.
Дрейк махнул рукой вправо.
— А вон же, плывет. Тот самый, на котором вы из Лакора отплывали, верно же?