Когда он получает (ЛП)

Я перекладываю пистолет через журнальный столик к Максиму как раз в тот момент, когда Ярослав Андреевич Соколов, пахан «Бостонской братвы», входит в мою гостиную.
ГЛАВА 32
БЛЕЙК
Руки Екатерины дрожат, когда она ставит кружки с кофе на поднос.
— Твоему мужу лучше знать, что он делает, — пробормотала она себе под нос. — Ты же не хочешь увидеть, как пахан отреагирует, когда его разочаруют.
Мой взгляд останавливается на седовласом мужчине, который только что вошел в гостиную в сопровождении четырех вооруженных людей. Даже с расстояния в двадцать футов можно безошибочно определить темные, впалые ямы его глаз. В них есть что-то совершенно бездушное.
Мой пульс учащается. В горле стоит ровный гул. Единственное, что удерживает меня на месте, — это то, как спокойно ведет себя Неро. Если он и испытывает какое-то напряжение, то хорошо его скрывает, даже когда один из охранников похлопывает его по плечу.
Неро ожидал, что Максим отведет его к пахану, а не притащит сюда без предупреждения. Что это значит для плана, который они с Джино Ферраро разработали? Скорее всего, теперь он отменяется, и нам остается только импровизировать.
Я понятия не имею, что я могу сделать, чтобы помочь нам пережить эту встречу.
Но я должен сохранять спокойствие. Замереть, как в кабинете Максима, — не вариант. Не тогда, когда на кону стоят наши жизни.
— Неро де Лука, — прохрипел пахан голосом, испорченным сигаретами и возрастом. — Наконец-то мы встретились.
— Добро пожаловать, — хрипло говорит Неро, пожимая ему руку. — Пожалуйста, присаживайся.
Я сосредоточиваюсь на задаче, беру из буфета маленькую баночку сахара и ставлю ее на поднос. Легче сохранять спокойствие, если я чем-то занята.
— Он пьет кофе с молоком? — спрашиваю я Екатерину.
Она скрещивает руки, ее глаза холодно следят за моими движениями. — Нет. Он берет черный.
В другом конце комнаты губы пахана кривятся в полуулыбке.
— Я всегда считал Мессеро умным человеком, — говорит он Неро. — Но то, что он сделал с тобой, похоже, грубый просчет. По общему мнению, ты был хорошим консильери. Что произошло той ночью?
Неро пожимает плечами. — Рафаэле запаниковал. Я не знал, что Ферраро придут, и принял их за врагов.
— Рафаэле не из тех, кто поддается эмоциям. Он стоический человек.
— Его жена была в опасности. Ты, конечно, знаешь, как она важна для него?
Пахан смеется, и резкий звук эхом разносится по комнате. — Мне хорошо известны его слабые места. Он хорошо их защищает.
— Все готово, — говорит мне Екатерина, кивая на кофейник. Ее беспокойство ощутимо, оно практически вибрирует от нее. — Пойдем. Отнеси ему.
— Почему ты так боишься его, если вы на одной стороне? — тихо спрашиваю я.
В ее глазах мелькает смесь страха и разочарования.
— На одной стороне или нет, но он не терпит дураков. Я просила Макса подождать еще немного, прежде чем обращаться к нему с этой идеей, но Максу не терпится. Если он ошибается, на кону будет стоять и моя шкура, и его. Так, больше никаких вопросов, поторопись.
В моей груди зарождается жалость к ее едва подавляемому ужасу. Я изучаю Максима, который сидит справа от пахана, на его губах играет самодовольная ухмылка. Она права, что беспокоится. Ее муж совершает ошибку.
Или, по крайней мере, совершал, пока не перевел стрелки на нас.
Весь смысл этого заговора заключался в том, чтобы дать Джино шанс убить русского лидера, но он даже не подозревает, что пахан здесь.
Телефон в моем заднем кармане вибрирует, и мое сердце учащенно забилось. Может быть, это Джино?
Я не могу ответить на звонок в присутствии Екатерины.
Я ставлю кофейник на поднос, пытаясь придумать, как улизнуть хотя бы на несколько секунд. Телефон продолжает вибрировать.
— Чего ты ждешь? — шипит Екатерина. — Иди.
Появляется идея. Это авантюра, но попробовать стоит.
Я подхватываю поднос и несу его туда, где сидят мужчины.
— Рафаэле пожалеет, что поставил свою жену выше вашей дружбы, — говорит Пахан. — Я позабочусь об этом. А Джино Ферраро заплатит за то, как он с тобой обращался.
  
Неро кивает.
— Я ценю это. Надеюсь, это станет началом плодотворного сотрудничества.
Его глаза переходят на меня, когда я ставлю поднос на кофейный столик. На краткий миг в его взгляде мелькает отчаяние, но потом он отводит глаза. — Спасибо.
— Без проблем.
Телефон перестает вибрировать.
— Это твоя жена? — спрашивает пахан.
Я вежливо улыбаюсь пожилому мужчине. — Да. Я Блейк Де Лука.
Его темные, полные холода глаза оценивают меня, пока я наливаю кофе в пять чашек.
— Как любезно с вашей стороны приготовить угощение. Если вы не возражаете, одному из охранников нужно проверить вас на наличие оружия.
Неро рычит. — Никто не тронет мою жену. Она не вооружена.
Улыбка пахана холодна.
— Не сомневаюсь, что это так, но мне всегда нравилась фраза «доверяй, но проверяй». Почему бы вам не снять свитер, чтобы мы могли посмотреть, не припрятано ли у вас что-нибудь?
Я смотрю на Неро и жду его одобрительного кивка, прежде чем стянуть толстовку через голову и бросить ее на диван. Сердце колотится в груди. Что, если они заберут мой телефон?
Но Пахан выглядит довольным.
Он бросает взгляд мимо меня. — Катя, я тебя не заметил. Присаживайся, детка. И ты, Блейк. Все в порядке.
Мои легкие расширяются от облегчения, когда я опускаюсь рядом с Неро.
— Это важный момент для твоего мужа, не так ли? — продолжает Пахан. — О котором ты, возможно, когда-нибудь расскажешь своим детям. Мы нечасто рассматриваем возможность перевести итальянца на нашу сторону, но для такого легендарного человека, как твой муж, нужно сделать исключение.
Он ухмыляется, сложив руки на животе. — Неро, ты хотел поговорить лично. Полагаю, это потому, что ты хочешь получить мою личную гарантию того, что я позабочусь о Мессеро и Ферраро. У тебя она есть. Я даю тебе слово, как мужчина мужчине. Никаких сделок не будет. Они умрут от моей руки.
Неро кивает. — Я ценю это.
— С удовольствием. А что касается твоей должности… Ну, мы можем обсудить это позже. — Он делает пренебрежительный взмах рукой. — Давай не будем увязать в административных деталях. Я очень хорошо вознаграждаю тех, кто доказывает свою ценность для меня.
Неро двигается в своем кресле. — Я слышал, что вы щедрый человек.
— Тогда говорите, господин Де Лука, — говорит пахан с ноткой нетерпения в тоне. — Говорите, что хотите сказать.
Телефон снова начинает вибрировать, как раз когда я подношу чашку с кофе к губам. Я слегка сдвигаюсь на диване, пытаясь заглушить звук.
Я не могу долго удерживать эту неловкую позу, поэтому решаю просто сделать это.
Наклонив чашку слишком сильно, я позволяю горячему кофе пролиться на меня.
— Ой! — Я вскакиваю на ноги.
Внезапно на меня направляют четыре пистолета, и Неро делает выпад в мою сторону.
— Не направляйте их на мою жену, — огрызается он на охранников.
— Мне очень жаль. Я неуклюжая, — бормочу я.
Пахан поднимает руку. — Отставить, господа. Это просто несчастный случай.
Кофе капает с моей одежды на кремовый ковер. — Можно я пойду уберусь?
Глаза Максима сужаются, когда он изучает меня. — Иди, дитя. Артем будет сопровождать тебя.
Один из охранников делает шаг вперед.
— Черта с два он это сделает. — Кулаки Неро сжимаются, сухожилия на шее напрягаются. — Я не хочу, чтобы они оставались одни.
Пахан вздыхает. — Это начинает надоедать, Де Лука.
— Катя, ты иди, — приказывает Максим. — Уверен, у тебя не будет с этим проблем, Неро?
Черт возьми.
Екатерина засовывает сумочку под мышку и выходит за мной из комнаты. Я чувствую, как ее глаза буравят мою спину с каждым шагом, который я делаю в сторону своей спальни.
В шкафу она прислоняется к дверному косяку и смотрит, как я снимаю с себя промокшую рубашку. Ее губы кривятся, но глаза остаются неулыбчивыми.