Рецепты Апиция. Миссия 3 (СИ)
- Ты не правильно понял, партнёр. Пробуждённый может потребовать освобождения. В Риме много рабов, которые об этом знают, но не хотят свободы, а ещё больше тех, тысячи, кто не знает, а потому не потребуют.
- Мудро. Ваши законы мне нравятся, - покивал сам себе работорговец, но я, честно говоря не понял, чем он восхитился. Явно какую-то выгоду увидел для себя, но не настолько я интересовался этим, чтобы расспрашивать. Наверное, как-то связано с его даром потому, что честного пути заработка на этом я не придумал.
И рабов он мне сразу не отдал, сказал, что нужно их подготовить. Уверен, что тоже как-то связано с его даром. Маячок, что ли какой поисковый? Тогда при чём тут "медленно умирать"? Отойти не могут от какого-то места или его самого? Не знаю, вариантов тысячи.
Кстати, торгаш меня кинул. Ну, как кинул. Кинжал он мне принёс, глаза я ему открыл. Но предварительно он всё-таки посетил Домициана и заключил договор о партнёрстве с ним. Условий не знаю, но мой экземпляр предварительной версии у меня забрал сигнифер от имени нашего легата. Пришёл вместе с Йехоакимом проследить, чтоб я его не укокошил за такой финт с партнёрством.
Кинжал, вероятно, мой «друг» посчитал подделкой. Опробовал и отдал мне. Или решил забрать, когда я пойму, как он работает - от этого свинтуса такого легко можно ожидать.
Глаза «партнёру» я открыл. Дело-то плёвое. Но разговаривать с ним не стал, велел сигниферу увести эту скотину, пока я сдерживаюсь.
Кажется, по тому, как наш завхоз отреагировал на мои спокойные слова, Йехоаким-Кидала понял, что со мной шутить не стоило. Наверное, радуется, что не потребовал рабов назад. Или платы. Договор-то расторгнут, формально, он вправе об этом заикнуться.
Но не заикнулся, понял, что с этой икотой и душа может вылететь. Сначала уходил пятясь, разглядывая мою сферу, а потом резко развернулся и рванул впереди сопровождающего, чем повеселил нас обоих.
Театрал. Это я о завхозе. Натурально так испуг сыграл, не подкопаешься - даже в ауре проявилось.
Это почти все научились имитировать. Когда одарённых в легионе много стало, им глаза зачем-то прооткрывали всем. Слух о том, что по ауре можно «читать душу и мысли» и раньше гулял среди легионеров, но теперь появилась возможность тренировать противодействие. Моногие научились имитировать эмоции не только внешне, но и внутренне.
Я глубоко вздохнул. Сейчас мне это умение пригодится. Надо идти к Домициану, одалживать Сайлу на пол денёчка.
Но сначала дождусь, когда мой товар прибудет. Неспокойно мне. Брата и сестру ко мне привели вооружённые охранники, которых я уже видел на рынке. Быстро, примерно через час уже были в лагере. Наверное, бегом бежал. Я даже волноваться начал. Думал, вдруг женщину уже продали? Понимал, что вряд ли, Иоаким же не был уверен, что с домицианом договорится, так что путь к отступлению должен был оставить.
Ну всё. Теперь легко и немного похотливо на душе. Пока разглядывал шрамы на спине своего вожделенного приобретения, изрядно возбудился. Не помогает даже влияние Сомнуса. Что бы было, встреть я её обычным подростком? Красивая. Не такая смуглая как брат, черты лица, осанка, фигура - всё идеально. Характер правда, пока не знаю какой. Но шрамы намекают.
Уф... Пора за Сайлой. Ожидаю трудный разговор с Домицианом по её поводу.
04
- Зачем тебе Сайла, Апиций? Хочешь оживить кинжал? - Домициан лежал на подушках в своей палатке и ел фрукты с рынка Пальмиры, запивая их вином. Весьма ароматным, по всей палатке стоит винно-фруктовый дух.
Кстати, Сайла присутствует тут же. И Анна. Ха-ха, увёл «друг» мой гарем.
- Я приобрёл двух рабов...
- Раба и рабыню, если точнее. Ты же не забыл моё распоряжение насчёт рабынь? - Домициан нахмурился, попытался сделать строгий вид, но от вина его "развезло", а потому не слишком убедительно получилось.
- Уверен, для своего друга ты сделаешь исключение, - я изобразил улыбку ангела. То есть дауна, если выражаться более понятно.
- Я подумаю. То есть не собираешься тратить силы Сайлы ради подделки?
- Подделки?
- Ты же не считаешь меня идиотом, Апиций? Торговец показал мне, за что ты пообещал ему открытие глаз. Я проверил. Это не волшебный предмет. Думаю, у резчика был образец, подобный тому, что принадлежит моему отцу...
Домициан остановился, видя, как округляются мои глаза.
- То есть мой отец хранит принадлежащее тебе и твоей семье сокровище. Я оговорился. Прости, Маркус, - даже виноватость какая-то наметилась на лице, но тут же сползла. Не долго смог удержать. На роже написано, что никакая это не оговорка.
Эх, Флавии-Флавии... Правда, я других-то императоров и не видал. Возможно они ещё похлеще будут. Про тех, что были-то мы заем, ха-ха. Вон, чего про Калигулу и Нерона насочиняли. Древнейший обычай очернять предшественников, которые не по тем "понятиям" жили. Они же всегда бомбы под страну закладывают. Или что можно заложить в древности-то? Навоз? Своих не трогают. Вот так и получаются жизнеописания цезарей: если два подряд продолжали политику друг друга, то и появляется благой император. То есть попросту неочернённый. Так было с Веспасианом, Титом, а вот Домициана уже облили помоями, когда он перестарался в закручивании гаек на высших сословиях. И появилась благая династия Антонинов, "пяти хороших императоров". Кстати, почему-то почти все труды о Нерве, первом из этих пяти, утрачены. Совсем мало осталось. Не потому ли он таким хорошим остался в памяти?
- Было бы здорово найти тот город, в пустыне. Уверен, оригинал всё ещё там, - легат поспешил соскочить с темы, воспользовавшись тем, что я задумался, насколько правдиво всякие Светонии и Плинии в вашем мире писали о нём. - Но компас не показывает его. Я не могу настроится, указывает на положение кинжала, о котором я знаю.
- Может, свойства разные? - предположил я, хотя подумал не совсем так. Точнее, есть и более весомый аргумент. Близко находящийся кинжал сбивает прицел компаса, как магнит, поднесённый к обычному указателю на полюса планеты.
- Не знаю, - опять отмахнулся Домициан и вновь сменил тему: - Подлечить хочешь рабов? Не слишком ли шикарно? Не каждый патриций может позволить себе услуги целителя.
Так и хотелось напомнить, откуда этот целитель при нём, но хвала Сомнусу, теперь я не психованный:
- Так я и есть патриций. Эта услуга мне. Не хочу чтобы шрамы от плети и кандалов обезображивали тела моих рабов. Они должны радовать глаз. Да и тавро от других хозяев мне неприятны.
- Понимаю тебя, Апиций. Я не против. Сайла, поможешь моему другу?
- Почту за честь, о богоподобный! - поклонилась она с подобострастием. Ревную даже. Меня так не восхваляла. Но ревности немного, больше раздражения.
Вообще, обращение «богоподобный» стало нормальным с тех пор, как его четыре Сферы слились в одну полную, появившуюся из-за смерти древнего божества. Даже мессиане используют похожую семантически форму «равный римским богам». То есть не нашему самому-самому, а вот этим всем вашим неправильным.
Только есть нюанс в этой истории: моя-то сфера полна с самого начала. То есть если мириться пепи... то есть богоподобностью, то я его делаю как дитя. Но никто ко мне почему-то так не обращается. Кстати, его будущий сын, тоже дитя, наверное, и мне нос утрёт в этом смысле - его инициировало настоящее божество, а меня - чудовище.
- Раздевайтесь, - приказал я рабам, когда мы вернулись в мою палатку с Сайлой.
Оба моих приобретения смотрели на меня с непониманием, а женщина ещё и дерзко, непокорно.
- Ха-ха! - вырвалось у меня. - Вы кому противитесь, отпрыски червей?! Я могу вас заставить песок жрать, а вы подумаете, что лакомство! А ну, быстро!
Подчинились. Видно, били их достаточно. Судя по всему, сестре доставалось вдвое больше, если оценивать по шрамам.
- Сайла, начни с мальчишки. С ним, вроде, поменьше возни, - подвёл я итог беглому осмотру.