Драконья попаданка в Академии (СИ)

Мирри промолчал, виновато глядя на меня. Он вообще был самый спокойный и ласковый из трех.
Между тем Аусерия невозмутимо проследовала в ректорский кабинет и поставила на стол поднос с едой. Причем в центре красовалась маленькая вазочка, из которой торчал одинокий цветок-колокольчик. Очень красивый.
Сделала ректору что-то вроде книксена (вроде так это называется) и пошла обратно, красиво виляя упругими бедрами. Я смотрела ей вслед, совершенно не понимая, почему исполнительная секретарша вызывает у меня такую антипатию. Может, бедра ее мне не нравятся?
— Прошу, — подчеркнуто-радушно сказал мне ректор и поднял крышку на одной из чашек. Переставил ее ближе ко мне.
Оттуда исходил такой умопомрачительно аппетитный запах, что у меня повело голову. А в животе заурчало — неожиданно стало очевидно, насколько проголодалась.
— Пи-фр-др! — загомонили драконы, подбежали к моей чашке и принялись засовывать в нее мордочки.
— Для вас — другое! — строго сказал им ректор. И они… снова послушались.
Деловито снял крышку с еще одной тарелки, взял нож и принялся деловито резать на маленькие кусочки нечто вроде темно-красной колбасы.
Какая прелесть… Может, он все же адекватный, подумалось мне. Ну, в любом случае, от «исповеди» мне никуда не деться. Потому что договориться с этим ходячим рентгеном мне просто необходимо. Хотя бы ради легализации в Академии!
И тут мои драконы показали себя с лучшей стороны. Нарезанную колбаску они есть не стали. С вожделением глядели на нее, недовольно фырчали, но не трогали.
Вы же мои маленькие!
— Можно поесть. Уверена, магистр ректор не желает отравить нас. Разрешаю, — величественно улыбнулась им я.
В тот же миг они с радостным фырчанием набросились на еду.
В общем, дальше ничего страшного не происходило.
Драконы ели колбасу.
Я ела кашу из чашки. «Марвсянка» по консистенции оказалась настоящей «овсянкой», но намного вкуснее. С клубничным привкусом, хоть кусочков клубники в ней не наблюдалось.
Ректор Борас закончил деловито расставлять еду и прочие «хозяйственные» дела, устроился на против меня и тоже стал есть марвсянку.
Время от времени он наливал себе и мне вкуснейший сок из кувшина. И молчал. Я тоже молчала. Было так вкусно, что светской беседы не требовалось.
«Совместная трапеза сближает», — подумала я. Может, теперь он будет благодушнее? Тем более что сытый мужчина намного добрее голодного. А в мужественности ректора сомневаться не приходилось!
Когда все было доедено, Борас водрузил грязную посуду на поднос и отставил его на тумбочку.
Поглядел на меня и коротко сказал:
— Слушаю.
Я вздохнула и, все же ощущая внутри некоторые опасения, кратко рассказала ему, о том, как мне втюхали трех драконов. И как ночью я «во сне» переместилась в другой мир.
— Как вы понимаете, мне не оставалось ничего другого, как смешаться с рядами адептов. Приношу за это извинения, — дипломатично закончила я.
Все это время Борас внимательно смотрел на меня. Почти не давяще, кстати. И слушал, явно впитывая каждое слово.
— Что же, — сказал он, поднявшись на ноги. На несколько мгновений отвернулся словно бы в раздумье. Потом опять поглядел на меня. На этот раз — без всякой насмешки. — Пожалуй, самым лучшим для тебя будет, если я обрисую тебе ситуацию. И предложу наиболее выгодный для всех вариант.
— Для всех — это для кого? — быстро уточнила я. Почему-то он этих его слов про «выгоду» опять стало очень тревожно. Предчувствие все той же неведомой опасности застучалось внутри маленькими молоточками.
— Для тебя, для меня и для них, — кивнул на драконов, которые наелись, залезли мне на плечи и, кажется, собрались там прикорнуть — как и положено сытым деткам.
— Слушаю, — сказала я в тон ему.
— Ирина, во-первых. Если ты до сих пор думаешь, что находишься во сне — то это не так. Ты действительно попала в другой мир. Наш мир называет Ордеон, и в нем — в отличие от твоего — магия превалирует над техническим прогрессом. И привели тебя сюда твои драконы байдори. Именно в этом заключается их уникальное свойство — они могут открывать индивидуальный портал для своего избранного человека и провести его по сплетению миров в нужное место. Этим их даром ты можешь со временем научиться управлять. Но пока — путь домой для тебя заказан.
  
— Но почему⁈ — возмутилась я. Выходит, это и верно проделка моих питомцев! — Смогли привести меня сюда, значит, могут отвести и обратно! Барри, Дорри, Мирри, а? Можете? У меня, между прочим, экзамен по иммунологии!
Драконы пару раз неопределенно фыркнули, почесались мордочками о мою шею. И снова затихли. Таков был их ответ.
— Совершенно верно. Могут. Но не сейчас. Драконы всего лишь нащупали внутренние потребности твоей души, когда ты легла спать. И привели тебя туда, где, согласно их чутью, эти потребности будут удовлетворены. Это было всплеском силы — спонтанным и неуправляемым, вызванным их объединением с тобой. Теперь же, когда они полагают, что ты находишься там, где тебе нужно находиться, их способность как бы «спит». Тебе придется пройти серьезный курс обучения, чтобы вы с ними снова смогли пройти в какой-либо мир по твоему желанию.
Я сникла. Вот оно как… Спасительная способность есть, но с ней все так сложно!
Забавно, что в этот момент драконий лидер Барри произнес, как будто сокрушенно развел руками: «Ну… фргр», мол, ничего не поделаешь, хозяйка, все так.
— А я смогу научиться этому в Академии? Мы с ними — сможем? — спросила я со вздохом.
Про себя подумала: «А вдруг он хочет сам меня учить?»
По правде, я бы не отказалась. Несмотря на его не слишком обходительную манеру общения, наверняка просто изумительно интересно и здорово учиться у такого сильного мага. Ведь вряд ли он стал бы ректором, если бы не был каким-нибудь «магом вне категорий»!
К тому же находиться рядом с этим невероятно красивым мужчиной это просто… ммм… Главное не влюбиться, а в остальном это очень приятно!
— Постепенно научитесь, — усмехнулся он. — Может — за год, может — за три. Все зависит от степени твоей одаренности. Но, видишь ли, Ирина, тебе нежелательно учиться в Академии, — опять поставил руки на стол и навис надо мной. — У меня на тебя другие и весьма большие планы.
«Ну точно хочет сам меня учить, — подумала я и возликовала. — Неужели мне так повезло — я стану личной ученицей могущественного мага! Вот попала так попала!»
Потом про меня напишут книгу «Ученица чародея». И, конечно, в этой книге чародей в конце концов влюбится в свою ученицу (про чувства ученицы фантазировать не будем, это слишком провоцирует!).
А как еще? Ведь у меня чародей не старый и бородатый. А вполне себе молодой и чрезвычайно привлекательный! В книге обязательно должна быть любовная линия.
— А как еще? — аккуратно спросила я, уже практически уверенная в своих предположениях.
— Для начала ты должна понять, что твое нахождение здесь в некотором смысле опасно, —сказал ректор совершенно не то, чего я хотела и ждала. — В нашем мире давно закрыты все порталы в другие миры. И в соседних тоже. Единственный способ путешествий между мирами — это быть хозяином байдори. Или быть… близким ему лицом противоположного пола.
— Как так? — изумилась я, а сердце обиженно стекло в пятки.
Вот тебе и ученица чародея…
Что-то мне про «противоположный пол» уже не нравилось… А этот брутальный махинатор еще и так смотрел на меня! Впрочем, какой у него взгляд, я уже описывала. Просто на этот раз мне даже показалось, что он раздевает меня взглядом.
«Да нет, наверно, показалось», — тихонько мотнула головой я.
— Способности байдори провести в другой мир распространяются на полового партнера его хозяина, — небрежно, словно бы это вообще в порядке вещей, ответил Борас. — Разумеется, речь не о случайной связи, а об очень близких постоянных отношениях. Желание пойти в другой мир — зачем и почему, это другой вопрос — может возникнуть у многих. Поэтому тебя могут просто использовать. Весьма неприятно, не находишь? Поэтому я считаю опасным для тебя учиться в Академии, ты ведь не сможешь постоянно находиться под моим пологом невидимости. И байдори не смогут. Я предлагаю тебе остаться со мной. У меня есть власть, знания, и мне необходимо посетить другие миры. Лучше тебе остаться со мной, нежели тебя поймает в сети другой хорошо осведомленный маг, — деловым тоном закончил он и теперь смотрел на меня требовательно-выжидающе.