Свет твоих глаз (СИ)

Я не стала скрывать новость от мужа.
― И что ты… как ты… ― выслушав мое признание, разволновался Эд. Голос у него вдруг пропал, и договорить он не смог. Впрочем, я и сама знала, о чем он спрашивает.
― Ты ведь говорил, что готов заботиться о нашем ребенке вместе со мной… ― припомнила давний разговор. Мне было необходимо знать, что в этот раз я не останусь один на один с трудностями.
― Готов?! Да я… мечтаю! ― муж схватил меня в охапку, сжал так, что стало трудно дышать. ― Поверь, Ника! Я всему научусь! Даже памперсы менять!
― Я решила дать тебе возможность доказать это на деле.
― И ты не пожалеешь об этом, Ника!
Я и не пожалела ― ни единого дня! Потому что при виде сияющего счастьем лица любимого мужчины я забывала обо всех тревогах и опасениях, о токсикозе первого триместра и тяготах последнего месяца, когда стало тяжело ходить и пришлось переехать в спальню на первом этаже, потому что довольно крутая лестница стала для меня почти непреодолимым препятствием.
Наша со Скворцовым доченька родилась четырнадцатого декабря. У нее оказались папины глаза ― такие же темные и опушенные густым веером длинных черных ресниц. И с первого дня они смотрели на свет так жадно, будто делали это за себя и за папу…
  
47. Эпилог. Вероника
 
Три года спустя
Манюня капризничала с раннего утра. Вот как проснулась в начале седьмого ― так и завелась. Я ей любимую игрушку ― она ее на пол и тянет вверх свои пухлые, в перевязочках, ручки:
― Мазьми меня-а!
Взяла ее на руки ― тут же начинает вертеть головой в темных кудряшках:
― Па? Де? ― папу ищет.
А папе, между прочим, собираться надо. Папа наш решился на лазерную коррекцию зрения.
По прикидкам доктора Слепнева, скотома, вызванная нарушением питания всяких палочек-колбочек, из которых состоит сетчатка глаза, уменьшилась на треть справа, и на добрую половину слева. Если бы не близорукость ― видел бы Эд вполне прилично, даже лучше, чем тогда, когда мы с ним только-только познакомились. А так даже очки с толстыми стеклами плохо помогали.
― Папа пошел умываться. Давай мы тоже пойдем личико умоем?
― Не-е-е! Папи! ― И что тут поделаешь: стресс у ребенка.
Привыкла наша Манюня, что это папа ее по утрам с постели поднимает, памперсы меняет, он же и умываться несет, и утренней кашей кормит. А тут папа куда-то ушел, чем-то своим занят, а вместо него мама руководит. Мама ― строгая. У мамы не забалуешь!
― Машутка, радость моя! Ты что это плачешь? ― О! А вот и Скворцов! Голый до пояса, загорелый, и все кубики пресса на месте ― у меня аж живот подвело при взгляде на обнаженный торс мужа. Вот с кого древнегреческим скульпторам свои статуи ваять следовало! ― Ну иди, иди ко мне, моя девочка!
Машка тут же перебралась к Эду на руки, обвила мягкими лапками его шею ― не оторвать!
― Найди! Найди! ― закомандовала.
Нет, это она не найти что-нибудь так просит. Это она Найджела так зовет. Завтракать без папы и лабрадора наша принцесса не привыкла. Только в полном составе и сидя у отца на коленях.
Найджел команду понял. Гавкнул негромко и потрусил из детской в коридор: показывать дорогу, а то вдруг хозяева заблудятся и не сообразят, где у них в доме кухня.
После завтрака у нас снова скандал приключился: папа вместо утренней прогулки с дочкой один куда-то ехать собрался.
Ох, и бушевала Манюня! Ох, и ревела! Тимофей, который за Эдуардом специально приехал, чтобы в клинику отвезти, не выдержал и сбежал:
― Эд, спускайся давай. Я тебя в машине жду.
Скворцов Машку от себя еле оторвал. Передал мне с рук на руки.
― Девочки мои, ну вы же пару-тройку часов без меня обойдетесь?
― Продержимся, не сомневайся! ― я провела подушечками пальцев по темной модной щетине мужа, поцеловала его в подбородок. ― Это пока ты дома, Машка без тебя шагу ступить не может. А как убедится, что ты все-таки уехал ― займется своими делами. Но ждать все равно будет! Так что ты возвращайся скорей!
  
― Куда я от вас… ― в голосе Скворцова прозвучало столько нежности, что и без слов стало понятно: никуда! Бульдозером от нас не оттащишь!
Эд уехал. Манюня еще немного покапризничала, потом улеглась в обнимку с Найджелом прямо на ковре перед диваном ― досыпать что не доспала.
Я попыталась заняться любимым десертом мужа ― яблочной шарлоткой. Уронила вилку, рассыпала яблоки, порезала палец и поняла: лучше мне вместе с дочкой прилечь на ковер и перестать суетиться. Все равно все из рук валится. И вот вроде умом понимаю, что лазерная коррекция зрения ― операция не опасная и даже почти безболезненная, а однако же волнуюсь за мужа так, что ни о чем больше думать не могу!
Часа через два Машка проснулась. Убедилась, что папы дома нет, собралась было снова покапризничать по этому поводу, но я ей пообещала, что вот сейчас она скушает творожок, и мы возьмем Найджела и пойдем на улицу ― встречать папу. Манюня тут же стала словно шелковая. И творожок съела, и кефир выпила, и комбинезончик джинсовый надела быстро и без выкрутасов.
Мы спустились во двор. Поводок Найджела я зацепила за спинку скамьи, сама уселась с дочкой на край песочницы. Бабье лето, теплое, южное, позволяло лепить куличики, не боясь замерзнуть, даже в конце сентября. Так мы и сидели с лопатками и ведерками, пока во двор не въехал серебристый Гранд Чероки. За рулем этой четырехколесной зверюги сидела моя лучшая подруга ― Тамара.
Она выпрыгнула из салона первой.
― Тима на операцию срочную вызвали, ― ответила на мой удивленный взгляд. ― Пришлось мне извозчиком к твоему мужу подрядиться.
Потом замерла, театральным жестом указывая направо. Из салона джипа выбрался Скворцов, быстро обошел капот, зашагал к нам.
Я встала, подхватила Манюню на руки:
― Смотри, кто приехал!
Машка тетю Тому, крестную маму, проигнорировала.
― Па-па-а! ― заверещала звонко.
― Вуф! Вуф! ― подхватил ее вопль Найджел и первым бросился к ногам любимого хозяина.
Эдуард на ходу потрепал лобастую собачью голову. Уверенной походкой зрячего человека приблизился к нам. Протянул руки и забрал у меня дочку. Присел с ней на скамью, снял темные очки, чуть отодвинул малую от себя и принялся разглядывать.
Мы с Тамарой встали рядом, обнялись, будто обе опасались упасть, и со слезами на глазах наблюдали за парочкой ― папой и дочкой.
Манюня что-то лопотала на своем тарабарском, показывая пальчиком то на Найджела, то в сторону песочницы. А Эд рассматривал ее ― долго. Жадно.
Потом погладил кончиками пальцев круглые улыбчивые щечки и произнес растроганным прерывающимся голосом:
― Я так тебя себе и представлял, Машка! Так и представлял!
**************************************************************************
Дорогие читатели!
Приглашаю вас почитать другие мои книги!
1. Юмористическое фэнтези про попаданку в тело орчихи "Орчиха в свадебной фате"
https:// /ru/book/orchiha-v-svadebnoi-fate-b426969
2. Юмористическое фэнтези про попаданку и дракона. Фишка книги - гендерная интрига! "Интендант его Драконьего Превосходительства"
https:// /ru/book/intendant-ego-drakonego-prevoshoditelstva-b381017
3. Эпически-гергическая дилогия с яркой любовной линией "Тайный брак"
https:// /ru/book/tainyi-brak-b353489 (первая книга)
https:// /ru/book/tainyi-brak-2-b366138 (вторая книга)
4. Классическое любовное фэнтези про дракона и его истинную пару "Дар Солнца для Лунного дракона"
https:// /ru/book/dar-solnca-dlya-lunnogo-drakona-b429471
Если вам понравилась книга, рекомендует вам обратить внимание на другую книгу в этом жанре: https:// /ru/book/430381?utm_term=id323115-id430381-llp-test
Приятного чтения!