Опасная игра бабули. Руководство по раскрытию собственного убийства

Даже не потрудившись спрятать пиво, Эмили расправила плечи, но я знала, что это наигранная уверенность. Она многозначительно стрельнула в меня взглядом, а потом снова посмотрела на лорда Грейвсдауна. Посмотрела прямо в глаза, и клянусь, я видела, как она слегка покачала головой. Я чувствовала себя как на сцене, словно кто-то разыгрывает шутку со мной в главной роли.
Его взгляд надолго задержался на Эмили.
– И кто же вы?
Эмили удивленно фыркнула, но улыбнулась и шагнула вперед.
– Меня зовут Эмили, сэр, а это Уолт. Это Роуз, Джон и его подруга.
Она указала на всех нас по очереди, и, к моему возмущению, только я не удостоилась ничего большего, чем «подруга Джона».
– Понятно. И что вы делаете в моем поместье так поздно?
Эмили откашлялась. Все это выглядело как отлично подготовленный спектакль.
– Мы приносим извинения, но вы же знаете, как это бывает, правда? Никто в деревне не понимает наши безобидные развлечения.
На секунду она опустила взгляд, а потом посмотрела лорду Грейвсдауну прямо в глаза. Эмили еще на пару шагов отошла от Уолта и слегка наклонила голову, так что волосы упали на плечо, и она с нервным видом заправила прядь за ухо. Эмили уж точно не нервничала, но очень хорошо умела притворяться. Я догадывалась, что еще пара минут, и из нее польются фальшивые слезы вместе с обещаниями ходить в церковь.
Он прервал ее взмахом ладони. Эм сморщила лицо еще чуть-чуть, но публика явно потеряла интерес.
– Не уходите далеко от леса и развалин греческого храма в восточной части поместья и не оставляйте после себя мусора, – произнес лорд Грейвсдаун.
Уголок его губ слегка дернулся вверх, и я решила, что, может, между нами не настолько уж огромная пропасть. Может, до того как на него свалилась такая ответственность, он приезжал сюда с друзьями и устраивал вечеринки? В противном случае я не видела причин, почему лорд Грейвсдаун просто нас не выпроводил. Возможно, мы олицетворяем для него прошлое, которого уже не вернуть.
– Держитесь подальше от сада и лужаек у дома и ни в коем случае не приближайтесь к заброшенному фермерскому дому. Там сломалось водяное колесо, и это очень опасно. Я не хочу вытаскивать из реки Димбер трупы. – Он повернулся и окинул меня долгим взглядом, и я почувствовала, как Джон напряг плечи. – Саксон любит шататься по округе. – Лорд Грейвсдаун сурово покосился на племянника. – Так что если снова его увидите, пожалуйста, приведите домой. А ты… Как тебя зовут?
Я откашлялась и пропищала:
– Фрэнсис.
– Фрэнсис, – повторил он и мягко улыбнулся.
Мне показалось, лорд Грейвсдаун оценил, что я не накричала на его племянника, когда тот нас напугал. Когда я вспомнила, что мы обсуждали жену Резерфорда всего за несколько секунд до того, как он появился из леса, к моим щекам прилила кровь, и лунного света было достаточно, чтобы мужчина заметил мой румянец.
Выражение его лица изменилось, а улыбка стала надменной – так улыбаются те, кто знает, сколько в их руках власти, и готовы ее использовать. Он поманил меня пальцем. Мне хотелось прильнуть к Джону поближе. Внезапно я ощутила себя в ловушке, но все-таки подошла к лорду Грейвсдауну.
– Фрэнсис, – сказал он уже тише. – Тебе нравятся головоломки?
Нелепый вопрос сбил меня с толку, и я возмущенно фыркнула. Он что, сфинкс, стоящий на страже перед рухнувшей колоннадой и испытывающий меня? Если здесь и были развалины, то они походили на древнегреческие храмы, воздвигнутые в саду аристократами, все до одного фальшивые. Весь этот разговор теперь казался ненастоящим. Мое сердце учащенно забилось, и я вдруг осмелела.
– Нет, – ответила я. – Я не люблю головоломки. Они хороши только в выдуманных историях, а люди используют их, чтобы выставить напоказ свою фальшивую сообразительность.
Он разразился смехом, запрокинув голову. А когда снова посмотрел на меня, в его глазах отразилось одобрение.
  
– А ты мне нравишься, – фыркнул Грейвсдаун.
Эмили засопела. Возможно, от раздражения, что ее игра не подействовала на лорда так же, как мой вызов, или просто от зависти, что я вдруг оказалась в центре внимания.
Повисла долгая пауза, и я поняла, что должна что-то сказать. Я не знала, сделал ли он мне комплимент или просто высказал свои мысли.
– Благодарю, мистер… э-э-э… сэр. И спасибо за то, что не выгнали нас и не разозлились, – поспешно добавила я.
Его улыбка стала шире, и в лунном свете блеснули ровные белые зубы.
– Прошу, зови меня просто Форд.
Лорд Грейвсдаун посмотрел на меня так пристально, что я на мгновение поверила в рассказ Эмили о ноже с рубином и реке Димбер. Это был всего лишь взгляд, но он как будто околдовал меня. Эмили втиснулась между нами, и лорд Грейвсдаун отвел взгляд.
– Не волнуйся, Форд, – с легкостью перешла она на «ты», как будто они были старыми друзьями. Я же все равно собиралась называть его «сэр». – Конечно, мы выглядим немного диковатыми, – продолжила Эмили, сбросив маску нервозности с той же легкостью, с какой и надела ее, – но уверяю, ведем себя достойно.
Он не ответил, лишь задумчиво кивнул.
– Идем, Саксон, – наконец сказал лорд Грейвсдаун.
Проходя мимо Эмили, Саксон быстро прошептал:
– Будьте осторожны. Мы любим почудить.
Потом он ухмыльнулся и последовал за дядей в лес.
Никто из нас не двигался с места, казалось, целую вечность. Наконец Эмили расхохоталась, прогнав возникший холод.
– Ну и семейка! – прыснула она.
Роуз прошлась вперед по тропе, вертя головой влево и вправо, и наконец вернулась, немного успокоившись.
– Они и правда ушли? – спросил Уолт.
– Ушли, – подтвердила Роуз.
После встречи с Грейвсдаунами она стала больше напоминать себя прежнюю. Словно наше маленькое приключение ее разбудило.
Признаю, я тоже чувствовала себя бодрее. И спасение, и загадка, и свобода – все сошлось вместе.
Пока остальные шептались о том, что сейчас произошло, Джон подтянул лямку рюкзака и улыбнулся мне. Он снова взял меня за руку, и мы пошли дальше по тропинке среди деревьев, в противоположном направлении от того, в котором удалились Саксон и его дядя.
– И где же развалины этого древнегреческого храма, Эм? – спросила я.
Джон уверенно шел вперед, ведя меня за руку в темноте.
Эмили хихикнула.
– Сверни направо, Джон! – сказала она, но Джон уже и так шел туда.
Наконец мы добрались до поляны, и в лунном сиянии я поняла, почему именно здесь решили возвести загадочную постройку. Лес обступал поляну со всех сторон стеной берез и сосен, а над головой простерлось бескрайнее небо. Ночь была ясной, и я четко различила ковш Большой Медведицы.
– Хватит смотреть в небо, Фрэнсис, – поддразнил меня Уолт. – Давай лучше расслабимся.
Я услышала щелчок еще одной открываемой бутылки с пивом и увидела, как Эмили и Уолт устроились на упавшей колонне храма.
Вокруг раскинулись фальшивые руины – ландшафтный дизайнер тщательно уложил камни, придав этому месту атмосферу загадочности, хотя на самом деле это были просто скамейки.
– Чем займемся? – спросил Уолт, и я учуяла запах его самокрутки.
Эмили затянулась, прищурившись.
– Это очевидно. Мы с тобой будем курить, Роуз продолжит киснуть, а Джон с Фрэнсис уединятся, чтобы перепихнуться.
– Ох, ты такая обломщица, Эм! – рассмеялся Уолт, толкнув ее локтем.
Джон на секунду стиснул зубы, но отвечать не стал. Вполне в духе Эмили вот так все опошлить. Она вытащит на свет то, что лучше бы оставить невысказанным, и вытряхнет из этого душу, выставив все как шутку. Но я не могла позволить ей превратить мои отношения в фарс.