Море Имен
– Гостевое полотенце – зелёное.
Вернувшись из ванной, Алей забрался в постель. Полежал немного, привстал, проверил, что проксидемон на месте: железная змея свернулась кольцом на тумбочке у изголовья. Алей покрутился с боку на бок на непривычном, слишком мягком диване и только успел подумать, что не сможет уснуть в чужой квартире, как провалился в глубокий сон.
…тихо текла вода смыслов в безмятежных берегах Старицы, и вечный полдень смотрел на неё из-за облаков. Зелёная лодка ждала у берега, привязанная к колышку грубой верёвкой. В лодке лежали вёсла. Но никто не слыхивал, чтобы в этой лодке куда-то плавали, хотя её воплощение в вещном мире, интернет-поисковик, принимало любого и отвечало любому… Алей спустился с обрыва и сел на брёвна рядом с Полоховым.
– Привет, – сказал Вася и ловко кинул камешек: раз-два-три-четыре блинчика проскакало по тёмной речной глади.
– Это сон или видение? – спросил Алей.
– Ни то, ни другое. Я тебя разбудил, но ты проснулся не в бодрствование, а в интерфейс. Я ненадолго.
Вася покосился на Алея насмешливым бледным глазом и прибавил:
– Судя по твоему кислому виду, успехи никакие.
Алей не обиделся, но всё же раздражённо фыркнул:
– Твой прокси меня достал.
– Он не мой, он свой собственный, – ответил Вася и снова уставился на реку. – Я предупреждал.
Алей поразмыслил.
– Осень сказала, что Старица – закольцованный мир, – вслух подумал он. – Но это, я так понимаю, только для тех, кто пользуется чит-кодом.
– Верно.
– А как из неё выйти?
Настал черёд Васи фыркать.
– Ты уже знаешь.
– Знаю, – согласился Алей и посмотрел на зелёные борта Ялика.
– Умный! – ёрнически восхитился Вася.
– Меня только один вопрос интересует, – сказал Алей. – Осень говорила, что воду Реки Имён нельзя трогать. А что будет, если в ней искупаться?
– Дурак! – не меняя интонации, резюмировал Полохов.
Алей вскинул брови. Он не смотрел на Васю, но чувствовал ход его мыслей. Понимать админа оказалось не сложнее, чем читать Мая или Рябину, да и устроен он был в чём-то проще. Но Вася тоже ощущал мысль Алея, и Вася оскалился, сузив диковатые глаза:
– Веди себя прилично. А то болтанку подцепишь.
– Болтанку? Это что? – и Алея осенило: – Слив лишней инфы?
– Она самая.
– Ага, – сказал Алей с пониманием. – А вода – это вообще не вода, это нарождающиеся смыслы. Символы смыслов. Символы символов, причём всех, любых. Наглотаться этой воды – то же, что перебрать информации. Будет паралич мозгов и болтанка.
– В лучшем случае, – угрожающе посулил Вася, а потом пригорюнился: – Ладно, дело сделано, я пошёл гулять.
– Какое дело?
Полохов встал и воззрился на Алея сверху вниз. В глазах его снова загорелись голубые галактические огни.
– Инициация, – величественно сказал админ. – Теперь берегись! Теперь самый смак начнётся.
– Ты меня пугаешь.
– Я тебя предупреждаю, – и Вася хохотнул: – Если что, я на связи. Чувствую за тебя, понимаешь, некоторую ответственность… чингизид.
И он, не говоря больше ни слова, полез вверх, оскальзываясь на песке. Алей провожал его взглядом. Выбравшись на твёрдое место, Вася усердно потопал, стряхивая песчинки, и поволокся в лес, где и сгинул по всем правилам перехода из служебной Вселенной в рабочую.
Алей сморгнул, сделал глубокий вздох и закрыл глаза, надеясь вернуться в сон.
Вместо этого он проснулся.
…В Рябининой гостевой комнате было покойно и тихо. Сумерки казались текучими и бархатисто-мягкими на ощупь. Меж незадёрнутых занавесок раскидывался созвездиями огней бессонный город.
Над изголовьем кровати висели дешёвые пластиковые часики с подсветкой циферблата. Алей приподнялся, скользнул по ним взглядом. Было полтретьего ночи. Он проспал от силы два часа, но чувствовал себя освежённым и не то что бы отдохнувшим, но взвинченным и готовым к действию. «Понятно, – подумал он, – мы же между параллелями часов десять потеряли, не меньше. Для моего организма сейчас и шести вечера нет. А идея насчёт расхождения времени в параллелях правильная была. Есть расхождение». Он вспомнил другую свою идею, о предвидении будущего: возможно, оно есть результат контакта с похожей параллелью, где время ушло вперёд? Поэтому-то статистическая точность такая низкая, хотя случаются невероятные озарения. Параллели не идентичны…
Потом Алей задался вопросом, как и когда могли разойтись параллели с неидентичными сутками, и пришёл к выводу, что это могло случиться только миллионы лет назад в результате удара астероида или даже миллиарды лет назад, когда формировалась Луна; недаром Осень сказала, что в разных параллелях даже география разная. И с этой потрясающей воображение мыслью он встал.
Ему было заранее неловко оттого, что придётся среди ночи будить Рябину, но надо было работать. Инька надеялся на него, а Летен попросил у него сутки на подготовку, и суток этих могло не хватить. Алей не имел права терять время.
Он оделся, подошёл к массивной деревянной двери и тихо нажал на ручку.
В доме кто-то не спал: по паркету в коридоре плыли разноцветные пятна света. Свет шёл сквозь дверь кухни, застеклённую полупрозрачным витражом. Алей прошёл к ней и осторожно открыл. На вытертом насухо кухонном столе стоял большой старый ноутбук, за ним сидела Рябина. Она обернулась. Уголки губ приподнялись в улыбке.
– Не спится? – спросила она. – Может, нужно успокоительное?
– Нет, спасибо, – смущённо ответил Алей. – Я хотел сказать, в общем, спасибо вам большое, но мне нужно ехать. Мне нужно работать.
Рябина помолчала.
– Может, не стоит? – сказала она; голос её звучал твёрдо и уверенно, и был это не вопрос вовсе, а указание врача. – Вам сегодня было плохо. Может стать хуже. Даже если работа настолько срочная, что не ждёт никак – вы же ошибок наделаете. Лучше сначала отдохнуть.
Алей смешался. Рябина, конечно, была права, но она знала не всё…
– Это не та работа, – неловко сказал он, – то есть, в смысле… мне просто интернет нужен.
Рябина улыбнулась, выгнула тонкие медные брови.
– Если только интернет, так давайте я вам свой бук одолжу.
– А… – Алей окончательно смутился, – э… спасибо, а ничего, что я?..
– Ничего. – Рябина встала, наклонилась к экрану, аккуратно щёлкнула мышкой – Алей, даже не видя монитора, понял, что она разлогинивается откуда-то. – Я засиделась, – продолжала она, – а мне тоже спать пора. Берите.
И она развернула ноутбук к Алею. На мониторе высвечивался один из крупнейших медицинских порталов.
– Я подрабатываю, – ответила Рябина на незаданный вопрос Алея, – отвечаю на вопросы на форуме. Летен нас обеспечивает, но я люблю, когда есть свои деньги.
– А зачем вам две работы? – не подумав, спросил Алей, и Рябина пристально на него поглядела.
– Откуда вы знаете, что их две? Летен сказал?
– Да, – соврал Алей и почувствовал, что краснеет: Рябине было очень неловко лгать.
Она кивнула и сказала:
– Иду спать. Всё, что в холодильнике, берите смело.
– Спасибо.
Оставшись наедине с ноутбуком, Алей открыл Ялик и задумался. В последнее время от него требовалось соображать быстрее, чем он привык, и важные мысли приходили с опозданием. Так и теперь: он хотел как можно скорее найти Инея и упустил из виду то, что за сутки Ясень мог поменять добрых двадцать параллелей. «Летен был прав, – думал Алей, терзая нижнюю губу. – Искать надо место, где мы их поймаем… Но как? Пускай Летен умеет устраивать облавы. Как поймать того, кто может в любой момент исчезнуть?»
Исчезновение. Переход.
Путешествия и приключения…
Путешествие.
Как отправляются в путешествие?
Догадка оказалась настолько простой, что Алей не понял даже, была то простая логика или предельный поиск. Нельзя исчезнуть при свидетелях; стало быть, требовалось оттеснить беглецов в такое место, где свидетели есть везде и всегда, за любым углом.