Теория Игры (СИ)
Но на малом педсовете, пришлось доложить о втором ордене, и кратко об обстоятельствах, приведших к его получению.
Два завуча, директор и военрук, долго мурыжили Калашникова, а после вопроса, «а какое отношение имеет школа к специальной операции КГБ», сменив гнев на милость, отпустили.
Комсорг школы опять что-то втирал насчёт патриотического воспитания, но Никита строго ответил, что вокруг полно ветеранов, пусть он их и агитирует, а ему учиться нужно, потому как не за горами поступление.
И это служило ещё одним поводом для размышлений. С одной стороны, школа уже сильно надоела, а с другой, это реальная социализация, и отработка навыков жизни среди людей, что, как понял Никита поважнее многих других навыков. Поэтому и продолжал учиться, но не школьным премудростям, а скорее тому, как жить в коллективе.
Заодно изучал список московских ВУЗов, чтобы определиться с поступлением. В табеле у него стояли все пятёрки, поэтому существовала возможность планировать поступление даже в самые элитарные заведения вроде МФТИ, МВТУ, и прочие. Но военные училища не рассматривал, поскольку не видел себя в строгой иерархической системе типа «я начальник — ты дурак». Очень активно вели себя разные люди из Академии Художеств и Училища Мухиной, но их Никита вообще отставил на последнее место. Становиться профессионалом кисти и карандаша он не планировал.
Да и вообще ничего толком не планировал. Практически жил в ситуации решения краткосрочных задач. Нужны деньги — вот. Требуются ещё единицы прогресса — на. В такой ситуации заглядывать вперёд не имело никакого смысла. Да и в целом, население СССР, не особо утруждало себя далеко идущими планами. Зачем? Всё же уже решено Планом Развития СССР на период до 2000 года утверждённом на совместном заседании Партии, правительства и Верховного Совета. И там всему нашлось место. Скромным, но вполне доступным квартирам, не первоклассному, но бесплатному и вполне пристойному лечению, и так далее. Так что люди спокойно плыли по течению, живя в своё удовольствие.
И Никита вполне влился в это неспешное движение, а временами попадающиеся на пути придурки, добавляли в жизнь немного перца, для остроты восприятия. Оставалось выбрать гавань, куда можно пристать на ближайшие годы, чтобы провести их в тепле и сытости.
Этот СССР, после смерти Парвуса в 1924 году и публикации его архива советской стороной[2], сразу избавился от агентов третьего, а после четвёртого интернационала, и никогда не оказывал дорогостоящую помощь оружием бесплатно, и уж конечно не бегал по планете с лозунгом «Догоним и перегоним». Ракеты вполне обеспечивали безопасность страны, ну а любят Союз или нет, никого особо не волновало. Да, помогли оружием, в основном стрелковкой, парням с Кубы. Чуть-чуть подставили плечо разным африканским революционерам, но не опекали воинскими контингентами евробомжей, а с самого начала поставили их в угол на хлеб и воду. Скандалы конечно возникали регулярно, но тем злее выросли восточноевропейские компартии, устроив у себя такой угар и ГУЛАГ, в России только диву давались.
Кроме того, существовала возможность спокойно и бесконфликтно выехать из СССР, если тебя конечно принимала другая страна. Выполнил инструкцию из шести пунктов, и гуляй. Но вот обратный возврат, становился настоящими скачками на бешеных собаках по городской свалке, так что все, кто хотел, просто свалили, и не отравляли атмосферу стишками, подпольными газетами, и кухонными разговорами о том, как там всё хорошо.
Зато, КГБ следившее за всеми процессами, порой позволяло вновь обрести советское гражданство некоторым людям, и уж они-то, помыкавшись по «всеобщему раю» порой рассказывали такое, что люди натурально обалдевали от тех «красот и чудес» что реально происходили в странах капитализма.
Здесь также не существовало никаких договоров с Соединёнными штатами, так как Америка ещё при Сталине была признана фашистским государством, а с фашистами СССР не договаривался. Поэтому вся лунная афера, широко освещалась в союзной прессе, с соответствующими язвительными комментариями, и фотомонтажами различной степени злобности, начиная от пристроенного на фото высадки кота, разгуливающего по «Луне», до изображения высадки как павильона для съёмок.
Да, СССР не участвовал в работе огромного количества международных организаций, и не кормил толпы дармоедов — международников, но разведка вполне справлялась с добычей технологических секретов, и образцов.
В такой атмосфере, самым логичным оставалось пристроиться в науку, или большую инженерию, но Никита пока раздумывал, перебирая варианты и посещая «Дни открытых дверей» в вузах столицы.
Проблема заключалась прежде всего в том, что ему самому, ничего пока от жизни не требовалось, а если что и вдруг возникало, то решалось текущими возможностями.
И это очень огорчало товарищей из различных контор, уже видевших Никиту Калашникова в качестве своего кадра. Высшая партийная школа, как будущего партийца, Академия КГБ в роли сотрудника, а Академия Художеств, как ученика одного из признанных мэтров, причём война между мэтрами уже сейчас развернулась вполне серьёзная, вплоть до анонимок в милицию и КГБ что в среде советской интеллигенции уже давно стало «старым добрым обычаем».
Резоны всех участников скачек были просты. Партийцы хотели верного и проверенного человека, комитетчики получали готового боевика, доказавшего высочайшую эффективность, а академики от художеств, получали сложившегося мастера, которого можно представить общественности как своё достижение. А имя в академических кругах — это вовсе не картины. Кого этим удивишь? Некоторые вон, рисуют Ленина на стачке, из пятилетки в пятилетку, и живут припеваючи. А ученики — это показатель совсем иного класса. И вот такой ученик, уже фактически мастер, дорогого стоит.
Никита естественно ни о чём таком не знал, занимаясь эфиродинамикой, и прочими науками, и тренируясь у Штурмина, что занимало его практически полностью.
Но на соревнования приходилось ездить. Об этом лично попросил Алексей Борисович, и Никита, глубоко уважая этого человека, участвовал в боях и показательных выступлениях, вылетая иногда в разные города.
В тот раз они выступали в Уральске, и всё прошло по привычному сценарию. Бои, где Никита работал в максимально щадящем режиме, стараясь никому не нанести травм, показательные ката и разбивание предметов, где он на радость публике расколол пачку из трёх силикатных кирпичей.
Самолёт, гостиницу и всё прочее оплачивала федерация Боевых Искусств и когда спортсмены и руководство Академии погрузилось на борт, сразу упал в кресло, и закрыл глаза, выведя себе в глаза очередной учебник. Где-то через два часа, когда надоело читать, и самолёт начал снижение, выглянул в окно, чтобы увидеть, как полыхнуло алым снизу от земли.
Обнаружена опорная база шагран второго уровня. Для зачистки базы, вам временно разблокируют второй уровень магем, с внешней эфирной подпиткой. Также будет доступно ускорение максимально возможного уровня. Награда за зачистку базы — 20 единиц прогресса.
Двадцать единиц — это очень серьёзно. И хотя с ростом прогресса цена одной единицы падала, но в целом, двадцатка — мощный аргумент прогуляться даже на базу второго уровня, помня о том, что в первый раз он разгромил базу нулевого уровня, по сути даже не базу, а временный опорный пункт.
Но, к вылазке следовало подготовиться.
У Александры Никита купил ботинки, штаны и куртку из полевого комплекта Бундесвера, и объёмистую сумку, чтобы довезти это до места, а там переодеться и спрятать городскую одежду.
Место расположения базы, имплант указал на карте довольно точно, и отпросившись из школы на целый день, он отправился в Метрогородок, где на территории старой автобазы, свили себе гнездо шагран.
Одевшись для поездки в самую неприметную куртку, штаны и ботинки, приобретённые на рынке, сначала на метро, а затем на кооперативном такси доехал почти до места. Поздней осенью темнело быстро, и когда он шёл по улицам небольшого посёлка, в нем уже почти наступила ночь. В окнах домов горел свет, но на улицах уже никого не было видно.