Поцелуй по-эльфийски

Шли мы после этого действительно недолго. И я с каждым шагом ощущала, как смывается усталость и восстанавливаются силы, словно и не было никакой дороги и подъема вверх.
Уже в тот момент я начала догадываться о том, куда решил отвести меня Дьеналь. И все равно, когда деревья закончились, почтительно расступившись, я застыла, пораженная открывшимся зрелищем.
Это было то самое Великое древо, которое мало кому из людей довелось увидеть. Мне выпала по-настоящему великая честь.
Древо оказалось именно таким, каким его описывал Дьен: огромное, поистине огромное! Оно тянулось к облакам и, уверена, терялось среди них в те дни, когда тучи висели чуть ниже. В ширину же оно раскинулось едва ли не как эльфийский город, один ствол чего стоил, по ширине и объему он выглядел не меньше, чем главный корпус нашей академии! Да там внутри можно всех студентов разместить и еще место останется!
От восторга дышалось тяжело, эмоции захлестывали, хотелось одновременно смеяться и плакать. Мне казалось, я могла бы стоять и смотреть на Древо бесконечно, изучать его бесчисленные ветви, разглядывать ствол, меняющий цвет от почти черного у корня и едва ли не через весь спектр радуги переходящий в белый наверху.
Это выглядело невозможным, необъяснимым и непостижимым.
– Перейди на магическое зрение, – посоветовал Дьен, обнимая меня сзади и целуя в висок.
И даже столь простое действие далось сложно. Эйфория вытеснила все заклинания, и у меня с трудом получилось найти в голове нужное.
И когда перед глазами все вспыхнуло, я подумала, что ошиблась и выбрала что-то не то. В магическом зрении Древо действительно сияло столь ярко, что было больно смотреть. Не сразу я разглядела его контуры, его ветви, а самое большое сосредоточение силы было под землей, где-то глубоко среди корней.
– Поверить не могу, – прошептала я.
Понятно теперь, почему пришельцы так рвались к Древу. Действительно, доберись они сюда и получи всю эту мощь, вряд ли бы мы смогли им что-то противопоставить. О закрытии портала точно пришлось бы забыть.
– Идем, – Дьеналь потянул меня вперед, – нам разрешили подойти.
Не отрывая взгляда, я подошла к Древу, чувствуя себя невероятно маленькой в сравнении с ним. Этакой песчинкой в огромном океане, совершенно ничтожной перед истинным величием и мощью.
– Дотронься, – предложил Дьен и, положив свою ладонь сверху, прижал мою руку к шершавой, как кошачий язык, коре.
Под пальцами чувствовалась вибрация, ток силы, словно пульс.
Или…
– Оно живое? – с благоговейным трепетом спросила я.
– Многие предполагают, что даже разумное, – Дьен погладил Древо и тоже прикрыл глаза, наслаждаясь ощущением.
Хотелось прижаться к Древу всем телом, раствориться в нем, стать частью чего-то по-настоящему значимого…
– У нас есть один обычай, – произнес Дьен, с видимым усилием отрывая руку и чуть оттягивая меня назад. – Дар Древу частички себя.
– Что для этого нужно? – с готовностью поинтересовалась я.
– Совсем немного, – Деналь отвел меня подальше, внимательно осматривая Древо, и что-то заметив, кивнул сам себе и подвел к одной из молодых веточек.
Как он и рассказывал когда-то, двух одинаковых ветвей я не приметила. Они все чем-то отличались.
– Тебе не жалко? – Дьен выплел голубую ленту из моих волос и стащил свою темно-зеленую, державшую высокий хвост.
– Нет, конечно! – я бы с радостью отдала куда больше!
После чего он ловко связал две наши ленты и подсадил меня, помогая завязать получившуюся длинную ленту на тоненькой пока веточке. Я даже без удивления – удивляться больше у меня уже не получалось – наблюдала, как только проклюнувшиеся на веточке листья меняют цвет, набирая темно-зеленый у основания, и переходящий в голубой на длинных острых кончиках.
Наша ветка!
К слову, лент на Древе было прилично, они пестрели среди листьев, так же сочетаясь с ними по цвету.
– Теперь можно возвращаться, – Дьеналь осторожно поставил меня на землю.
– А можно еще немного постоять? – попросила я. Когда еще будет возможность сюда вернуться? Да и будет ли?
– Немного, – Дьен обнял меня и шепотом добавил: – А то за нами приглядывают и уже нервничают.
Мне не хотелось уходить, и все же я не стала упираться, когда Дьеналь потянул меня назад. Я то и дело оборачивалась, запоминая и впитывая каждую деталь невероятного существа – не получалось и в мыслях считать Древо растением.
А стоило нам покинуть поляну, как Древо исчезло, словно его и не было. Не получалось разглядеть его сквозь кроны деревьев. И все же я его чувствовала, будто завязанная лента все еще тянулась ко мне. И куда бы мы ни поворачивали на извилистых эльфийских тропинках, я точно знала, где находится Древо, и больше не боялась потеряться.
Кажется, у меня появился маяк в нашем мире.
***
В эльфийском городе за минувшее время стало спокойнее, часть людей уже отбыла через открытый портал. Раненых решили не трогать и долечить здесь, а пока перебрасывали оставшихся магов. Еще издалека я заметила своих одногруппников, и особенно бросилась в глаза Ники, которую обнимал Кайлус.
Видимо, не только мы не теряли время зря в Эльфийских лесах.
Кайлус увидел нас первым и что-то сказал Ники. Та резко вскинула голову и посмотрела на меня, а еще через мгновение уже висела на моей шее и рыдала.
– Я думала, ты погибла! – подруга ощутимо стукнула меня кулаком по многострадальному плечу. – Где ты пропадала все это время?
– Я в порядке, – разрываясь между желанием погладить Ники, потереть плечо и дать сдачу, успокоила ее. – Просто мы ушли с Дьеном…
Договаривать я не стала, да и продолжение подруге не требовалось.
– Так сложно было предупредить? – все равно укорила она, шмыгнув носом.
– Извини, не подумала, – я все же покрепче обняла Ники, чтобы та не вздумала больше драться. И тихо спросила: – А у вас как?
– Хорошо все, – буркнула она. – Кайлус, оказывается, еще до портала сюда разорвал помолвку. Его родители, конечно, не в восторге, но, думаю, все наладится.
– Я за вас рада, – удивительно, как много хорошего успело случиться за столь короткое время!
– Я за вас тоже, – улыбнулась Ники, стерев последние слезы.
Наш мир постепенно приходил в норму.
Перед тем, как открыть портал в академию, Леса покидали маги, стоявшие на страже северных рубежей. Среди них я заметила и Стивена, поняв, что искренне рада тому, что он жив и внешне невредим. Бывший жених в свою очередь так усердно не смотрел в мою сторону, что я поняла: он тоже все видел и все понял.
Ну что ж, если у него оставались какие-то надежды и иллюзии, лучше, чтобы они исчезли полностью.