Поцелуй по-эльфийски
Выслушав короткое напутствие Ники и получив ободрительные шуточки и советы от парней по поводу того, куда лучше бить эльфа, если надумает приставать, я отпустила всех обратно, чтобы не морозить на улице. Но стоило друзьям сделать несколько шагов, как Зак развернулся и нагнал меня в самых дверях, придержав закрывающуюся створку.
– Лета, – парень нервно облизал чуть обветренные губы. – Слушай, если тебе все же удастся отделаться от эльфа и стать свободной, то знай, – Зак закрыл глаза на секунду, собираясь с духом, и с отчаянной решимостью продолжил: – Меня эта ситуация не смущает. Я от тебя никогда не отвернусь.
Лицо у него было красным, щеки пылали, как и уши, видневшиеся из-под кудрявых темных локонов, но смотрел он мне в глаза серьезно, и я впервые подумала, что никогда раньше не обращала на него внимания. Смеялась над его шуточками вместе со всеми, но по-настоящему не смотрела на Зака. Да мы впервые стоим с ним так близко один на один. Я в академию поступала в качестве невесты Стивена Блана, и все знали о моем женихе и официальной помолвке. Да и Стивен бы вызвал на бой любого, кто бы просто слишком пристально посмотрел в мою сторону, за ним не заржавеет. Так что я не знала, что сказать в такой ситуации, и чувствовала себя едва ли не более неловко, чем сам Зак.
Парень же, не дождавшись ответа, выдавил улыбку, сбивчиво попрощался и ушел.
В совершенно растрепанных чувствах я поднялась в комнату, заставленную вещами, села на край кровати и бездумно уставилась в стену.
Сегодня всего лишь второй день нового года, и уже столько всего произошло. А что ждет меня дальше?
Беглый осмотр нового жилища дал четкий ответ на этот вопрос: уборка.
Нет, слоя пыли не было, но горы вещей, поставленных друг на друга, слегка пугали. Надо начинать обживаться и готовиться к экзаменам. Так что я расставила книги по полкам, развесила часть вещей на вешалки и разложила оставшееся куда придется, а затем взялась за учебники с конспектами.
Сопромаг сам себя не выучит.
Обложившись тетрадями, я повторяла схемы, позволяющие сопротивляться магическим атакам. Базовые символы, стойки, комбинации. Отражающие заклинания и заклинания подавления магии.
Время пролетело незаметно, часы показывали одиннадцать вечера, линии в глазах плыли, концентрация скатилась к нулю – верный признак, что пора заканчивать.
Проморгавшись и захлопнув учебники с конспектами, я встала и размялась, с наслаждением потянувшись. За занятиями как-то подзабылось, что я переехала и живу с эльфом, пока что невидимым и неслышимым. В голову закрались подозрения: а точно ли он здесь? А не случилось ли с ним чего? Может, он сейчас на полпути к эльфийской границе? Последняя мысль показалась забавной, но особенно рассчитывать на это не стоило.
Наверное, следует зайти и проверить? Все же он в чужой стране совсем один.
Я захватила свои банные принадлежности и вышла из комнаты, одновременно со мной из своей двери шагнул эльф.
Мы оба замерли, глядя друг на друга.
Сегодня эльф был в обычной одежде: простые брюки на длинных ногах и самого простого кроя льняная рубаха. Высокий и худой, но плечи довольно широкие. Светлые волосы распущены, только от висков назад тянулись две тонкие косички, подхватывающие пряди у лица и отросшую челку. Глаза зеленые-зеленые, как малахит, под которыми сейчас залегли глубокие синие тени, а вот ресницы и брови светлые. Острые скулы и длинный прямой нос – он определенно был похож на отца, кажется, я начинаю различать однотипных эльфов.
– Привет, – неуверенно поздоровалась я.
Эльф еще постоял пару секунд, развернулся и ушел, резко закрыв за собой дверь.
Вот и поговорили.
***
Дьеналь слышал, как она пришла. Слышал, как открылась входная дверь, и после небольшой паузы – легкие шаги. Зашла и вышла. И так несколько раз. Когда в очередной раз девушка ушла из комнаты, он не выдержал и выглянул из своего убежища – в ее комнате стояла целая гора вещей. И, видимо, это еще не все.
У самого Дьеналя лишь три комплекта одежды, несколько комплектов нательного белья и минимум самых необходимых вещей. А еще деньги на покупку всего, что покажется нужным. Но от мысли, что ему придется идти туда, где много людей, и что-то у них покупать, эльфу становилось не по себе. Раньше все необходимое ему просто предоставлялось.
Наконец, его соседка, которую Дьен даже в мыслях не мог назвать женой, угомонилась. В их секции вновь воцарилась тишина. Эта тишина заполнила все, и его мысли тоже. Они словно исчезли, оставив после себя какую-то апатию. Ему, слава Великому древу, не придется сдавать экзамены, но наставник велел ходить на занятия с людьми, обучаться у них, учиться с ними жить.
Как сказал Эвиналь Ильнао, возможно, жить среди людей ему придется долго.
В какой-то момент эльф понял, что надо, наконец, привести себя в порядок и лечь спать. В последние ночи он почти не спал, и это сильно подтачивало его. Для начала принять душ, который он отлично освоил за время пребывания их делегации. У людей все было не как у эльфов. Водопроводная система отличалась сложностью и при этом не отличалась надежностью. Водонагревающие котлы несколько раз останавливались и ломались только за те дни, что Дьеналь здесь прожил.
То ли дело горячие источники, воду из которых использовали эльфы. И родники – холодные, чистые, свежие и задорно звенящие даже из латунного крана. Живая вода.
Здесь же все было мертвым. Искусственно нагретая вода – не слишком горячей, а из другого крана – не слишком холодной. И совершенно невкусной.
Но надо было идти мыться. Хранитель Древа должен быть чист помыслами, душой и телом. И если он так разом отринет все, чему его учили все эти годы, то отец окажется прав: он просто изначально не был достоин такой чести.
Дьен встал и подошел к двери, распахнул ее, чтобы выйти, и сразу наткнулся взглядом на девушку.
Она замерла напряженно и как-то испугано, словно тоже не понимала, чего от него ожидать. Огромные темные глаза настороженно изучали его, скользили по его лицу; аккуратный нос, яркие пухлые губы и небольшая ямочка на подбородке. Слабо заплетенная коса вилась змеей по ее плечу и спускалась на грудь, останавливаясь у квадратного выреза простого синего платья. Оно ничуть не походило на то небесно-голубое, что было на ней в новогоднюю ночь.
Воспоминания, как и понимание, кто перед ним, ударили наотмашь. Женщина, с непонятной целью привязавшая его к себе. Лишившая будущего.
– Привет, – тихо сказала она с какой-то вопросительной интонацией.
По-хорошему, Дьеналь тоже должен был что-то ответить. Но отвечать по-хорошему не хотелось, то, что творилось у него в душе, хорошими словами не описать. А единственный вопрос – “зачем она так поступила” – вряд ли бы улучшил ситуацию.
Эльф просто ушел. Сбежал, как он признался себе, вновь оказавшись за дверью своей комнаты. Говорить с той, что по какой-то роковой ошибке стала его женой, было выше его сил. Потому что сколь бы ни был суров его отец, он никогда не позволял себе грубости по отношению к жене. И Дьен не мог опуститься до подобного. Поэтому он размашистыми шагами подошел к окну и посмотрел на царившую за ним зиму.