"Фантастика 2024-164". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— И сколько мне вас ждать, сударь? — тревожно облизал губы охотник, явно побаиваясь оставаться наедине с ректором.
— Надеюсь, к завтрашнему утру управлюсь, — решил я и пошёл к опушке.
— А ежели вас постигнет неудача, что мне тогда делать? Если вы не вернётесь?
— Я вернусь.
Бульдог громко вздохнул, но больше ничего говорить не стал. А я вышел на опушку леса и посмотрел на город. Ну, без точной инфы о том, как там могут встретить лича без документов, к воротам точно соваться не стоит. Значит, нужно взять «языка».
Мой взгляд переместился к просёлочной дороге, разрезающей сельскохозяйственные поля. Эту часть дороги хорошо было видно от ворот города, потому мне стоит устроить засаду вон за тем поворотом, где дорога огибает лес.
В ту сторону я и пошёл, двигаясь по опушке. Под моими ногами похрустывали упавшие веточки, позвякивала кольчуга и пели птички. Солнце же усиленно светило с голубого небосклона, по которому ползли барашки облаков. Денёк обещал быть погожим.
Но тут в мои уши ворвалось дикое лошадиное ржание, и следом за ним из-за поворота выскочил охваченный ужасом конь. В его холку вцепилось отвратительного вида коричневое насекомое, похожее на кровожадного клеща, вымахавшего до размеров тазика.
Тварь быстро «разрывала» плоть лошади, погружаясь в её холку. Во все стороны летела кровь, а в глазах животного царил первозданный ужас, накрепко переплётшийся с ослепляющей болью.
Лишившаяся всякого разума лошадь тащила за собой труп седока, подпрыгивающего на кочках. Нога мертвеца запуталась в стремени, а голова уже напоминала красную тряпку, оставляющую за собой след из капель крови. Латы же громыхали, как связка сковородок…
Пришлось вмешаться.
Я швырнул «стрелу» в «клеща». И, о чудо! Она вонзилась в него, оставив здоровенную дыру, «прогрызенную» магией смерти.
Ну, наконец-то адекватное существо! Никакой защиты от магии!
«Клещ» перестал зарываться в плоть коня, но тот уже явно был обречён. С такими ранами не живут, ну, ежели ты не живой мертвец, вроде меня. Тогда живут. Лошадь же выглядела вполне обычной. И всего одна «стрела», пущенная в голову, упокоила её на веки вечные. Передние копыта лошади подогнулись, и она закувыркалась по пыльной дороге, раздавив остатки «клеща». От него осталось красное пятно, украшенное кусками хитина.
Труп же седока наконец-то получил свободу. Его нога вывернулась из стремени, и мертвец замер у обочины, перестав громыхать погнувшимися латами.
Я быстро с помощью «бумеранга» поймал две души: лошадиную и ту, что принадлежала «клещу». А затем добежал до поворота и увидел жуткую картину…
Ясное солнышко поливало мягкими золотистыми лучами разбросанных вокруг повозки пятерых мертвецов: трёх бородатых низкорослых крепышей в рваных кольчугах, женщину с длинными эльфийскими ушами и человека. Ещё тут валялись мёртвые пёс и тягловая лошадь с мощной грудной клеткой и толстыми ногами.
И всех этих бедолаг облепили красные раздувшиеся от крови «клещи». Они оказались меньше убитой мной твари и еще не обзавелись хитином. Но вот их прожорливость зашкаливала. Они с причмокиванием высасывали кровь из тел, впившись в них круглыми ротовыми аппаратами, похожими на присоски.
Лошадь еще была жива и тихонько ржала, уже обессилев от кровопотери, а может и от чего-то другого. Один из бородачей тоже был жив. Он мутными, одурманенными глазами смотрел в мою сторону и счастливо улыбался, словно лежал на песчаном пляже под пальмой и слушал ласковый шёпот голубого океана.
Кажись, в слюне «сосунов» имеется какой-то сильнодействующий наркотик, иначе ничем иным я не могу объяснить то, что происходило с бородачом. Его облепили десятки тварей, а он улыбается. Один «сосун», с ладонь размером, даже прицепился к его щеке.
Признаться, зрелище было до того мерзким, что у меня аж физиономия перекривилась. И я с большой охоткой начал швырять «стрелу» в кровососущих монстров. Благо они, как и их старший собрат, оказались восприимчивы к магии. Магия смерти «проедала» в них большие дыры, заставляя их плоть гнить.
  
Наверное, вонь в воздухе стояла несусветная, но я не чувствовал её, а как заведённый кидал в тварей магию.
«Стрела» имела маленький откат, так что я быстро уничтожал одного монстра за другим. А они были до того тупыми, что первые мгновения даже не обращали на меня внимания. Но вот потом «сосуны» начали «отклеиваться» от тел и поворачиваться в мою сторону. А я, помимо того, что отстреливал их, как в тире, так ещё и запускал «бумеранг». Он собирал бледные-бледные совсем слабые души тварей. Но — тоже хлеб. Не в моей ситуации воротить нос.
Но внезапно «сосуны» удивили меня… Оказывается, они умеют прыгать, да ещё как! Блохи могли бы позавидовать! Эти твари резко сжимались, а затем взмывали в воздух, безошибочно угадывая, где я нахожусь, хотя они не имели глаз. Монстры по дуге летели в мою сторону, стремясь вонзиться в меня своими ротовыми аппаратами, снабжёнными мелкими, острыми зубками.
Пару штук я сбил в воздухе, от трех увернулся, а еще двух прямо на лету рассёк мечом, который взял в левую руку. Но их напор был столь интенсивен, что мне пришлось ломануться в лес с его деревьями и ветками. Они сильно затруднили «сосунам» их олимпийские прыжки. Твари врезались в препятствия и падали на лесную подстилку, где я их убивал с помощью стали или магии.
Хорошо хоть моё тело не знало усталости, а маны был вагон и маленькая тележка, потому я быстро истреблял «сосунов». А когда я чуть отвлёкся и один из них вонзил зубы в мой подбородок, то он был вознаграждён… ничем. Крови в организме лича не оказалось. Даже какой-нибудь чёрной, густой и вонючей. И на попавший в тело лича наркотик «сосуна» я никак не отреагировал, что позволило мне схватить тварь пальцами, оторвать её от физиономии, швырнуть под ноги и наступить каблуком сапога. «Сосун» лопнул под моей стопой, как бурдюк с дрянным вином. Кровь забрызгала опавшую листву, а клочок кожи монстра прилип к подошве. Но я не обратил на это внимания, а продолжил бой, вскоре закончившийся моей сокрушительной победой. Все твари полегли от моей магии и меча.
— Славная была битва, — удовлетворённо прохрипел я, выйдя из леса на дорогу. — Но, кажется, ненужная. Хотя…
Тот самый накаченный наркотиком «сосунов» бородач ещё был жив, хотя и выглядел он страшно. Его тело было сильно искусано. И даже кольчуга не защитила его от зубов монстров. Они просто прокусили её, добравшись до мускулистого тела бедолаги. Однако кровь уже свернулась, превратившись в красную коросту, покрывшую кожу мужика. Кажется, он до сих пор не понимал, что происходит. Лежал, улыбался и заторможенно хлопал глазами.
— Эй, воин, — позвал я его, подойдя поближе. — Сударь! Мужчина! Братишка! Сынок!
— Ма… матушка? — просипел он, еле-еле двигая посиневшими толстыми губами.
— Да, сынок, она самая, — ласково промурлыкал я, пытаясь придушить свою внезапно очнувшуюся совесть.
Я даже не сразу понял, что это такое гложет меня. Мне казалось, что я уже давно отправил свою совесть на свалку истории, а она ишь чего творит… Восстала из мёртвых, дабы пнуть меня за то, что я притворяюсь матерью умирающего человека. Хотя, может, он и не человек, а гном. Я как-то так их себе представлял.
— Матушка… у меня… всё… хорошо, — прохрипел бедолага, и из уголка его рта потекла кровь. Зрение у него уже явно отказало, а скоро и тело помрет. Надо торопиться.
— Сыночек, миленький, а расскажи-ка, как можно убить вампира?
— Высшего вампира… кха… убить совсем не просто… нужно поразить его мозг… кха… Но они очень ловкие и…
— … Ага, ага, — перебил я его, чтобы он не терял последние силы на то, что мне и так известно. — А как не допустить превращение человека в вампира, если его уже укусил этот кровососущий гад?
— Убить вампира в течение… суток, — выдал он затихающим голосом, даже не пытаясь спросить на кой шут его матушке такие сведения. Кажись, наркотик сильно сказался на разуме гнома.
— А ты когда-нибудь видел рыжую очень красивую вампиршу из Леснянска? — попытал я счастье, глянув на радостное солнце. Время ещё есть.