Десятая вечность
Подкинул дровец на еще не погасшие угли, послушал треск обгорающей коры и вновь уснул. Часа через два сквозь сон услышал, как напарник проснулся, зажег налобник и, накинув куртку, вышел из домика. Сон отступил, я тоже зажег свой фонарик и ждал Андрея. Вернулся он быстро.
– Ну и какого черта тебя на улицу понесло? – озадачил я не совсем проснувшегося напарника.
– Да умудрился выйти на улицу в тапочках на босу ногу и об иней ноги поцарапал, – удивленно ответил он.
– Об иней это круто, ты сам понял чего ляпнул? Надеюсь, поцарапал не до кости? – продолжал я полусонное удивление.
– Да уж, чего-то я спросонья веселого выдал, – согласился Андрей. – Утром это вместе обсудим.
Что порадовало, перед тем как залечь дальше, он проверил печку, самостоятельно положил пару толстых сырых поленьев. Значит, за пару дней уже вошел в полевую колею. С этими мыслями вновь погрузился в сон.
Проснулись почти одновременно после восьми утра. Тело еще продолжало ныть после вчерашней ломовой работы, но эта усталость была приятной, оздоравливающей душу и тело.
Брошенный с лежанки на окно взгляд позволил предположить, что на улице ясно и по отсутствию шума ветра безветренно. Так оно и оказалось, когда вышли из домика для утреннего туалета.
Но пока лежали на лежанках, получая удовольствие от этого незамысловатого процесса.
– Сейчас как встану и надергаю воды! – заявил о своем намерении напарник, прекрасно понимаю прикол в сказанном.
– А это как и почему? – почти искренне удивился я, среагировав на неожиданное и слегка настораживающее заявление друга. – Ты ночью, может быть, чего-то покуривал под одеялом?
– Да нет же. Все просто. Ночью решил хлебнуть водички, так ковшик по донышку начал позвякивать. Вот я и решил с утреца исправить этот непорядок, – ответил довольный напарник.
– Ну ладно, уже радует, что не курил. А то я уже трохи озаботился. Но все равно, почему воды надергать? – удивленно спросил я.
– А думаешь я сам понял? Знаю одно – за водой все равно сходим, – предложил Андрей.
– А куда мы денемся, давай вставать, завтракать – и за дело. Нам сегодня придется опять основательно потрудиться. Расслабляться еще рановато, – порадовал я Андрея общими планами на день.
– С тобой расслабишься, – по-доброму ответил он.
День задался, как обычно, за завтраком покормили Дедушку, сами приняли по три традиционных поддерживающих тонус стопарика жидкости внутреннего сгорания.
– Ну а теперь задача на день. У нас сегодня должна стоять банька и на обоих озерах должны появиться скрадки, – обозначил я рабочий план сегодняшнего дня. – Ну и воду будем дергать, притом сразу же.
На том и порешили и, наскоро одевшись и обувшись, вышли из домика навстречу событиям одного из дней десятой вечности.
– Андрюха, денек-то какой! Ясно, солнечно, безветренно. Тихо. Нас с утра только куропач пытался разбудить. Сегодня уже смотрел на лист метеопрогноза. Не знаю, до каких пор, но метеопрогноз пока оправдывается. Пусть он буквально оправдается на 6, 7, 8, 9 и 10 мая. Ведь он обещает в эти дни дождь, что будет нам только на руку. Ведь если будет непогода, то со снегом, а не дождем, – немного помечтал я.
– Хорошо бы. Давай пока воды надергаем, – реализовывал свою навязчивую идею Андрей.
Он уже переобулся в болотники и держал в руках бак и ковш.
– Дык, запросто. Наберешь – зови, – согласился я.
Андрей направился к увеличивающейся в размерах луже, прихватив маленький топорик. Пришлось ему расколоть утренний ледок и ковшиком наполнить наш бак. Я подошел к луже, помог Андрею перетащить полный бак с водой и водрузить его на место. Он хоть и не очень тяжел, но мы предпочли поберечь спины и сделали все это вдвоем.
– Батенька, вы правильно надергали воды? – решил я подначить напарника.
– Сам пока не понял, если к вечеру не испарится, значит, все получилось, – поддержал меня Андрюха.
– Сейчас все же продолжим пассивное браконьерство. Возьмем мой ствол и, если кто-то все же налетит, будем обороняться. Ну и начинаем рабочий день, нас банька заждалась, – с этими словами вынес из домика ствол, загнал патрон в патронник.
– А неизвестно кто сильнее ждет баньку. Я думаю, мы ее ждем больше, – иронично заметил напарник.
– Правильно мыслишь. Поэтому пошли за печкой. Она тут рядышком. Да и свезло нам, откапывать не нужно. Нынче все на виду, – согласился я с ним.
Банная печь была отнесена в перелесок метров за сто от домика, где под большим корчом находилась она и много нужных вещей: подставки под чучела, оцинкованные бак и тазик, кастрюли, рулон рубероида и прочие необходимые мелочи. Вот туда мы с Андреем и направились.
Нам вновь повезло – медведь здесь не хулиганил, все было на местах. Главное – лохматый гость не садился на печку и нам не придется ее вытаивать или выдалбливать.
– Андрюха, видишь эту миниатюрную печурку, которую с трудом перетаскивают два человека? При ее помощи участок пространства, ограниченный палаткой, превращается в парилку. Каркас для неё ты уже видел. Скажи, сколько времени может занять переноска печки к каркасу по глубокому снегу? – спросил я у напарника по приходе к схронке.
– А хрен его знает, я же не знаю, чего вы с Серегой могли выкинуть, – ответил он.
– Правильно мыслишь. Начали в половине третьего, установку бани завершили к девяти вечера, – заинтриговал я Андрея. – Это с перерывами на стрельбу гусей, их поиски, обмывку и общение с Дедом.
– А чего, было так много гусей? – неуверенно спросил Андрей.
– По-моему, вдвоем взяли штук девять. Поэтому берем печь и несем отсюда и до каркаса, – ответил я, ухватившись за ручку для ее переноски.
Андрей поддержал меня и вскоре печь стояла возле каркаса. Затем Андрей вернулся к схронке за баком и тазиком, а я принес с лабаза нашу заслуженную баню. На тундре это больше чем просто место, где моются, это фетиш, без которого уже не представляешь себе комфортный быт на охоте, после того как попробовали это в первый раз лет так семь назад. Каркас стоял в готовности принять на себя двухместную палатку из толстого брезента. Из неё мы и сделали баню, вырезав место под разделку и обшив ближайшую к печке внутреннюю поверхность брезента стеклотканью. Весило наше удовольствие килограммов пятнадцать, но в данном случае вес оправдывал получаемое удовольствие.
– Увы, дружище, гуси нас пока игнорируют, поэтому займемся баней. Если налетят – отобьемся, «Мурка» рядышком. Сейчас устанавливаем печь, собираем трубу и лежанку, укладываем трапики на землю. Затем все это укрываем палаткой, ставим трубу и будет нам счастье вместе с баней, – задал я тон предстоящим действиям.
Дальше наступило время слаженных действий – и минут через тридцать труба была соединена с печью, палатка заняла свое место на каркасе, лежанка была собрана, даже искрогаситель занял свое место на конце трубы. Мы с удовлетворением смотрели на промежуточный результат своей работы.
– Андрюха, осталось совсем немного. Сейчас принесем полный бак воды, оставим его на печи. Я подпилю дровец. Здесь рядышком я бросил пару сухих кряжей, когда дрова носили, затем устанавливаем предбанник и можно на завтра объявлять актированный день по причине назревающей помойки, – поделился я своими мыслями с напарником.
– Не поверишь, давно так сильно не хотелось в баню, – поделился со мной он, вероятно, самым сокровенным после желания уронить гусака.
Еще через полчасика бак с водой стоял на печи, пока я пилил и колол дрова, Андрей ведрами натаскал воды в бак для холодной воды. Мы в нем сюда привезли посуду.
Последним штрихом в написании банной картины стал приклеенный на липучки к корпусу палатки предбанник. Его растянули на шесте и укрепили растяжками за ближние листвянки.
– Поздравляю, Андрей Геннадьевич. Теперь мы с баней, и для того, чтобы помыться, нужно желание и два часа времени. Гуси не летят, а только маленькие частные вертолеты, поэтому я почему-то вспомнил, что у нас есть копченый кижуч. А он без пива плохо идет. Поэтому давай по холодненькому пивасику, – внес я своевременное предложение.