Первородный. Цена магии (СИ)
Отлично! Теперь бы только не упустить Жирного!
Благо, я уже минуту назад приметил таксомотор, чей водитель с наслаждением что-то пил из картонного стаканчика, опершись задом на поцарапанный капот с жёлтыми шашечками.
— Милейший! — крикнул я ему, бросившись к машине. — Скорее садитесь за руль! Дело особой важности!
— Какое же, сударь? — полюбопытствовал мужчина, не сдвинувшись ни на шаг. Да ещё он так медленно отпил из стаканчика, словно играл на моих нервах.
— Такое! Десятирублёвое! — выпалил я, плюхнувшись на переднее пассажирское сиденье.
Шофер пожал плечами, одним глотком выдул напиток, выбросил в урну стаканчик и наконец-то сел за руль.
— Куда едем, сударь? — хмуро спросил он, поворотом рычажка заставив мотор надсадно закашлять. — Учтите, даже за десять рублей мне не очень хочется покидать центр города. Вы видели какие дороги на окраинах? В те края лучше не ездить, чтобы потом на ремонте моей кормилицы не разориться.
— Туда! — указал я рукой на вытекающую с площади улицу, которую только что миновала карета толстяка и скрылась за углом.
— Хорошо, — флегматично выдал шофер и погнал задребезжавший автомобиль в указанном направлении. — Музыку, сударь?
Водитель с вопросом в глазах тронул двумя пальцами тумблер радио. Мне, конечно, хотелось, чтобы сейчас зазвучала какая-нибудь музыка по типу «погоня, погоня, погоня…». Но вместо этого я лишь нетерпеливо буркнул:
— Нет, не надо. Просто поезжайте быстрее.
— Куда уж быстрее? И так сорок километров в час летим, — выдал шофер, обогнав телегу с бочками пива.
Я прикинул, что вряд ли у Жирного какие-то особо скоростные кони. Не уйдёт он от меня, хотя у него и имеется солидный запас расстояния.
Вот только бы не потерять его карету в этом хитросплетении узких улочек. Я её уже не видел, но, высунув голову в окно, заметил над крышами домов стайку летучих мышей.
— Теперь направо поворачивайте, — приказал я шоферу.
— Как скажете, — невозмутимо проронил он, попутно сунув в рот петушка на палочке.
Водитель ещё несколько раз поворачивал, следуя моим указаниям, которые я давал, ориентируясь на летучих мышей, прилежно носящихся над каретой. А та весьма запутанными тропками двигалась по центру города, будто наугад искала выход из лабиринта. Однако всё вроде шло хорошо. Я постепенно нагонял Жирного.
Но тут вдруг мои шпионы начали разлетаться во все стороны, словно «позабыли» о моём приказе. Видимо, моя магия действует на них всего несколько минут. В случае с облившейся кофе стервой летучие мыши тоже весьма ограниченное время выполняли мой приказ.
Впрочем, я не дал нынешним летунам улететь восвояси. Снова послал им приказ следовать за каретой Жирного, которая уже была в поле моего зрения. На этот раз я не использовал голос. Тем не менее крыланы всё равно с большой охотой опять подчинились моей воле. Кажется, они улавливали мои желания и визуальную картинку, передаваемую моими глазами. И чтобы проверить данную теорию надо будет провести ещё несколько экспериментов. Но потом…
Пока же карета Жирного заехала в двор-колодец, и за ней закрылись солидные металлические ворота с коваными украшениями.
Я приказал шоферу проехать ещё пару кварталов. И только после этого вручил ему десять рублей, а затем выбрался из таксомотора.
— Хорошего вечера, сударь, — почему-то масляно улыбнулся мне водитель и поехал прочь.
Чего это он? А-а, понял. Оказывается, я вышел из машины около кабаре с яркой светящейся вывеской «Французский поцелуй». Возле входа хмурили брови двое громил, а над вывеской покачивала точёной ножкой жестяная красотка, раскрашенная до того умело, что даже подвязку на бедре было видно.
Я скользнул по ней взором и поспешно двинулся в сторону двора-колодца, поглотившего карету Жирного. По пути к оному я слегка подкормился маной и без проблем достиг цели. Но к самому трехэтажному дому я подходить не стал, а остановился на противоположной стороне улицы и задрал голову.
Летучие мыши до сих пор кружили над жестяной крышей, намекая, что карета так и стоит во дворе, скрытом глухими воротами.
Интересно, а что с другой стороны дома? Я обошёл его и увидел ровно такие же ворота и мрачных каменных атлантов, поддерживающих карниз крыши. Из небольших зашторенных окон лился тусклый жёлтый свет, а толщина стен впечатляла. Такой домик можно и как тюрьму использовать. Пока же вывеска над входом гласила, что это доходный дом Козьмы Еремеева.
Видать, Жирный снимает тут апартаменты. И вряд ли он догадывается, что я намерен сделать с ним. У меня возник весьма дерзкий план. Но я начну претворять его в жизнь только после полуночи, а то и позже, когда станет меньше лишних глаз.
Сейчас мне нужно поторапливаться на встречу с бароном Вороновым. Время уже поджимало. Я торопливо двинулся к трамвайной остановке, своровав по пути ещё немного маны, чтобы её количество соответствовало магу с даром средней силы.
— Фонарик! Сударь, не хотите купить бумажный фонарик⁈ — проорал мне бойкого вида мальчишка, пританцовывающий около булочной с мешком через плечо. — Ежели его поджечь, выпустить в небо и загадать желание, оно непременно сбудется! Так сказывают китайцы.
— Что-то мне подсказывает, что единственное желание, исполняемое этим фонариком, — это скорейшее зачатие очередного китайца, — пробормотал я, быстро прошёл мимо озадаченного мальчишки и успел заскочить в трамвай. Тот сразу погрохотал по рельсам, тускло поблескивающим в лучах фонарей, изогнувшихся буквой «Г».
Я снова посмотрел схему трамвайных путей и нашёл улицу Артиллеристов. До неё пришлось ехать всего четыре остановки, после чего я вышел из трамвая, спросил у первого встречного дорогу к клубу «Гвардеец» и пошёл по аллее, украшенной артиллерийскими орудиями разных времён и эпох.
А затем показался и клуб «Гвардеец». Он обосновался в помпезном белокаменном здании с мраморными колоннами, дубовыми входными дверьми с медными ручками и парой мраморных воинов возле них.
Стоило войти в клуб, как я оказался в ярко освещённом вестибюле, где ко мне мигом подскочил расторопный седовласый мужчина с длинными, поникшими усами и выправкой военного.
— Добрый вечер. Полагаю, вы сударь Горин?
— Он самый. Приятно, что меня уже узнают в лицо, — усмехнулся я, прекрасно понимая, что мою внешность этому человеку описал Воронов.
— Э-э-э… — протянул немного смешавшийся усач и следом просто добавил: — Прошу за мной. Барон Воронов уже вас ожидает.
Мужчина повёл меня по роскошному коридору с красной ковровой дорожкой и висящим на стенах разнообразным оружием.
По пути мы миновали приоткрытую белую дверь, за которой раздавался звон бокалов и чванливый смех. Любопытство буквально заставило меня глянуть в щёлку между дверью и косяком. Внутри в роскошном зале пили шампанское и играли в азартные игры молодые аристократы. И я в своей потасканной одежде смотрелся бы среди них так же уместно, как огромная лиловая бородавка на носу юной, нежной принцессы.
Усач привёл меня в уютный подвал с дубовым паркетом. Под арочным потолком из красного кирпича ярко горели золочёные люстры, а вдоль дальней стены выстроились деревянные манекены.
В подвале меня поджидали лишь двое: барон Воронов и длинноволосый худощавый молодой брюнет с бородкой клинышком. Оба аристократа восседали за круглым столиком, потягивая шампанское из высоких хрустальных бокалов.
Брюнет полупьяно улыбался и сверкал хмельными весёлыми глазами. А его дорогой серый сюртук с серебряными пуговицами украшало влажное пятно.
Воронов же, в отличие от брюнета, был абсолютно трезв. Барон то и дело нетерпеливо косился в сторону лестницы, ведущей в подвал.
Глава 26
Воронов первым увидел меня и тотчас выдал, столкнув брови над переносицей:
— Сударь Горин! Вы заставляете нас ждать!
— Вот-вот, — расслабленно поддакнул его разрумянившийся компаньон, закинув ногу на ногу. — А вы совсем не прелестная особа, дабы мы ожидали вас.