Наследница империи
– Не стоит судить о том, о чём ты не знаешь, – едва сдерживаясь, произнёс он. – Сейчас это вынужденная мера. Ты жила как хотела всё это время, не ущемляя себя ни в чём. Каждое твоё желание выполнялось беспрекословно, каким бы сумасбродным оно не было. Ведь так? – отец задал вопрос, но отвечать я не спешила, пытаясь осознать тот факт, что мой любимый папочка, которого считала примером для подражания, сильно изменился за последнее время, а может просто я не замечала того, каким он был на самом деле. – Не слышу ответа, – рявкнул он.
– Мои желания не были сумасбродными, – сдаваться я не собиралась.
– Да неужели? А когда ты начала собирать по всей округе раненых зверей и птиц, притаскивая их с собой во дворец, разве я не выделил тебе место под зверинец? Разве не нашёл целителя специально для твоих питомцев? А твои званные обеды для бедняков, когда собиралось возле моста всё отребье из близлежащих селений, которое тебе хотелось накормить… Разве я сказал хоть слово против? Нет, не сказал. Я шёл тебе навстречу все эти годы и хочу, чтобы теперь навстречу пошла ты. Пришло время платить по долгам. Но если не желаешь подумать о благе семьи, то подумай о народе, о котором ты проявляешь такую заботу, о тысячах людей, жизнь которых зависит от твоего решения.
– А при чём тут народ? – опешила я.
– Если мы не заполучим более сильного союзника, от наших плодородных земель останутся лишь выжженные пустоши, – отвернувшись к окну, уже более спокойно ответил отец. – Как думаешь, долго ли протянут обычные люди при таком раскладе? Моё решение вынужденное, не блажь, не самодурство, а необходимость. Поверь. Или ты думаешь, я готов пожертвовать счастьем единственной дочери в угоду своим амбициям? И вообще, я же не заставляю тебя выходить замуж за вдовца-императора, мы сговорились с кронпринцем, героем, чьё имя знает в драконьей империи и стар, и млад.
– Но я его даже ни разу не видела, – возмутилась, не понимая, то ли отец говорит правду, то ли тренируется в красноречии, проверяя на мне своё умение убеждать. – А как же любовь? Или хотя бы минимальная симпатия, основанная на уважении?
– Стерпится – слюбится, – повысив голос, заявил родитель. – Нужно лишь немного притереться, пообвыкнуться… Что же касается внешности – вот его портрет, – отец бросил на стол медальон с изображением молодого дракона и направился к выходу, по всей видимости считая, что объяснил достаточно и разговор можно считать оконченным. – Именно он скоро станет твоим мужем. Смирись и не делай глупостей.
Мда, вот и поговорили.
***
Отвернувшись от захлопнувшейся двери, я закрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь унять пылавшую в груди обиду. Казалось, отец явно чего-то недоговаривает. Несмотря на всё его красноречие, недоверие царапало душу, заставляя задуматься о том, насколько правдивы сказанные им слова. Хотелось броситься следом, стребовать ответ, заставить отказаться от сделки с драконами… Вот только я знала, что принятые решения отец не меняет. Мне оставалось лишь смириться, но этого я точно делать не собиралась.
Протянув руку к медальону, на миг замерла, раздумывая над тем, стоит ли мне вообще знать, как выглядит тот, кого мне прочили в мужья, если выходить за него замуж я всё равно не собираюсь. Но отбросив сомнения, взглянула на портрет, решив, что лишним это знание точно не будет. Мало ли какие ещё сюрпризы может преподнести судьба. В последнее время она изрядно баловала меня своим вниманием.
Впрочем, даже мимолётного взгляда вполне хватило, чтобы понять – этот лорд от своего не отступит. Холодность и уверенность в себе сквозили в каждой чёрточке его сурового лица, которое можно было бы назвать красивым, если бы не шрам, грубым росчерком рассекавший бровь и спускавшийся к щеке. Но несмотря на это его внешность не отталкивала. Уверена, желающих скрасить его досуг было предостаточно… Вот и пусть скрашивают, а у меня на жизнь свои планы.
– Как ты, милая? – заглянувшая в спальню нянюшка выглядела подавленной и виноватой.
– Ты знала? – чуть резче чем хотелось бы, спросила я.
– О драконах? Да, знала, – опустив глаза, ответила она.
– Тогда почему не сказала? – негодование рвалось наружу со страшной силой, но я старалась говорить спокойно, не позволяя эмоциям взять верх, благо меня учили этому с детства, ведь будущая императрица должна уметь держать лицо в любой ситуации.
– Не хотела тебя расстраивать раньше времени, – сцепив руки в замок, пояснила няня. – Ты казалась такой беззаботной и счастливой, хотелось продлить твоё состояние хотя бы ещё на чуть-чуть, отодвинуть неприятности в сторону, чтобы видеть твою улыбку.
– Я бы могла хоть что-то предпринять за это время, а не находиться в полном неведении относительно своей дальнейшей жизни, уверенная в том, что знаю всё наперёд.
– Что предпринять? Не будь наивной, Мирида. Ты бы ничего не смогла изменить, – глухо произнесла женщина, задумчиво глядя в окно. – Через час будет совет, на котором твой отец объявит о своём решении лордам. Ты станешь невестой дракона, как бы ни противилась этому. Такова воля императора.
Грудь распирало от ярости и бессилия одновременно, хотелось кричать, но я молчала, обдумывая сказанное нянюшкой. Что ж, если нельзя идти напролом, стоит воспользоваться хитростью. А для этого мне нужно попасть на совет и лично услышать всё то, о чём там будут сегодня говорить. У меня есть ровно час, чтобы выпроводить из комнаты всех, включая нянюшку, и прогуляться по тайным переходам, так что не стоит упускать этот шанс.
Я понимала, что няня хотела как лучше, поэтому и молчала про драконов, но глаза всё равно жгли слёзы обиды, которые старательно держала внутри. Она лишь отодвинула неминуемое, тем самым не дав мне время подготовиться. И этого я простить не могла.
– Зови модистку, пора примерить платье, а после я хочу побыть одна.
– Мира, деточка… – няня попыталась что-то сказать, но я её перебила.
– Позови, пожалуйста, модистку, – произнесла, чеканя каждое слово.
Тяжело вздохнув, она вышла из комнаты, оставив меня одну.
Прислушиваясь к удаляющимся шагам в коридоре, я метнулась к столу и выдвинула потайной ящик, где прятала карту ходов замка. Развернув потрёпанную временем холстину, пробежалась взглядом по знакомым с детства линиям, обозначающим тайные коридоры, пронизывающие древнее величественное строение от подвалов до самых башен, ища короткий ход от своих покоев до Зала советов.
– Такс-с, два поворота направо, один налево, на развилке пройти по центру… – бормотала себе под нос, освежая в памяти давно забытый путь, по которому ходила от силы раза два, не больше, поскольку политика меня мало интересовала, да и в мыслях никогда не было подслушивать совещания отца. Выходит, что зря не интересовалась. Может, тогда для меня не стала бы неожиданностью сегодняшняя новость. Но не стоит тратить время на сожаления о том, чего уже не изменить.
Возвращение нянюшки я едва не проворонила, задумавшись о превратностях судьбы, но секундная заминка у двери дала мне шанс скрыть следы того, чем занималась во время её отсутствия. Возможно, увидев карту, она бы не побежала с донесением к папеньке, но проверять на деле не хотелось. Я любила няню, но в свете последних событий стоило бы немного поостеречься, ведь именно она позвала отца, когда ко мне пришла Сирин. Так что как бы ни грустно было признавать, но в этой ситуации я могла доверять только себе.
***
Последующие сорок минут я терпеливо вертелась по заданной модисткой траектории, поворачиваясь то вправо, то влево, то поднимая руки, то опуская.
– Миледи, выпрямите спину, расправьте плечи, грудь вперёд… Хотя, пожалуй, остановимся на спине и плечах, – командовала леди Матильда. – Так-так, кое-кто, похоже, немного похудел. Платье висит как на вешалке, уж извините меня за такую откровенность. Вам бы кушать побольше, дорогая. Мужчины не собаки, на кости не бросаются, а вам как раз нужно думать о будущем. Негоже если жених будет заглядываться на других дам.