Трофей некроманта

— Собаки лают — караван идет, — флегматично заявил мужчина, но глаза его сияли азартом.
— На каждый рот не надеть намордник, — продолжил Плут. — И до нас дошли слухи, что судья возжелал вашего падения. Он подбивал некоторых людей из коллегии выступить против вас. Намекал, что темный не может творить добро.
— Кто бы мог подумать, — с деланным возмущением заявил я. — Неужто все настолько серьезно?
— Судья высоко взлетел, — терпеливо кивнул Рипер. — Он уверен, что старая дворянская кровь делает его неуязвимым. Поверьте моему опыту — с такими людьми надо решать все капитально, раз и навсегда.
Я сделал глоток и вопросительно посмотрел на анархистов:
— Предлагаете мне убрать Анатолия Викторовича? Может вы говорите об убийстве? Я не настолько хорош в дуэлях, мастера. Я всего лишь простой адвокат и вчерашний лицеист. Полагаю, что до уровня мастера Свиридова мне еще далеко.
Рипер поморщился:
— Я вполне уважаю ваш метод решать дела, не проливая кровь. Хотя, признаться, его не понимаю. С вашими талантами, которые никто не может контролировать…
— Кроме собственной совести, — напомнил я. — Она — лучший контролер, господин Рипер.
Глава анархистов сделал вид, что ужаснулся:
— Отвратительное качество! Сложно представить, как живут люди, которые подчиняются совести. Сам я больше предпочитаю следовать логике и договоренностям.
— Каждому свое, — не стал спорить я. — Но я не понимаю, к чему вы ведете.
Рипер расплылся в улыбке, которая сделала его моложе сразу на десяток лет.
— Мы предлагаем вам помощь в устранении этого, как выразился бы мой отец, «чумохода».
Плут кивнул. И по его виду я понял, что если сейчас дам свое согласие, именно этот человек со своими людьми и будет решать вопрос. Слишком многое стоит для него на кону. И мне даже стало интересно, что именно за это пообещали Гордею. Но спрашивать такое по понятным причинам я не стал.
— Моя семья уже несколько поколений придерживается законного пути, — ответил я. — И нарушать эту традицию я не хочу.
Мужчина едва заметно скривился, но тут же вернул лицу прежнее выражение. Я же продолжил:
— Однако вопрос с судьей можно решить и законным путем. И это будет выгодно нам обоим.
Анархисты переглянулись, оценивая мой ответ, ведь я явно намекнул, что если мы совместно решим этот вопрос, то я ничего не буду должен «Сынам».
Я неспешно отпил из чашки отвар, а потом вновь заговорил:
— Если у меня на руках окажутся доказательства, что судья и Гагарин вели дела с «Черной Сотней», я смогу дать делу ход. И Свиридова снимут с должности. А затем лишат судейской неприкосновенности и отправят в острог.
Анархисты снова переглянулись, и на этот раз, на их лицах расплылись довольные улыбки:
— А в остроге и на каторге случается множество ужасных вещей… — едва слышно пробормотал Рипер. И добавил, уже громче: — Отличный план, мастер Чехов!
— Но доказательства должны быть добыты легальным путем, — поспешно добавил я, и глава анархистов невозмутимо кивнул.
— Сделаем все в лучшем виде, Павел Филиппович. Гагарину тоже надобно оказаться в числе подсудимых? Или его стоит оставить в должниках?
— Полагаю, это можно будет решить позже.
Гости отставили чашки с недопитым чаем и встали с кресел:
— Что же, мастер Чехов, нам пора.
— А… — начал было я и указал на коробку.
— Небольшой подарок в честь восстановления в практике, — ответил Рипер. — Сущий пустяк, который вас ни к чему не обяжет. Надеюсь, вам понравится. Ну, до встречи. Провожать нас не нужно, мастер Чехов. У вас сегодня был тяжелый день.
Анархисты вышли из приемной. Я же откинулся на спинку кресла и задумчиво взглянул на стоявшую на столе коробку. Входная дверь захлопнулась, и только сейчас я понял, как ловко обвел меня вокруг пальца Рипер. Анархист прекрасно понимал, что я не соглашусь на убийство, и ловко подвел меня к устранению Свиридова законным путем, намекнув, что судья — взяточник. Я же просто смог добавить еще одно имя в список на «ликвидацию».
— Интересные у тебя друзья, некромант, — послышался голос Василия. И в этот раз я не заметил в словах призрака привычного сарказма. Скорее, судя по голосу, призрак до сих пор был насторожен.
  
Я сделал глоток чая и ответил:
— Я не назвал бы их друзьями, Василий. Однако, если по-честному, то бандиты всегда были лучшими друзьями человека моей профессии. Потому что завтра такой вот человек — или же кто-то из его окружения — запросто может попасть в острог. И адвокат будет ему помогать.
— Так-то оно так, Павел Филиппович… — согласился призрак. — Да только не к каждому в дом приходят такие сущности.
— Сущности? — не понял я. — Ты о чем?
— О том, что этот тощий в плаще и шляпе явился в наш мир извне, — просто ответил Козырев. — Причем пришел из такого места, которое куда страшнее нашего. От него несет смертью и кровью. И дымом горящих костров.
— Вот оно что… — протянул я, начиная понимать, как Рипер смог быстро найти общий язык с деревянным человечком, которого мы забрали из квартиры покойного Левина. И с интересом уточнил: — И много ты знаешь про таких вот пришлых?
— Достаточно, — не стал скрывать Василий. — Когда я прогнал дочь, то какое-то время старался не думать о том, кем она была на самом деле. А потом начал искать информацию. А кто ищет — тот находит! Я собирал записи сумасшедших, сказки, легенды… И когда умер — многое стало мне совершенно понятным. Тебе наверняка говорили, что миров, похожих на ваш, великое множество. И так вышло, что ваш достаточно гостеприимен к разным… сущностям. Типа твоего друга Рипера. Или твоего секретаря, например.
— Или Фомы, — добавил я, но Козырев покачал головой.
— Здоровяк родился здесь, в этом мире. Просто получил особенность от сильного духа-покровителя.
— То есть, ты тоже не из этого мира? — догадался я.
— Как раз из этого, — возразил Козырев. — Просто мне открылись некие тайны.
Я пока не стал уточнять, как Василий дошел до этих знаний, а призрак продолжил:
— Кстати, Рипер подарил тебе очень… Интересный подарок.
Он указал на стоящую на столе коробку. И тогда я развязал праздничную ленту. Снял обертку и открыл крышку. На дне коробки лежал похожий на маску палача остроконечный колпак из ярко-красной ткани.
 Глава 7 
 Подарки 
— Занятный подарок, — пробормотал я, рассматривая колпак.
Поначалу я не заметил в нем ничего странного. Но стоило Козыреву подойти к колпаку ближе, как от ткани к призраку качнулась какая-то вязкая тяжелая энергия. И я удивленно поднял бровь, четко понимая, что такого быть не может. Рука словно сама потянулась, чтобы коснуться вещицы. Но в последний момент я опомнился и отдернул пальцы, которые буквально обожгло холодом.
— Дела-а… — пораженно выдохнул Козырев. — Только на твоем месте, некромант, я бы не стал это трогать даже длинной палкой. Разве сам не видишь? Вещь очень необычная.
— Тут не поспоришь, — признал я. — Хотя поначалу решил, что мне показалось.
Василий усмехнулся:
— Учись доверять своему внутреннему чутью, некромант! Оно никогда не обманет.
Я лишь пожал плечами и снова покосился на подарок, но уже с подозрением.
Хлопнула входная дверь, из холла донесся бас Фомы:
— Все сделано по высшему разряду, вашество! Я доставил Арину Родионовну до дома в лучшем виде. Вам не о чем беспокоиться…
Питерский вошел в приемную и замолк на полуслове, заметив Василия. Покосился в его сторону и осторожно проговорил:
— И вам доброго вечера, господин хороший. Уж не знаю, как вы здесь оказались…
— Меня зовут Василий Козырев, — представился призрак, приосанившись. — Решил переехать к вам. Может, на время. А может, и навсегда — смотря, как меня тут привечать будут.
Козырев обернулся ко мне и произнёс:
— Я был прав, некромант. В твоем доме живет много очень интересных людей. И я здесь придусь к месту…