Последняя искра
Как же я могла о нём забыть.
Залезла на диван с ногами, достала конверт из пространственного кармана. Долго смотрела на своё имя, написанное красивым размашистым почерком Эммы.
Лишь когда что-то холодное, упало на руку, поняла, что плачу. До сих пор не верится, что Эммы больше нет.
Открыла конверт, и достала сложенный в двое лист, надушенной розовой водой, бумаги.
"Дорогая Оливия!
Если ты читаешь это письмо, значит со мной случилось непоправимое. Не надо лить слезы, я прожила хорошую жизнь.
Знаю, что вы с Дарелом расстались. Но не суди его строго. У него были причины так поступить. Однажды, он всё тебе расскажет. Ты должна будешь выслушать его, и только тогда принимать окончательное решение.
Он слишком хороший, слишком правильный. И иногда считает, что незнание может уберечь от беды. Не суди его строго.
Ну да ладно! С драконом вы разберётесь сами. Я же хочу сказать, что всё моё имущество, я переписала на тебя. Ты единственная моя наследница и родная душа в этом мире. У моего мужа, тоже не было никого, все его родственники давным давно поумерали, так, что я была его единственной семьёй. Теперь всё это твоё. Надеюсь ты не окажешься стать Герцогиней Альтанской, и примешь титул с высоко поднятой головой.
Поверь, титул откроет перед тобой много возможностей, и если вы не помиритесь с Дарелом, это позволит вырастить малыша, как того подобает.
Люблю тебя, моя маленькая безкрылая фея.
С любовью, твоя тётя Эмма, герцогиня Альтанская. "
Я сложила письмо и хотела засунуть его в конверт, но там обнаружилась карточка: " Поверенный Антуан Соул" и адрес его конторы, а с обратной стороны почерком Эммы," Все вопросы по наследству, к Антуану"
Вот же Эмма!
Решила завтра же и отправиться к этому Антуану в контору.
Утром проснулась бодрая и полная решимости. Всё таки Эмма права, мне нужно думать о ребёнке, для его воспитания понадобятся и дом и деньги. Ну, правда, не смогу же я растить сына в академии. Хотя пока учусь, Артон обещал помогать, как впрочем и Дарси.
Решила одеть кожаный черный костюм, в котором хожу на боёвку, в нем очень удобно и комфортно. Натянула штаны и майку, и взглянула в зеркало, там отражалась девушка с серьёзными намерениями, и слегка округлившимся животом. Положила руку на предмет любования. Уже три с половиной месяца, ещё месяц и как говорят доктора, я смогу почувствовать первое шевеление малыша. Погладила живот и подмегнула своему отражению.
Ничего прорвёмся. Громовы не сдаются.
Надев куртку, направилась к воротам, чтобы нанять проезжающий экипаж до города. Но по пути встретила Мишу и он увязался за мной. Нанял экипаж и помог удобнее в нем расположиться. Сам сел напротив.
Когда экипаж въехал в центр, то Миша кивнул куда-то в сторону.
— Вот нужная тебе контора. Хочешь я пойду с тобой? Кто знает, что ждёт тебя за той дверью. Подстраховаться, лишним не будет.
Миша прав. Что я знаю об этом Антуан Соуле? А ничего… Я кивнула, соглашаюсь с демоном.
— Ты злишься на меня? — спросил Миша, пока мы шли от экипажа к конторе, а это не больше десяти метров.
— Нет. С чего ты так решил?
— Ты почти не разговаривала со мной всю дорогу, а если и отвечала то очень коротко и сжато.
— Нет, Миш, не злюсь. Не за что. Просто я переживаю. Тётя оставила мне не только дом и деньги, она хочет, чтобы я взяла её титул герцогини.
— Тебя даст это очень много преимуществ. Например, мой отец и брат, не осмелятся похитить герцогиню для своих планов. Ты будешь защищена короной. К тебе станут относится с уважением. Поверь, это большой плюс.
— Ты прав. — улыбнулась я демону.
В конторе Соула, за рецепшином, или как у них здесь называется? сидела миловидная девушка.
— Мы к господину Антуану Соулу. — уведомил её.
— Вы записывали? — не подняла она даже глаз.
— Нет.
— Господин Соул очень занят. Запишитесь и…. - она пролистала журнал, лежавший перед ней. — И приходите через две недели. В пятницу есть свободное время.
— Как через две недели? — ошарашенно уставились я на девушку.
— Неужели господин Соул, откажется принять новую герцогиню Альтанскую? — склонился к девушке Миша.
— Как герцогиню Альтанскую? Вас? — девушка подпрыгнула на месте.
— Её милочка. Так, что если не хотите, чтобы ваш хозяин разгневался, сообщите ему о приходе герцогини.
Девушка подорвались и понеслась на второй этаж. Через минуту, она уже возвращалась, таща за собой пожилого мужчину.
— Господин Соул вам сказал, что сам с вами свяжется когда будут новости по вашему делу. Идите, не задерживайте других клиентов. — и вытолкав мужичка за дверь, повернулась к нам. — Господин Соул ожидает вас.
Глава 24Мы с Мишей поднялись на второй этаж, вслед за девушкой. Здесь было три кабинета, и на каждом висела табличка с именем и фамилией Соул. Мы подошли к двери с табличкой Поверенный Антуан Соул.
Девушка постучал и открыв дверь, пропустила нас вперёд. Антуан Соул поднялся из-за стола и направился к нам. Молодой мужчина, лет тридцати на вид, имел незаурядную внешность. Русые волосы, тонкий нос, тонкие губы, серые глаза. Ничего примечательного.
— Я так понимаю, вы и есть та самая герцогиня Альтанская? — облобызал мужчина мою руку.
— Не совсем. Я Оливия Громова, племянница покойной герцогиня, Эммы Самойленко.
— Это всего лишь формальности, госпожа Громова. Как только вы подпишите некоторые документы, титул герцогини Альтанской, станет вашим. И не только титул.
— Да, Эмма упоминала в последнем письме, что-то такое. Я конечно не думаю, что роль герцогиня для меня….
— Вы единственная наследница герцогини. Если вы окажетесь от титула, то Император пожалует его другому. Покойная герцогиня даже знала кому именно, поэтому и обратилась в нашу контору. Мой отец вёл дела покойного герцога, но герцогиня предпочла работать со мной. Она была восхитительной женщиной.
— Вы правы. Эмма была лучшей.
— Вот документы на имущество герцогини. — протянул Антуан мне папку, когда я заняла один из стульев у его стола. — А это документ, — он протянул ещё один лист. — Подтверждающий титул герцогини Альтанской.
Я не спешила подписывать документ о принятии титула, решила вначале ознакомиться с имуществом. Открыла папку и начала читать первый лист.
— Эээ, здесь какая-то ошибка! — посмотрела я на проверенного.
Миша взял у меня из рук бумагу и быстро пробежавшись по нему глазами, вздёрнул бровь.