Будь моей, катастрофа!

— Помнишь, — я пытаюсь отогнать ненужные воспоминания. — А почему именно он? Агентства сейчас на каждом шагу.
— Аркадьич — хороший друг семьи, служил с моим отцом. Всю свою жизнь его знаю, в прямом смысле. Честный, хороший, порядочный мужик, имеет свой вес. Так что, другие варианты мной даже не рассматривались.
— Ну, теперь действительно всё прояснилось.
— А знаешь, зачем? — Вадим щурится, глядя на меня.
— Зачем что? Рассказываешь мне это все?
— Я хочу, чтобы твоё женское воображение не напридумывало лишнего. Угу? Потому что со стороны может показаться, что я маньяк, который тебя преследует, — раскатистый смех Вадима заполняет комнату.
— Странное совпадение? — я развожу руками.
— Так что, со мной всё понятно, а вот что касается тебя… Я еще не придумал, что с тобой делать.
От такого завершения «прояснений» я замираю. Вадим вновь смотрит как хищник на свою добычу. Я боюсь пошевелиться. По-видимому, ему неинтересно просто придушить меня и унести в свою пещеру. Он жаждет зрелищ! Чем мучительней смерть жертвы, тем больше аппетит.
Своим «не придумал, что с тобой делать» он, будто выбил стул из-под моих ног и оставил барахтаться в веревке, крепко затянутой на моей шее. И эта сцена доставляет ему массу удовольствия. Глаза мужчины жадно ловят негодование и растерянность на моем лице.
— Теперь можешь идти, если, конечно, ничего больше не хочешь.
 
    
Глава 11
Губы Вадима впиваются в меня страстным поцелуем. Руки нежно скользят по талии, а затем спускаются все ниже. Он сжимает мои бедра и жадно целует шею. С моих губ срывается стон, и я подскакиваю с кровати. Сердце колотится, как сумасшедшее. На экране красуется «Проснись и беги». Я уже успела возненавидеть себя за эту глупую надпись. Кто вообще придумал подписывать будильники?
Сидя на краю постели, не могу отдышаться. Моё больное воображение и расплавленные от жары мозги сыграли злую шутку. Контрастный душ! Срочно нужно прийти в себя! Откуда такая Санта Барбара во сне? Я не люблю все эти «мыльные» оперы и любовные романы.
Иду в сторону ванны, в квартире действительно пахнет гарью. Громкий стук в дверь заставляет отменить планы.
— Кристина, пожар! Быстрей! Пошли! — я резко отхожу ото сна, хватаю сумку, в которой лежат документы. И выбегаю за соседкой.
К тому моменту, когда приезжаю пожарные, о происшествии напоминают лишь стойкий запах и обуглившаяся дверь моих соседей. Пока женщины и дети стояли недалеко от дома, мужчины тушили очаг возгорания своими силами.
«Неужели, проводка старая? Если так в подъезде замкнуло, то ведь и в квартире может!», «А если тебя дома не будет, представляешь?» — бабушки с моего дома хватаются за голову. Пахнет «корвалолом».
Пара полицейских опрашивает по очереди свидетелей случившегося. Из разговора с ними я узнаю, что это был поджог. Но кому могла так «насолить» пожилая пара, живущая за моей стеной?
Находиться в квартире нереально. Газ и свет отключили на время техобслуживания, значит, котельная тоже заработает нескоро.
Собравшись на работу, я настежь раскрываю все окна. Вся одежда провоняла гарью. Волосы тоже пахнут далеко не фиалками.
Ехать на встречи в таком виде однозначно нельзя. Придется по возможности перенести хотя бы половину, а для второй части — найти свободных риелторов. Но в этой ситуации есть и плюсы — наконец, разберусь с бумажной волокитой.
По дороге, обзваниваю свой список на сегодня. Надо будет зайти к Аркадьевичу и подписать у Секрыжика ведомость, что я буду филонить. Мысли о том, что мои мирные соседи кому-то помешали в своем возрасте, не дают мне покоя.
Приехав в офис, коротко рассказываю начальнику о случившемся и отправляюсь в свой кабинет. Бумаги перекладываются из одной стопки в другую, пометки делаются вяло. И что я приехала вообще? Если б не жуткая вонь, осталась дома. Работа просто не идет. В какой-то момент я сдаюсь, опускаю голову на стол и обхватываю ее руками. Слышу, как открывается дверь в мой кабинет. Мне лень шевелиться, я медленно проваливаюсь в сон.
— Оставь надежду всяк сюда входящий, — сквозь дрёму, цитирую «Божественную комедию».
— Ты полна сюрпризов, облачко! Читать любишь? — очень тихо отвечает знакомый голос, я чувствую в нем какие-то нотки иронии.
— А ты ночью был не такой ядовитый, — мямлю из последних сил.
— Какой ночью? — его баритон звучит так близко и так сладко.
Чувствую тяжелую горячую ладонь, которая гладит меня по голове. Если сны с участием Вадима не прекратятся, я сойду с ума.
 
    
Глава 12
Спину ломит, копчик свело, свою пятую точку я вообще не чувствую. В попытке выпрямиться, мой позвоночник нарушает тишину и издает смачный громкий хруст. По мне что, кто-то бегал? По ощущениям, мне лет семьдесят, но никак не двадцать три. И что это вообще было? С каких пор я сплю на работе?
Судя по тишине, в офисе сейчас от силы три человека, остальные ушли на обед. Рядом с нашим бизнес-центром много неплохих столовых и кафе на любой вкус. Это красивый оживленный район, поэтому здесь нет проблемы найти, где поесть или отдохнуть после работы. Даже если в пятницу все заведения забиты до отвала, небольшой искусственный пруд и аллея ждут с распростертыми объятиями. Бизнес-центров вроде нашего тут несколько, поэтому вполне нормально увидеть, как кто-то аппетитно уплетает салат или суп в ходе оживленной беседы с коллегами прямо на лавочке в парке.
Мой желудок предательски урчит, но больше всего мне сейчас не хватает ванны и цитрусового геля для душа, а не еды. Наверное, пора выдвигаться домой. Рабочий день потерян и приехала я зря. Скидываю сообщение боссу. В коридоре останавливаюсь у аппарата с кофе, заодно беру шоколадку и спешу к машине.
Пока иду к парковке, боль в спине понемногу стихает. Отсутствие спорта в моей жизни дает о себе знать. Как-то с утренними пробежками не заладилось — то одни помехи, то другие. Вообще, если проанализировать все последние события, создается ощущение, что в моей жизни началась самая, что ни на есть, черная полоса. Остановившись у своего старенького «японца», я получаю моментальное тому подтверждение.
— Да что ж за?! — ругаюсь вслух.
Может, Аленка права? А вдруг на меня навели порчу? Светит солнце, с парка доносится пение птиц, а колесо моей машины устало растеклось по асфальту.
Глядя на унылую шину своего авто, я начинаю смеяться. Как называется эта стадия? Принятие? Ситуация забавляет меня. И я не спешу вызывать ни эвакуатор, ни такси.
Судя по положению стрелок на моих часах, Валерий Аркадьевич как раз возвращается с обеда. И рядом с ним уверенной походкой идет мистер «не придумал, что с тобой делать». По ходу, нехило я сегодня надышалась гарью, или солнышко напекло через окошко, пока я спала. Потому что мой тихий смех перерастает в нечто большее при виде этих мужчин.