Чудовищная сделка

- Очень, - внутренне сжалась я от вида покрасневшей кожи. Нетрудно догадаться, что в этом простом предмете заключалась сильная магия. И именно она влияла на Миранду, затуманивая разум и не позволяя ей увидеть окружающих ее странностей. - Ты не против?..
Я выхватила шарик и тут же выронила его на пол. Он обжег меня!
- Ты что?! - возмутилась Миранда и потянулась за ним, однако я оказалась быстрее.
- Прости, это ради твоего же блага.
Толкнув ее плечом, я поспешила в библиотеку. Ворвалась туда, захлопнула дверь и щелкнула замок. Сестра забарабанила в нее с другой стороны, начала выкрикивать угрозы и звать Вольтера, который даже не обернулся на мое появление.
Да и отец отреагировал слишком сдержанно. Словно сердился, но не мог проявить свою злость, так как…
Я заметила пожелтевший лист бумаги на столе. Почувствовала, как леденеют руки, и потому бросилась к ним. Схватила договор, заметила там миниатюрную подпись сестры и тут же разорвала его на много маленьких кусочков. А потом бросила их в лицо проходимца.
- Ты ее не получишь, ясно?!
 
Глава 3
Меня переполняли эмоции. Я смотрела широко распахнутыми глазами на Вольтера и едва сдерживалась, чтобы не вытолкать его за пределы нашего дома.
Кусочки разорванного договора еще танцевали в воздухе. Некоторые осели на плечи мужчины. Другие еще кружили над его головой, но вскоре скользнули по темно-зеленому костюму из дешевого материала и полетели на пол.
Солби нельзя было назвать красивым. Скорее, простым. Непримечательным даже. Болотного цвета глаза под густыми бровями, широкий нос с горбинкой и тонкие губы. Зато взгляд пронзал насквозь. Задевал потайные струны души и натягивал их до предела, заставляя низко гудеть.
- Отец, - оторвалась я от Вольтера, - этот человек манипулировал Мирабель. Вот, - выложила я на стол мешочек сестры, в котором оказались мамины украшения. - Он соблазнял ее и подталкивал к интимной связи. Но помимо всего прочего вручил несомненно опасный артефакт.
Я вытянула распахнутую ладонь и показала ему стеклянный шарик, в котором пульсировало нечто бордовое. Стало не по себе. Я внезапно занервничала, начала во всем сомневаться, захотела бросить этот предмет на пол, однако продолжала завороженно взирать на него и не двигаться.
- Шанри, - вкрадчиво произнес отец и отрицательно покачал головой.
Я подняла на него глаза. Увидела недовольств своим дерзким выпадом, видимо, не сулящим ничего хорошего, и немного стушевалась.
- Нельзя подписывать с ним договор, - сказала робко.
- Поздно.
- Как? - охнула я и повернулась к Вольтеру, едва не светящемуся от самодовольства.
Он смотрел на меня с интересом. Держался свободно, будто мы являлись ниже его по статусу и должны были кланяться после каждого слова. Словно он не гость в нашем доме, а наоборот - хозяин.
- Отец? - спросила с затаенным дыханием. - Вы ведь ничего не подписали?
- Это сделала сама Мирабель, - едва не звенящим от сдерживаемого гнева голосом ответил он.
- Но разве закон не на вашей стороне? Она не в праве отвечать за себя. Вы ее отец и опекун, вы распоряжаетесь ее жизнью, только ваша подпись и печать имеют вес, а сестра… Она слишком юна!
- Позволите присесть? - осведомился Вольтер и, дождавшись короткого кивка, расположился на софе возле окна.
Расстегнул пуговицы на животе. Откинулся на спинку и даже закинул ногу за ногу, демонстрируя свое превосходство над нами. Словно нашел ниточку, за которую уже потянул. Смог набросить удавку и на главу нашей семьи, и на саму Мирабель и, возможно, на остальных представителей древнего рода Эливар.
Ну уж нет!
- Может, вызвать мистера Аллена?
Он слыл в Норс-Уэльсе хорошим адвокатом и имел за своими плечами много выигранных дел. К тому же ни раз уже выручал отца из сложных ситуаций. Был дотошен, не по годам умен и на редкость сообразителен.
Вот только папа снова отрицательно покачал головой. Подозрительно продолжал молчать и изредка поглядывать на нежеланного гостя, принесшего в дом дурные вести.
- Значит, мне следует извиниться и выйти? - сжала я в кулак магическую вещицу.
- Да.
- Отчего же? - иронично улыбнулся Вольтер. - Меня позабавила сцена с разорванным договорим. Возможно, ваша старшая дочь скрасит мое пребывание здесь и внесет в нашу утомительную деловую беседу свежих ноток.
- Вы за кого меня принимаете?! - вспыхнула я и, не в силах больше терпеть его оскорбления, двинулась к нему, чтобы дать пощечину.
Вот только он перехватил мое запястье. Дернул на себя, заглянул в глаза и… шарик вывалился из моей раки на его колени. Он засиял изнутри багровым. Мужчина содрогнулся. Сцепил зубы, сдерживая протяжный стон, и вдруг посмотрел на меня иначе, с легким прищуром и зародившемся интересом.
- Я принимаю вас, Шанри, за девушку с испорченной репутацией, которой больше нечего терять. Вы беситесь, но не в состоянии изменить прошлого. Хотите уберечь от ошибок сестру, но своим же примером подтолкнули ее на скользкую дорожку. За кого я вас принимаю? - криво ухмыльнулся он и лишь сейчас отпустил мое запястье. - За ту, которую бросили перед свадьбой. За ту, которая отправилась на поиски своего жениха. За ту, которая исчезла на несколько месяцев и вернулась беременной. За ту, которая даже выносить ребенка не смогла. Так за кого я могу вас принимать, Шанри?
Я судорожно выдохнула, почувствовав тупую боль от незажившей раны. Расправила плечи, смерила его взглядом. Он не первый и не последний, кто в моем присутствии злословил. Да, я не идеальна, однако и не деревенская женщина, о которую позволено вытирать ноги.
- Вы так хорошо осведомлены о моем прошлом. Право, я польщена. Но кто у нас вы? Незнакомец, вышедший из тени? Тот, кому под силам лишь обольщать юных наивных глупышек, заставлять тех приносить вам драгоценности, а потом подсовывать на подпись сомнительные договора, обещая золотые горы. Хотя нет, не их, а всего лишь ночь утех… Ведь на большее, как я поняла, вы не способны.
По его выражению лица я уверилась в своей правоте. Искатель сокровищ. Обманных дел любитель. Тот, кто зарабатывал на жизнь ложью и совращением, подлогом, а также опасными манипуляциями.
- Граф Эливар, так уж случилось, что у меня имеется частичная копия разорванного вашей невоспитанной дочерью договора. Сожалею, но условия там немного строже.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Вольтер поднялся и, едва не задев меня плечом, двинулся к столу моего родителя. Достал из внутреннего кармана пожелтевший свиток. Сорвал печать и предоставил отцу на прочтение.