Экстрим не предлагать!

Пока говорила Валя, Ростислав тоже вспомнил, и вновь испытал ревность.
— Ого! Да у нас тут от страстей скоро крышу снесет! — Великопольский уже не мог молчать.
— Какие страсти? — не понял Станиславович. — Майя, читайте дальше.
— Ну, и наконец, последняя "темная лошадка". Не открою секрет, что это Павел Сигизмундович. Очень интересно!
Первое животное отгадали сразу — крокодил — злой, зубастый и зеленый.
— А я-то думаю, чего это ты зеленый? А это же сущность твоя наружу выходит, — захохотала Дарья, народ поддержал.
— Жаль, что тебя не Геной зовут. У нас же и Чебурашка есть! — Артур не забыл про "не орел".
Хохот возобновился с новой силой.
Великопольский изображал полное безразличие, хотя внутри все бушевало, но он решил, что не доставит такого удовольствия им — видеть, что его вывели из себя их плоские шуточки.
Уже совсем потемнело и Майя поспешила перейти к следующему рисунку Великопольского. Это был…
— Таракан? — удивился Вася.
— Какое точно определение Великопольского! — сострила Дарья
— Сам ты таракан! Это паук! — Великопольский злился.
— Итак, для окружающих наш автор — коварный, постоянно плетет паутину, хищник, — прочитала Майя.
— Да уж, точнее и не скажешь, — вздохнула Валя.
— А я всегда подозревала, что ты просто вредное насекомое, — улыбнулась Дарья Павлу, тот сжал кулаки и заскрипел зубами, но ответить не успел, потому что Майя уже демонстрировала его третий "портрет".
На последнем рисунке красовался холеный, в меру упитанный кот. Народ притих, ожидая характеристики этого зверя, жившего в душе Павела Сигизмундовича.
Майя не заставила себя долго ждать:
— Свободолюбивый, не приручаемый, мягкий.
— О, как! А в душе ты не так грозен! — хмыкнула Дарья.
— И симпатичен! — подхватила Валя.
Народ снова развеселился и даже Великопольский перестал злиться и мило улыбался шуточкам в свой адрес. После того, как все было зачитано, народ отправился на боковую.
Все улеглись. На обеих половинах дома установилась тишина, нарушаемая только посапыванием и похрапыванием. Дождь все не прекращался.
Среди ночи на женской половине крыша не выдержала испытание стихией и рухнула на мирно спящую любительницу тестов, окатив ее прохладным душем.
Послышался душераздирающий визг, сработавший лучше самого модного будильника.
Все в испуге повскакивали. Мужчины поняли, что кричат дамы и рванули к ним.
Видимость была слабая, потому разобрались в чём дело не сразу. Когда, наконец, выяснили причину диких криков, оказалось, что в женской половине теперь совершенно невозможно спать из-за льющего везде дождя. Потому приняли единственно правильное решение — ночевать все идут в мужскую спальню, а ремонт отложили до утра.
— А я же вас предупреждал, со страстью надо быть поосторожней, а то крышу снесет! И вот результат! — Великопольский показал на дыру.
Майя вся промокла и начала дрожать. Ростислав подошел и заботливо накинул на нее свое одеяло и приобнял. Дарья заскрипела зубами и отвернулась:
— Мать Тереза!
Все двинулись в мужскую опочивальню. Станиславович распорядился и к огромному разочарованию многих, мужчины потеснились и легли на одну сторону, а женщины — на другую. Довольно быстро дамы устроились на новом месте. И после нескольких отпущенных со всех сторон скабрезных шуточек довольно быстро успокоились и под мерный шум дождя уснули.
Утро стало для всех добрым, проснувшихся встретило яркое солнышко. Народ, выходя из жилища, улыбался ему и соседу. Жизнь снова налаживалась. Выяснили, что повреждения нанесённые дождём не так уж и велики, ремонт занял не так немного времени.
Пока мужчины чинили крышу, женщины колдовали на кухне.
 
После завтрака вспомнили об отложенном из-за непогоды "дружеском" матче. Вася с Артуром сгоняли проверить поле на предмет пригодности для игры. Их вердикт был — играть можно. Начались приготовления. "Игроки" разминались, зрители потирали руки, предвкушая интересную игру, только Великопольский был невесел.
— Что же ты, Павлик, не весел, буйну голову повесил? Никак передумал? — подошла к нему Дарья.
— Все в силе! Поддержка будет что надо, лишь бы игроки не подкачали!
Пока Великопольский пытался усмирить свою гордость, Артур с Васей о чем-то шептались. Потом подошли к нему:
— Павел, вот скажи что за футбол без пива?
— Мне бы ваши проблемы…
Потом призадумался и его осенило. Созрел очередной план.
— Мужики, у меня есть план. С пивом все решим — отправим Станиславовича к Вале. Но скажите, что за футбол без группы поддержки?
— Какой еще группы поддержки? — удивился Вася.
— Это где девчонки с такими штуками лохматыми прыгают? — уточнил более сведущий Артур.
— Ну, да! — обрадовался Великопольский.
— Ты предлагаешь наших девчонок, тех, что не играют, заставить прыгать? — спросил недоуменно Артур. — Думаю, они не согласятся.
— Нет, Артур. Это ж на мужском футболе девчонки прыгают, а у нас женский.
— Ну?
— Включайте мозги, у кого они есть. На мужском — девчонки, а на женском?
— Мальчонки! — озарило Васю.
— Наконец-то!
— А где их взять? — удивился Артур.
Великопольский закатил глаза: "С кем мне приходится работать?", потом надел самую дружелюбную улыбку и посвятил в свой план.
После небольшого сопротивления «мальчонки» согласились на авантюру. Великопольский был счастлив, что ему так легко удалось решить сей щекотливый вопрос, не ударив лицом в грязь и выполнить условие Воронцовой.
 
В назначенное время Дарья была уже на месте и поигрывала мячиком в ожидании соперницы. Зрители заняли места и уже предвкушали что-что интересное. Ростислав, не расстававшийся с видеокамерой, проверял, всё ли в порядке, изменял настройки и уже снимал болельщиков. Ждать им пришлось недолго, в скорости явилась Майя в коротенькой маечке и шортах.
Вслед за ней подтянулась группа поддержки, вызвав своим появлением невероятный хохот.
На какое-то время народ забыл об игре — и болельщики, и сами игроки. Троица была одета в плавки и юбочки из листьев, а в руках держали веники из веток и весело ими махали.
Когда веселье немного поутихло, Дарья подошла к сопернице:
- Начнём?
Майя кивнула и без лишних предисловий они начали игру. Довольно быстро и легко Дарья забила первый гол. Она уж было расслабилась, когда так же легко ответный гол забила Майя.