Необходимо и недостаточно (СИ)
В голове опять сигналило скребущее чувство, словно я что-то упускаю. Но хвост ящерицы, олицетворяющий истину, пока что был не в моих руках. А значит, у меня были все шансы поймать несчастную рептилию целиком, выяснив правду.
Я уже хотел было окликнуть эту кудрявую зазнайку, но она так рьяно терзала страницы, что книга словно скакала на её коленях. Резкими движениями Грейнджер кое-как ловила её, пока книга всё-таки не упала, вмиг оказавшись на ковре.
Пришлось захлопнуть рот на полуслове, делая неспешные шаги в сторону, чтобы находиться вне поле её зрения. Чувствовал себя полным идиотом, но наблюдать за ней… было забавно.
Грейнджер бодро вскочила с дивана и рухнула вниз, наклоняясь за книгой и тут же выпрямляясь. Лишь на секунду я увидел её ягодицы, но уже хотел приложиться о стену, чтобы выбить это из памяти.
Потому что по нелепой случайности я наблюдал её очень даже неплохую фигуру, обычно тщательную скрытую за мешковатой школьной формой. Грейнджер была немного худощавой, но ещё пара кило и…
Блять, нет.
Отвратительная фигура, плоская задница и грязная кровь. Какого хрена она шляется по моему дивану практически голышом?
Надо было остаться с Пэнс. Чёртов недотрах. Физически он никак не проявлялся из-за алкоголя, но психологически, видимо, только что решил заявить о себе. Этакий негодник.
Грейнджер тем временем отложила книгу в сторону, вновь чуть не уронив её. И тут я понял, почему её поведение вызывало диссонанс в моей голове: она была одновременно расслабленной и дёрганой, словно неумелый кукловод тянул за ниточки, вынуждая её шевелиться невпопад. Я всегда знал, что у неё руки не из того места, но чтобы настолько…
Удивительно, как она вообще могла справляться с палочкой. Хотя теперь ей и это не удаётся. Каждый раз, когда Пэнс рассказывала о том, как Грейнджер отсиживается в сторонке на практических занятиях, я испытывал истинное наслаждение. Наконец-то жизнь поставила её на место.
Она мотнула своей лохматой шевелюрой и присела на диван, обнимая себя руками и начиная чуть покачиваться вперёд-назад в такт напеваемой мелодии.
Я запустил руку в волосы, пытаясь собраться с мыслями прежде, чем заговорить с ней.
Извинения-извинения.
По-моему, они ей нахрен не сдались. Я поджал губы и опёрся свободной рукой на стол, стоящий справа от меня.
Я не видел её лица, но готов был поклясться, что на нём по-прежнему сияла мечтательная полуулыбка.
И у кого беды с башкой, а, Грейнджер?
Когда я заметил, что она начала поглаживать свои плечи, еле касаясь их пальцами, и плавно переходила к груди, то невольно тяжело сглотнул.
Что она, блять, творит?
Из меня словно выкачали весь воздух, когда я услышал тихий стон. Я видел, как двигались её руки, очерчивая небольшую грудь. Сердце застучало как ненормальное. Нужно срочно прекращать этот театр одного актёра, пока я не увидел то, что явно не предназначено для моих глаз. Потому что я, блять, не хочу видеть, как эта грязнокровка ласкает себя, даже не потрудившись съебаться в свою конуру.
Я прошёлся рукой по поверхности стола, собираясь подойти к Грейнджер и принести на блюдечке сраные извинения, а заодно и выгнать из гостиной, но пальцы вляпались в какие-то песчинки, неприятно оцарапавшие подушечки.
Я и не заметил, как мои ладони вспотели от этого максимально отстойного зрелища, поэтому, поднеся руку к лицу и разглядывая пальцы, тут же обнаружил прилипшие к ним белые крупинки.
Нахмурившись, я пытался понять, что это за херня и как она тут оказалась. Грейнджер ведь убиралась вечером, неужели с кого-то из старост сыпется песочек, так похожий на…
Блять!
Блять-блять-блять!
Хотелось ударить себя за несусветную тупость. Въебать так, чтобы в глазах заплясали звёзды. Может, хоть они уберут это бревно, что я старательно игнорировал последние несколько минут. Как я сразу не заметил, что она под кайфом?!
Я тут же перевёл взгляд на Грейнджер, наглаживающую себя на диване. Обдолбанную датуром, мать вашу, Грейнджер. Поющую какую-то маггловскую хуету. Тотальный пиздец!
Словно пытаешься засунуть детский кубик в треугольную формочку. Грейнджер и наркота?! Да вы шутите. Кому я так не угодил, что мне подсовывают такие сновидения? Это же просто не может быть правдой!
Я ещё раз посмотрел на свои пальцы, до конца не веря в то, что было у меня перед глазами. На всякий случай прикусил щёку и, почувствовав боль, удостоверился, что не сплю. Осознание реальности приходило постепенно, заботливо укрывая пушистым пледом, сотканным из моего шока.
В целом мне было глубоко насрать на то, что золотая девочка — наркоманка. Я не удивлён, что её психика не выдержала войны. Все мы в той или иной степени сошли с ума. Важно было абсолютно другое.
У неё был датур.
И он где-то здесь.
Стоило в моей голове мелькнуть этой мысли, как я бегло начал оглядывать стол, полностью забыв о Грейнджер. Там лежали какие-то книги, и я судорожно схватил первую попавшуюся, раскрывая страницами вниз и тряся её, в надежде увидеть дозу. Но, как я уже говорил, я явно не любимчик судьбы.
Я с силой отшвырнул книгу на пол и схватился за следующую. Стоило её перевернуть и…
Бинго.
На стол выпал пакетик, опустошённый лишь наполовину. Здесь как раз хватит на один раз. Неужели я нашёл долгожданную дозу, имитацию счастья, о который грезил вот уже два месяца? Я невольно облизнулся, отбрасывая вторую книгу, и чуть дрожащими руками схватил заветную путёвку в рай.
— Малфой? — тихий голос с дивана заставил меня вздрогнуть.
Блять.
У неё хренов талант появляться в ненужное время. Даже будучи под кайфом.
— Что ты делаешь? — медленно проговорила Грейнджер, словно обдумывая каждое слово, прежде чем произнести его.
Я хмыкнул на её слабые попытки скрыть очевидное и смело развернулся, приподнимая пакетик и демонстрируя ей свою находку.
— Собираюсь одолжить у тебя вот это, — потряхивая порошком, произнёс я, с лёгкой ухмылкой оглядывая её растерянное лицо.
Грейнджер чуть склонила голову к плечу, утыкаясь в датур опешившим взглядом. Видимо, её уже начинало отпускать, раз она осознаёт, что я не должен был этого найти. Но мне наплевать.
— Одолжить? — прошептала она, перебегая взглядом с порошка на меня. Мерлин, где её хвалёный ум?
— Безвозвратно забрать, — самодовольно исправился я, тут же открывая пакет. Чтобы она сейчас ни сделала, я не позволю забрать датур. Мне это необходимо. Я, блять, ждал эйфории слишком долго.
Грейнджер вскочила с дивана, приближаясь ко мне.
— Малфой, я… — начала она дрожащим голосом, не отводя взгляд от датура. Я тут же развернулся и высыпал содержимое пакета на стол, полностью игнорируя девушку. — Я не…
— Серьёзно? — не выдержав, я перебил её тщетные потуги отрицания. — Мы, блять, оба знаем, что ты, — мой палец указал куда-то меж её бровей, — обдолбанная датуром. Иди кайфуй в свою комнату и отвали, если хочешь, чтобы я никому об этом не рассказал.
Грейнджер закусила губу, пока я нетерпеливо резкими движениями разделял дозу на две дорожки. Она протянула руку к моей, пытаясь остановить.
Сука.
— Руки, блять! — я с силой оттолкнул кисти грязнокровки от себя, продолжая орудовать над датуром.
— Это последняя, — прошептала она, отступая на шаг и странно улыбаясь. Она была похожа на чокнутую Лавгуд, вечно парящую в своих мыслях. Не знаю, в каких облачных замках она витала, но когда мы спиздили у блондиночки всю её обувь, то она ходила по Хогвартсу босиком вот с такой же сумасшедшей улыбкой. Видимо, Грейнджер сейчас тоже где-то далеко в своих сказках.
Как же я завидую, сука.
— Мне наплевать.
Грейнджер как-то неуверенно пожала плечами и направилась к лестнице, слегка пошатываясь. Возможно, завтра она будет проклинать себя за то, что сдалась и отдала мне датур. Но сейчас, по всей видимости, её не особо это волновало, потому что она села на ступеньку и вновь обняла себя, прикрывая глаза. Жаль, что её умная головушка не уловила смысла слов «иди в свою комнату».