Беглянка для бандита (СИ)

- А потом?
- Потом и решим, - отрезал тот и отстранился. - Как тебя зовут?
Это был сложный вопрос. Я давно уже не слышала своего имени. Только клички.
- Настя…
- Хорошо, Настя. Ко мне можешь обращаться - Франц. Сейчас тебе нужно поспать. И набраться сил. Договорились? - он внимательно посмотрел на меня, словно считывая все, что я успевала подумать. А затем устало добавил. - Но давай без глупостей. Твой организм и так измотан. 
Я осторожно кивнула, соглашаясь с ним. Его слова немного успокоили меня. В любом случае сейчас я вряд ли ему интересна. Что будет дальше? Подумаю позже.
- А сейчас спи. 
И словно повинуясь новому хозяину, сознание стало туманиться, и я заснула.
Следующие несколько дней я почти ничего не помнила. Просыпалась, приходил Франц и помогал мне с гигиеническими процедурами. 
Одну он меня больше не оставлял. Поначалу было наплевать - дикая слабость мешала чувствовать даже отголоски стеснения. Но чем дальше, тем больше я ощущала себя… опять вещью. Да, за которой хорошо ухаживали, но все же.
Однако мужчина был непреклонен. И когда я в очередной раз попросила его оставить меня одну, он не выдержал.
-  Я - врач. Меня можно не стесняться, - раздраженно фыркнул, отворачиваясь. 
Это была первая информация о нем, кроме имени.
Пришлось снова подчиниться. 
Заняться мне было нечем. Телевизора в комнате не было, а спускаться и выходить куда-то я не рисковала. Вдруг Франц решит, что я уже достаточно окрепла и меня можно приспособить по его усмотрению.
Несмотря на его заверения про помощь, я не верила мужчине. Да, он не вызывал у меня отторжения или омерзения, как другие. Он был высок и хорош собою. Только выражение лица было всегда холодным, сосредоточенным. Словно не человек, а машина. И это помогало не поддаться искушению довериться этому человеку.
Несмотря на аккуратное, предусмотрительное отношение ко мне, я его боялась.
Как и всех мужчин в принципе.
Сегодня он пришел пораньше. Я сразу подобралась, ожидая худшего. Франц занес какие пакеты и поставил на пол.
- Здесь одежда. Должна подойти. Пока только необходимое. 
- А если я не хочу? - осторожно спросила, помня, что за подарки всегда шла расплата.
 Порадуй меня, малышка… Покажи как тебе понравился подарочек…
- Можешь и дальше ходить в футболках, - равнодушно отозвался он. - Но тогда в ней пойдешь в столовую.
- Зачем?!
- Поесть, Настя. Поесть.
- Почему я не могу поесть тут? - Одна только мысль выйти за пределы комнаты, заставляла трястись от страха. Тут я уже привыкла, а там… Вдруг там был кто-то еще? Вдруг там были ОНИ…
- Я тебе не нянька, - довольно грубо отрезал Франц. - Не хочешь остаться голодной - спустишься.
Вот теперь это было привычная ситуация. Я лишь горько усмехнулась. А чего ты ждала, Настя? В жизни только вот так и бывает.
- А раньше…
- Раньше ты была слишком слаба. Теперь уже можешь и сама спуститься. 
И ушел. Да, слабость еще ощущалась, но совсем незначительная. Франц был прав. Я могла спуститься. Но не хотела.
Боялась до одури. И не знала как поступить…
Франц
Девчонка шла на поправку. Но даже этого было достаточно, чтобы восстанавливаться пришлось несколько дней, с учетом ее состояния.
Она вся была соткана из страха. Хрупкая, нежная, запуганная. Как ежик, при малейшей опасности, выставляла иголки.
Мне было жаль ее поначалу. Но с каждым днем к этому чувству примешивалось и что-то еще, чего быть не должно!
Волков некстати словил пулю. Да еще и Самойлов этот… Если до этого оставался шанс, что девочку можно будет оставить в городе, то теперь, когда вся эта химия добралась и сюда, дело принимало дурной оборот.
Арес нервничал, Олег тоже. 
Они правы - наступит момент, когда каждому придется выбрать на какой стороне он. Нейтралитет выдержать не получится. Уже нет. 
И если пару недель назад я бы с легкостью просто отошел в сторону, сумев переждать, то имея на руках зашуганную девчонку, которую отпусти, и через день, она станет жратвой для червей - нет.
 
Десятки раз спрашивал себя - зачем? Жалел ли? Но удивительное дело - нет. Не жалел.
С ней было непросто, порой злился на Настю, но не было желания выкинуть ту на улицу, избавиться от проблем.
Совсем одичал, как сказал бы Астахов. И был бы прав. Но раньше мне это не мешало.
А что изменилось, Гриш? Что, мать твою, изменилось за эти дни?
Вроде ничего, но в то же время все.
Она все же спустилась. Выбрала из пакета самое мешковатое платье и нацепила. Дуреха. Чего я там не видел? Но продолжала прятать свое тело, не понимая, что ее сексуальность не стереть, не выкинуть, не замазать дурацкой одеждой.
И этот ее взгляд, что пробирал до самых печенок.
- Можно? - робко спросила она, опустив глаза в пол.
Девочка, что же с тобой сделали, что ты даже за стол садиться боишься?
- Проходи. Садись.
Она без слов выполнила все, застыв изваянием.
- Тебе можно есть все, но понемногу. Не увлекайся - желудок еще ослаблен.
Настя кивнула, но к еде не прикоснулась.
- Что-то не так? Не нравится еда? - не понял ее поведения. 
Он подняла на меня растерянный взгляд.
- Н-нравится. 
- Тогда почему не ешь?
- Сейчас? Пока ты не поел? 
Как сдержался, сам не понял. На глаза словно пелена красная упала. Что ж за суки-то ее держали! Мрази! 
Не нужно было пояснений, откуда ноги росли. Сжал зубы, глубоко вдохнув, пытаясь взять эмоции под контроль.
- Ты можешь есть так, как тебе удобно. И как захочешь. Единственное ограничение - немного. Только потому что иначе может стать плохо. Все. Дальше ты решай сама что и как.
Она посмотрела на меня с недоверием, потом перевела взгляд на стол, и я четко увидел, как она сглотнула, как во взгляде отразился настоящий голод.
И таким мудаком я себя почувствовал… Лечил ее ссадин? Дурак! Ее душу надо лечить. Поломанную психику!
Я сделал вид, что полностью занят едой. И лишь краем глаза наблюдал за гостьей. Та не сразу, но все таки взяла ложку в руку. Очень осторожно, медленно стала есть. она была так напряжена, будто в любой момент была готова сбежать. 
 - Спасибо, - наконец сказала она, когда я уже устал притворяться. - Можно, я уйду?
- Куда? - слишком резко спросил я. Настя тут же побледнела и дернулась.
- Н-наверх.
- А, да, конечно. Иди. 
Она ушла, а я сидел как идиот корил себя за несдержанность. Чего, спрашивается, гаркнул так?
Убрав на кухне, пошел к себе. Надо было проверить запасы лекарств и решить что делать с Настей дальше. Хотя одна только мысль, что она уедет куда-то, мне не нравилась. Не понимал почему, но за эти дни привык, что дома кто-то был. Пусть и не покидая свою комнату…
  
- 4 -
 
С того дня я стала ежедневно спускаться вниз, чтобы поесть. Три раза в день.
Франц разрешил мне гулять по дому, но я не рисковала. С каждым днем я чувствовала себя все лучше. И ждала.
Ждала, что мужчина покажет свое истинное лицо. Начнет требовать плату за свою доброту. Чем? Конечно же, телом. Больше у меня ничего не было.
Но ничего не происходило. Он был так же холодно-равнодушен. И в то же время внимателен. Пару раз я из-за своей неуклюжести разбила посуду. Но мужчина отреагировал довольно сдержанно. 
- Не страшно, - сказал он. - Иди в комнату.
И все.
Раньше меня бы за это… Впрочем, это было в прошлом. Я училась жить по-новому. Не дергаться от каждого звука, не ожидать в любой момент тычка или оплеухи.
- Верни вилку, - сказал Франц в один из вечеров.
- Какую вилку? - спросила, похолодев.
- Которую забрала вчера с собой.
Это было правдой. После очередного осмотра синяков мужчина заявил, что почти все прошло. И для меня это означало только одно - раз я в порядке, то либо он меня выставит за дверь, либо решит пользоваться сам. Пусть я и не замечала подобный интерес в его взгляде, понимала, что это вполне реальный вариант развития событий.