Потерянные в прямом эфире

— Вы опоздали, — во второй раз сообщили мне, теперь уже абсолютно ровным голосом, без тени возмущения и недовольства. Регина даже глаз на меня не подняла, продолжая что-то пристально изучать на экране монитора.
По этой причине у меня сложилось ощущение, что лучше б наорали: хоть какой-то признак того, что меня не держат за пустое место.
—  Знаю, — не стала я отрицать очевидное. — Обстоятельства. Обязательно всё наверстаю. Готова приступить прямо сейчас.
Наверное, нужно было покаяться и признать свою вину, рассыпавшись в миллионе извинений, но я не умела. Слишком лёгкий способ дать другому человеку почувствовать превосходство над собой.
— Вы уверены, что вам предоставят такой шанс? — всё с тем же подчёркнутым безразличием поинтересовалась Морозова. — В нашей фирме ценят пунктуальность, организованность и умение работать в команде. Судя по всему, у вас проблемы по каждому пункту.
Моё сердце пропустило глухой удар, а ладони тут же стали влажными. Что ни говори, а Регина умела нагнать страху. С ответом я не спешила, глядя на неё прямо и скрестив на груди руки.
«Главное, не паниковать», — шептал мне внутренний голос, вынуждая взять себя в руки.
Люди, они же те ещё собаки… всегда чувствуют твой страх.
Наверное, от меня ждали всё же другого: мольбы, извинений, пламенной речи, хоть чего-то… Но я продолжала стоять с прямой спиной и плотно сжатыми губами, чем и заслужила первый взгляд в свою сторону. Абсолютно соответствуя своей фамилии, ведущий маркетолог смотрела холодно и колюче. Отчего-то захотелось натянуть сарафан пониже, хотя длина у него была вполне демократичная — по колено.
— Вы действительно считаете, что девице в подобном наряде здесь место? — ехидно изогнула она идеально очерченную тонкую бровь.
— А вы проверьте, — набралась я наглости, упрямо вскинув подбородок и понимая, что другого шанса у меня нет и не будет. Либо напролом, либо домой. И совсем не в общагу, а за МКАД и очень-очень далеко.
Глаза женщины стервозно сузились, ещё раз полоснув по мне снизу вверх острым лезвием, давая понять, что босоножки точно так же никуда не годятся.
— И какой мне в этом резон?
— Как минимум — чтобы скучно не было? — в тон Регине Евгеньевне предположила я.
Наверное, мне повезло, и в тот день просто был ретроградный Меркурий, который каким-то чудом смягчил ледяное сердце Морозовой Регины Евгеньевны, чего больше за время моего пребывания в «Ассоль» с нею не случалось. Ну или права народная мудрость, гласящая, что «смелость города берёт». Впрочем, в моём случае смелость граничила с наглостью и безумием. Но мне тогда было всего лишь девятнадцать, и это казалось единственным выходом.
В общем, не знаю, что именно повлияло на принятие ею решения, но мне дали шанс, и уже через час я сидела в уголочке дивана на отчётном совещании отделов маркетинга и рекламы. К слову, на этом диванчике нас было пятеро — две девушки и три парня — все практиканты. Одного взгляда на них хватило, чтобы оценить заунывность открывающейся картины. Я вовсе не страдала манией величия, но, по моему мнению — хотелось верить, что осознанному и местами даже авторитетному, — если ты планируешь реализоваться в данной сфере, то ты как минимум должен обладать шилом в известном всем месте. У моих «диванных» коллег на лицах, скорее, читались страх и волнение, а не желание что-то делать, что, опять-таки в моём понимании, было недопустимо.
Наш диван находился за спинами сотрудников, расположившихся вокруг стола для совещаний. Было шумно и многолюдно, но «козырные» места во главе стола пустовали. Время тянулось, люди продолжали о чём-то переговариваться, а я сидела и немигающим взглядом смотрела в затылок Морозовой, силой мысли пытаясь ускорить развитие событий. Вот спрашивается, какой смысл тогда был приходить с самого утра? Если даже с трёхчасовым опозданием приходилось ждать.
Наконец-то двери в конференц-зал отворились, впуская статного мужчину с пышными усами в дорогом светлом, должно быть по случаю жары, костюме. За ним следовали ещё двое — рыжий парень с озорной улыбкой и… мой недавний новый знакомый.
С трудом поборов желание спрятаться где-нибудь под диваном, я сцепила зубы посильнее, расплываясь в самой невинной из своих улыбок. Может быть, если повезёт, меня просто сочтут дурочкой? С них, как известно, спросу никакого.
Но троица прошла мимо, благополучно проигнорировав наличие нашей «диванной» пятёрки. К слову, не я одна подобострастно отреагировала на приход руководства: все присутствующие так или иначе подтянулись, расправили плечи и оборвали все свои разговоры.
Началось. Согласно озвученной повестке дня, выпуск новой косметической линейки на рынок должен стартовать уже через месяц. За три недели планировалось начать рекламную кампанию. Собственно, её и обсуждали.
Я старалась слушать внимательно, не пропуская ни одного слова, но мой взгляд каждый раз то и дело соскальзывал с говорящего на… мою «кофейную» жертву. Переодеваться он не стал, по крайней мере рубашка всё ещё была белой, а вот пятно он скрыл, надев сверху пиджак и застегнув его на три пуговицы. Спасибо кондиционерам, активно работавшим в помещении и успешно заглушавшим муки моей совести.
Он был красив. Тонкие черты лица удачно сочетались с крупный носом, массивным подбородком и высоким лбом, на который непослушными прядями свисала не по-офисному длинная чёлка. В тёмно-голубых глазах светились ум, хватка и что-то такое… обычно называемое опытом.  Это невольно наводило на мысль о том, что он куда старше, чем казалось на первый взгляд.
Засмотревшись на своего утреннего знакомого, я чуть не пропустила самое интересное: с презентацией выступала какая-то девушка, чьё имя я благополучно пропустила мимо ушей. Листая слайды, она повествовала о запланированных рекламных акциях.
— Таким образом, только по Москве будет распределено более двухсот точек, предоставляющих потребителю возможность ознакомиться с пробниками…
Вот тут я и фыркнула. Стоит заметить, что прозвучало это достаточно громко, чтобы не остаться незамеченным. Головы присутствующих почти сразу же повернулись в мою сторону. Смотрели кто с интересом, кто с возмущением, а один взгляд был и вовсе острым как бритва — пока длилась неловкая пауза в несколько секунд, Регина успела не просто расчленить меня на части, но и закопать остатки моего хладного трупа на глубину трёх метров, выровняв землю под ноль так, что никто бы и не смог даже предположить, что там что-то было.
Ситуацию из тупика вывел неожиданный вопрос:
— Вы хотите что-то сказать?
Он сидел невозмутимо, смеясь одними лишь глазами, в которых плясали черти. По инерции отрицательно покачала головой и добавила, будто движения головой было недостаточно:
— Нет.
— Тогда продолжаем, — легко заметил он, отворачиваясь в сторону после долгого взгляда, словно чего-то ожидающего от меня. Стало обидно. Вот не мог он раньше на меня посмотреть?! Не когда я влипаю в очередную неловкую ситуацию, а парой минут раньше, когда я чинно сидела на месте и внимательно слушала говоривших.