Повелитель теней. Том 1 (СИ)
— Мы постараемся узнать как можно больше, — согласился Аллар.
— Теперь второй вопрос, почему на совете не было де Сансера?
— Ответ понятен, — пожал плечами Гай. — Его не пригласили. Монтре активно интригует против него, и он решил удалиться от двора, чтоб не опускаться до свары с этим плебеем. Думаю, что Ричард хотел обойтись без него, но посмотрев, чем он располагает, решил, что де Сансер — единственный, кто сейчас может заменить Беренгара. Нам нужно подготовить его к разговору с королём.
— Я намерен навестить его сегодня же, — кивнул Айолин.
— Так будет лучше, — одобрил Гай. — Он всегда был расположен к тебе, а после смерти сына и вовсе воспылал отцовскими чувствами. Не было и случая, чтоб при встрече он не расспрашивал меня о тебе.
— И третий вопрос. Что нам известно о готовящейся кампании? Вы заметили, что Ричард ни разу не упомянул о луаре и алкорцах? Обычно он обрушивает на них громы и молнии, а сейчас — ни слова. Почему он не говорил об осаде, не спрашивал о том, сколько осадных орудий может быть подготовлено к походу? Почему не интересовался тем, как готовятся к войне алкорцы, что наши шпионы сообщают о настроениях в луаре?
Гай и Танкред с удивлением смотрели на него.
— Действительно, — озадаченно кивнул Аллар. — Для нас само собой разумеется, что мы идём войной на луар, но эти вопросы имеют существенное значение для такого похода. Может, он сперва решил определить состав штаба и количество наличных войск, а к деталям операции перейдёт позже?
— Но он не дал указания подготовить сведения об этом, — с сомнением заметил Гай и тревожно взглянул на Айолина. — Ты догадываешься, что стоит за этим?
— Пока нет. Но после совета Вайолет сообщил мне, что король желает видеть меня и в малом совете, так что, думаю, мимо меня это не пройдёт. Только что-то мне неспокойно. Ричард слишком опытен в вопросах подготовки к войне, и если он упускает такие детали, то боюсь, не зря… К тому же…
— Подожди, — остановил его Танкред, глядя куда-то за его спину. — К нам направляется граф Раймунд. У него свои интересы при дворе. Не стоит открывать перед ним наши карты.
— Согласен, — кивнул Айолин и обернулся.
Граф Раймунд, высокий и худой, с благородной сединой, которой светились его коротко остриженные волосы и узкая бородка, подошёл к молодым людям. В глухом чёрном камзоле, единственным украшением которого была цепь со знаком главы тайной полиции, он выглядел мрачно и официально.
— Барон Делвин-Элидир, — он опустил голову на полдюйма и, удовольствовавшись этим намёком на поклон, снова выпрямился, — я слышал, вы оказали гостеприимство некоему рыцарю, прибывшему из луара?
— Вы правы, ваше сиятельство, — кивнув так же сдержанно, подтвердил Айолин. — У меня действительно живёт рыцарь по имени Рауль де Мариньи. Он прибыл из луара по делу короля и теперь по его повелению поступил на службу под начало барона де Морена.
— Это всё мне известно, — холодно произнёс граф. — А также мне известно, что он стал участником неприятного инцидента, в результате которого погиб некто де Муллен.
— Я слышал об этом от него, и посоветовал ему честно и открыто ответить на все вопросы, которые будут ему заданы тайной полицией по этому поводу. Впрочем, он не из тех людей, которые лгут и изворачиваются. Я уверен, что он с готовностью удовлетворит любопытство ваших сыщиков.
— Не сомневаюсь в этом, — кивнул Раймунд. — Поскольку он живёт в вашем доме, я считаю необходимым известить вас о том, что туда наведаются мои люди.
— Там им окажут всемерное содействие, ваше сиятельство, — заверил его Айолин.
— Ваша светлость, господа, — снова отвесив свой едва заметный поклон, граф Раймунд удалился.
— Что это было? — удивлённо спросил Гай. — Какого чёрта ему вздумалось извещать тебя о визите сыщиков? По указу Ричарда тайная полиция может вломиться в любой дом в любое время дня и ночи, не принося извинений.
— Думаю, что это знак, который он желал тебе подать, — произнёс Танкред. — Иначе ему незачем было выскакивать следом на улицу для столь ненужного поступка. Он хочет дать тебе понять, что не намерен вступать в противоборство. По меньшей мере, это извещение о нейтралитете.
— Для этого незачем идти на контакт, — возразил Айолин. — Достаточно не вмешиваться. Я думаю, что это сдержанное проявление доброй воли. Полагаю, он увидел во мне потенциального союзника в борьбе с Монтре. Что ж, примем к сведению. Алед, — он обернулся к оруженосцу, — отправляйся к капитану королевской гвардии Карначу и передай ему, что сегодня вечером, после первой стражи я буду ждать его в доме графини де Лафайет. После отправляйся домой. Гвилим проводит меня к де Сансеру.
— Вы уверены, что Гвилима будет достаточно для защиты в случае заварушки? — нахмурился Алед, который слышал разговор друзей, и сделал из него единственный важный для него вывод: виконт Монтре может замыслить недоброе против его молодого господина.
— Нам по пути, так что мы проводим его, — ответил за Айолина Танкред. — А после я оставлю возле дома де Сансера своего оруженосца.
Алед обернулся и посмотрел на высокого плечистого юношу с суровым лицом и тяжёлым мечом на перевязи. Кивнув, он отправился в сторону правых ворот, а друзья, развернувшись, пошли по широкой улице прочь от дворца. Их привычно окружили их слуги, держа руки рядом с эфесами мечей и пристально посматривая по сторонам.
Барон де Сансер встретил Айолина в большом зале, где на стенах висели гобелены, изображающие батальные сцены, и штандарты в геральдических цветах его славного семейства. Де Сансеры были старым родом Сен-Марко, владели обширными землями на юге, и богато отделанный зал, который не уступал иным парадным залам королевского дворца, был отражением их доблести и королевской милости. Сам барон, высокий крепкий мужчина с густыми, но уже белыми, как снег, волосами радостно раскинул руки, идя навстречу своему гостю.
— Айолин, мой мальчик, как ты возмужал! Дай я посмотрю на тебя! — он положил руки ему на плечи и чуть отстранился, чтоб окинуть тёплым взглядом. — Как ты похож на своего отца! Не слишком приятное воспоминание! Айорверт выглядел именно так, когда взял меня в плен в битве у Белого ручья!
— Я думал, это приятные воспоминания! — рассмеялся Айолин.
— Приятное последовало позже. А тогда он заставил меня в полном доспехе бежать за его конём. Я думал, что не доживу до утра! Потом он привёз меня в свой замок и, когда я не проявил должной почтительности, запер в подвале башни на хлебе и воде. Думаю, что, если б моим родичам не из чего было платить выкуп, он бы просто снёс мне голову!
— Тем не менее, это было начало дружбы.
— Верно, — де Сансер обнял его за плечи и повёл к окну, возле которого стоял стол и два кресла. — Со временем он смягчился. Он был суров, но не жесток. А после нескольких разговоров и моей клятвы не сбегать, он просто выпустил меня из темницы, поселил в покоях для гостей и даже позволял сопровождать его на охоту. Мы играли в шахматы, а ты сидел у него на коленях, такой же серьёзный и кудрявый. Твой отец гордился тобой уже тогда. Жаль, что он не видит тебя сейчас. Он был бы счастлив узнать, что имеет такого сына.
Они сели в кресла, и де Сансер налил в чеканные кубки вино из изящного кувшина с изогнутой ручкой и длинным носиком.
— Я давно хотел поговорить с тобой, но ты был слишком занят своими делами и не появлялся в Сен-Марко.
— Мне не хотелось сюда приезжать, — признался Айолин. — Мне горько было увидеть, как опустел город после смерти Армана.
— Да, не только тебе. Но я, в отличие от тебя, вассал королей Сен-Марко. Мне деваться было некуда. Хотя я был рад, когда клика Монтре мягко, но настойчиво начала оттеснять меня от трона.
— Теперь всё иначе. Король хочет, чтоб вы вернулись и возглавили его поход.
— Не знаю, — проворчал де Сансер, — я уже немолод.
— Ваша светлость, — подался к нему Айолин. — Сегодня на военном совете возник вопрос о том, поручить командование вам, де Бове или Вайолету. Нам стоило больших усилий убедить короля, что это должны быть вы. Вайолет может собрать армию, вооружить её и устроить парад, но в бою он бесполезен. Де Бове не снискал славы, как военачальник. Нам нужен умный, опытный и хладнокровный полководец.