Дариар. Статус-кво (СИ)
— Сколько времени я был в отключке? — я прошел мимо опешившего лекаря, который, видимо, до последнего надеялся на меня. Но в данной ситуации я не мог ничего сделать, чтобы ему помочь, тем более, рациональное зерно в решении Лорена все же было.
— Минут тридцать. — Лорен подхватил под локоть лекаря и направился в сторону одной из двух дверей, находившихся на противоположных концах коридора.
— Где мы? — Я пошел следом за ними постоянно оглядываясь. То, что нас до сих пор никто не обнаружил было чистой случайностью, а если учесть, что пропал человек, так или иначе приближенный к хозяину этого дома, то выглядело все очень подозрительно.
— Там спуск в темницу. Из нее есть выход наружу, и им мы непременно воспользуемся.
— Почему нас не хватились? — спросил я у спины Магистра, который шел, не останавливаясь, волоча слабо сопротивляющегося лекаря за собой.
— Им сейчас не до этого. Весть о смерти Дрисколла уже разошлась по всей столице герцогства, по крайней мере, паника и беспорядочные метания по дому прислуги и членов его семьи сыграли мне на руку. Наверное, завещание ищут. Завещание в этом деле — самое главное. Кто его первым найдет, тот и будет наследником, и неважно, что там на самом деле было написано. Да, Кеннет, ты не поверишь, но никто даже не спросил, кто я такой и что я забыл в этом доме, когда я носился по комнатам, пытаясь найти что-нибудь, что сможет тебе помочь. Один из охранников даже любезно проводил меня в покои лекаря, когда узнал, что мне срочно необходима его помощь.
Да уж. Ходи кто хочешь, делай, что хочешь. Хоть вон, к поиску завещания присоединяйся. Никому нет никакого дела. Хотя та ледяная уверенность в каждом движении и слове Лорена или человека, который выдает себя за него, может привести в смятение любого и заставить верить ему.
Мы спустили по лестнице вниз, где на довольно широкой площадке с единственной дверью, грустил охранник, несколько запоздало среагировав на внезапно появившихся посетителей. Он обернулся, но тут же захрипел и, хватаясь за кинжал, торчавший у него из груди грузным мешком свалился на пол.
— Это было обязательно? Хотя, кого я спрашиваю? — последнее я проговорил уже шепотом, даже не надеясь услышать ответ на свой вопрос.
Нагнувшись, Лорен отстегнул связку ключей с пояса у нерасторопного охранника и, вытащив из тела кинжал, привычным уже даже для меня движением вытер его об одежду трупа и вложил в ножны.
— Да он псих, — прошептал лекарь, пятясь в сторону лестницы, ведущей на выход.
— Если сделаете еще шаг, то составите ему компанию, — Лорен посмотрел на мужчину и, оттащив на тело охранника освобождая нам проход, открыл массивную дверь, которая поприветствовала нас довольно громким лязганьем и скрипом давно не смазанных петель. Надеюсь, на этот звук никто не среагирует, а то все как-то гладко получается.
Не слишком длинный спуск, и мы оказались в полутемном сыром помещении. Раньше я никогда не видел тюрем и темниц, но то, что предстало передо мной, ввело в легкий ступор. По обеим сторонам от довольно узкого прохода были расположены самые обыкновенные клетки, которые до этого дня я встречал только на рынке в Аувесвайне, где продавали различных крупных зверей. Пока мы шли, я то и дело бросал взгляд на содержание местного аналога тюрьмы. Многие из этих клеток были пустые, но были и те, в которых находились люди, преимущественно мужчины в одежде разной степени затасканности. Всего заполненных клеток было немного, но от ощущения того, что людей содержат, как скот, становилось душно. Рабство было разрешено на Дариаре, но не в таком виде, так или иначе. А содержать человека, подобно скоту, было не столько аморально, сколько противозаконно, несмотря на то, был ли он отъявленным уголовником или нет. Хотя, я не знаю, как выглядит столичная тюрьма, может такой антураж прописан в каком-нибудь небольшом своде законов, тем более, я начал сомневаться, что Дрисколл самолично за столько короткий срок выстроил подобное в резиденции официально принадлежащей моей семье. Примем это за данность и разберемся в подобном феномене позднее, потому что переливать пустое в порожнее, совершенно ничего не зная об этом вопросе, бесполезное занятие. Немногочисленные пленники, при виде нас вскакивали со своих мест и провожали взглядом, вцепившись в железные прутья так называемых стен, обращенных к проходу. Лорен шел вперед, не обращая внимания на мольбы и угрозы, которые доносились ему вслед.
— Стой. — Я остановился, не ожидая того, что Магистр остановится и хоть как-то обратит на мой приказ внимание. На удивление, он остановился и довольно неохотно обернулся, поворачивая вместе с собой нашего пленного лекаря.
— Что? — по тому как он сморщился, было видно, что Лорен не горит желанием отвечать на какие-либо мои вопросы.
— Нужно же что-то сделать, нельзя же их просто так бросить, — попытался я донести до него посетившую меня мысль.
— Почему? — он нахмурился, видимо, действительно не понимал, о чем я говорю.
— Потому что это люди. И я сомневаюсь, что они все преступники, тем более содержать их в таких условиях…
— Кеннет, сейчас это не самая большая проблема, не переживай, найдутся добрые люди, готовые освободить своих друзей, родственников и напарников, тем более, троих из них я узнал. Если хочешь освобождать новых представителей моей Ложи, так филигранно меня предавших, я не против, только потом не надо недоуменно хлопать глазами, когда один из них воткнет тебе нож в спину, как только ты откроешь клетку. Еще есть вопросы? Или так и будем совершать благие дела себя во вред в такой неоднозначной политической ситуации? — очень спокойно ответил он, от чего спину обдало небольшим холодом. Я не стремился к тому, чтобы с остервенением открывать клетки, выпуская наружу неизвестных мне людей, но теперь я точно убедился в том, что передо мной не мой Лорен Райс. Голова закружилась от принятия этого не слишком приятного факта. Но что делать? В убежище его вести точно нельзя, хотя я уже сомневался в том, что Лорен изначально был с нами. Доргон, как много вопросов без ответов.
— Я не это имел ввиду…
— Ну и хорошо, не следует останавливаться, нам нужно еще определиться, как дойти до места, не привлекая внимания никого снаружи, тем более, сделать это с лишним грузом. — Он оценивающе посмотрел на лекаря, который лихорадочно обводил глазами помещение, видимо в надежде, что сейчас непременно все изменится и он наконец покинет нашу дружелюбную компанию
— Можно оставить его здесь, — довольно неуверенно предложил я решение, как можно избавиться от лекаря, оставив его при этом в живых.
На несколько минут, пока я старался не ежиться под пронзительным взглядом черных глаз, наступила тишина, даже заключенные, или кто бы они не были на самом деле, замолчали.
— Неплохой вариант. — Наконец решил ответить Лорен. — Иди сюда, — и он буквально швырнул лекаря в клетку, запирая дверь магической печатью. Закрыть ее, подбирая ключ, он даже не подумал. Мужчина довольно неуклюже упал на землю, а когда поднялся, я увидел, что при приземлении он умудрился разбить нос.
— А вещи? — лекарь вцепился в прутья решетки, пристально глядя на свой чемоданчик.
— А вещи мы заберем с собой, думаю это не такая уж большая оплата за твою сохраненную жизнь. Это все, что тебя терзало и мы может уже уйдем отсюда, пока стража не решила навестить своих пленных?
Я кивнул, молча следуя за Лореном. В голове в это время рождался план, как выпутаться из этой ситуации и попытаться выкурить неизвестного психа из тела моего дружинника, в идеале сохраняя настоящему Лорену жизнь. Принимать тот факт, что он просто так сильно изменился, мне не хотелось, поэтому я принял факт одержимости за истинно верный.
Упершись в стену, которая располагалась на противоположном от входа конце этого мрачного помещения, Лорен уже прикоснулся к одному из камней рукой, видимо, намереваясь открыть потайной выход, когда раздался знакомый женский голос.
— Лорен?
Глава 24
Я резко обернулся на голос, но никого не увидел. Лорен немного замешкался, и неохотно повторил мое движение, разглядывая пустоту. Где-то на грани видимости в одной из клеток я увидел смазанное движение и скрытый в тени силуэт. Больше не мешкая, я ринулся к той самой клетке, чтобы разглядеть ее содержимое поближе. Сделав всего пару шагов, я уже мог различить говорившего, точнее говорившую, которая обхватывала прутья руками, не проронив при этом больше ни слова. Приблизившись к решетке, я несколько раз дернул дверь, приложив немалые усилия, подпитывая их магией, которая после всего случившегося была более-менее для меня предсказуема, но ничего не произошло.