Жернова (СИ)

— Избавимся от недостойных! — ревел маор, распаляя зрителей, и его голос, многократно усиленный рупором, волнами катился по трибунам.
Под направленными на них трезубцами охранников, живцы прошли в узкий проем меж стоек решетки, где, сгорбившись и пряча глаза, сняли с себя амуницию. Голых парней погнали по периметру Аквариума, чтобы все могли насладиться их позором и унижением. Бренн невольно содрогнулся, представив их кошмарное будущее после этой прилюдной травли.
— Ссыкло! Говнюки! Сосите, ублюдки! — бесновались зрители Нижнего города. Но и благородные напрочь забыли все приличия и надлежащую сдержанность в эмоциях. Дамы-ноблесс, сидящие в креслах на первом ряду, вскакивали, швыряя в опозоренных юношей камни из заранее принесенных рабами корзин, а господа, бесстыдно оголив половые органы, мочились на головы живцов, или плевали, соревнуясь друг с другом в меткости и стараясь попасть им в лицо.
Когда юноши, подгоняемые пинками и ударами пинчеров, скрылись за дверью, маор торжественно поднял обе руки, а центральная платформа стала медленно поворачиваться, чтобы распорядителя Игр видели все присутствующие.
— Избавившись от недостойных, мы, наконец, можем объявить: оставшимся девяти храбрецам присуждается статус КОРТАВИДА!
Садистский запал зрителей, направленный на только что затравленных юношей, тут же перетек в ликующие одобрительные вопли. Едва стоящие на барьере везунчики из последних сил потрясали мечами и громко кричали, прославляя Бхаддуар, королевскую чету и хозяина Казаросса — и их натужный ор подхватывали на всех трибунах.
Мысли путались. Бренн, который несколько минут назад был готов умереть, но уничтожить говнюка Косту, ощущал себя жалкой букашкой, над которой нависла подошва огромного тяжелого сапога… но в последний миг хозяин сапога вдруг передумал… Его не казнят — он не применял боевое оружие, а использовал лишь обломок рыбьей челюсти. Но иллюзий не было — он уцелел лишь благодаря яджу. Ни сил, ни выдержки, ни умений ему не хватило бы без разгоревшейся искры Жизнедателя. И сейчас здесь, среди везунчиков, стоял бы не он, а бледнокожий ублюдок Коста…
Однако пока он жив, и собирается остаться в этом состоянии как можно дольше. Осталось совсем немного до того момента, когда он вернется в дом на Вишневой улице — всего лишь вздрючить многорукого монстра из Абиссая. Всего лишь перегрызть ему глотку…