Люди и боги
Черный квадрат приблизился к мещанам, замер, расступился. Внутри находились трое в закрытых шлемах. Холодный коготок царапнул спину Джо: как я должен узнать герцога? По доспехам, что ли? А если не он один носит такие?
Но Эрвин Ориджин избавил его от затруднений: вышел вперед и смело поднял забрало.
— Я — Эрвин София Джессика рода Агаты, герцог Ориджин. Со мной полковник Блэкберри, капитан Морган и кайры первого батальона. Мы пришли за Виттором и Мартином Шейландами.
Джоакин шепнул Персту: «Лецирп», — и поймал голову Ориджина в контур подсветки. Подумал: святые боги, как просто!
Шериф и бургомистр выдвинулись из толпы.
— Ваша милость, от имени мирного города Уэймара и его добрых жителей умоляем о снисхождении. Просим вас понять: мы совершенно непричастны ни к чему, что произошло в замке графа. Мы понятия не имели, что творит его милость, и не можем нести ответственность…
— Почему вы здесь? — перебил его Ориджин.
— Простите, ваша светлость?..
— Я послал вам письмо, в котором обещал убить каждого, кто не покинет город. Вы остались — стало быть, сознательно выбрали судьбу. Верно я понимаю?
Городские старшины согнулись в поклонах.
— Ваша светлость, мы не имели такой возможности! Граф Шейланд запер все ворота, взял под охрану все корабли! Он не позволил нам уйти и хотел мобилизовать на бой с вами. Но мы — не враги вашей светлости! Мы ничего не знаем о вашей с графом…
— А знаете ли вы мою сестру?! — голос Эрвина стал сух и жесток. — Должны знать, ибо она — ваша графиня. Знаете ли, как с помощью Перстов Вильгельма граф Виттор Шейланд перебил ее людей и захватил ее в плен?!
— Ваша светлость, мы не…
— Я пришел сюда, прежде всего, за Ионой. Все ваши жизни и все строения в вашем проклятом городе я готов обменять на сестру. Приведете ее ко мне — останетесь живы. А если нет — я сотру Уэймар с карты мира.
Джоакин усмехнулся: сотрешь, конечно. Ты еще жив лишь потому, что я жду сигнала. Одно движение Льда — и ты на Звезде!
И в этот миг Джо ощутил легкое беспокойство. Что-то шло не совсем правильно. Не так, как должно.
— Славный герцог, — раздался голос из группы уэймарцев, — я принес весточку от вашей леди-сестры.
Раздвинув горожан, Рихард Ориджин вышел вперед. Герцог Эрвин и полковник Блэкберри, и капитан Морган, и все кайры эскорта смотрели прямо на него. Ну, сейчас!..
Воцарилась полная тишина, шаги Льда аж звенели в ночном воздухе, пока он приближался к брату. В пяти ярдах от герцога капитан Морган остановил Льда:
— Дальше нельзя.
Рихард ухмыльнулся:
— В чем дело, капитан? Вы не позволите братьям обняться после долгой разлуки?
Северяне выпучили глаза. Глядя через плечо капитана, Лед сказал герцогу:
— Эрвин, братишка, подойди-ка, дай прижать тебя к груди!
Странная пауза последовала за его словами.
Герцог Первой Зимы задал вопрос:
— Сударь, простите, кто вы?
— Что?.. — Выронил Лед. — А, понимаю, не веришь глазам! Не ждал, что я вернусь из того плавания, правда? Но я жив-здоров, как видишь!
— Назовите свое имя, сударь, — холодно ответил Эрвин.
Тогда Рихард отступил на шаг и подставил лицо лучам фонарей. Каждый воин герцога мог ясно видеть его.
— Полковник Блэкберри, капитан Морган, кайры Первой Зимы! Вы все знаете меня: я — Рихард София Джессика, истинный наследник герцога Десмонда. Я вернулся со Звезды, куда отправили меня брат Эрвин и сестра Иона.
Никто не перебивал Рихарда. Его голос звенел, как приговор.
— Тот человек, которого вы зовете герцогом, всегда ненавидел меня. Слабак и неженка, недостойный наследства, завидовал мне черной завистью и мечтал сжить со света. Конечно, в одиночку он не набрался бы смелости. Сестра Иона вдохновила его и помогла решиться. Вместе они наняли асассинов, которые потопили мой корабль, а сами бежали на лодке. Однако я сумел выжить!
Он ткнул пальцем в Эрвина.
— Два часа проплавал в ледяной воде — ты смог бы так? Я почти сдох от холода, когда рыбаки подобрали меня и отвезли в ближайший порт, и отдали лекарю. Он сказал: «Нужно отрезать обе ноги и одну руку, чтобы выжило остальное». Остальное! Обрубок мороженого мяса! Такой исход тоже устроил бы тебя, братишка? Отец не отдал бы герцогство калеке, ты получил бы все. Но к счастью в том порту случился граф Виттор Шейланд. Боги дали ему власть над Предметами — и он вылечил меня. Это заняло полгода, я лишился кожи и нарастил новую — но выздоровел! А граф тем временем изловил асассинов, они под пытками рассказали все. И самое забавное, братец: сначала я им не верил!
Лед вдруг рассмеялся — страшно, надрывно.
— Представляешь: не верил! Я думал: Эрвин — трус, слабак и слюнтяй, но есть же у него достоинство. Он же Ориджин, тьма сожри! Убить собственного брата, и не мечом, а руками наемных подонков!.. Но потом я увидел отчет о допросе. Прочел спокойно, без чувства, с трезвым рассудком — и тогда понял: так все и было. Только так и могло быть! Вся Империя знает, что ты — интриган и заговорщик. Я один этого не понимал…
Рихард вздохнул и сказал очень спокойно:
— Брат, я вызываю тебя на поединок.
Повисла долгая пауза, после которой Эрвин произнес:
— Сударь, вы порочите имя моего покойного брата перед лицом сотен воинов. Ответьте: вы безумец? Хотите прославиться и красиво умереть? Или вы — агент графа, посланный чтобы сеять раздор?
— Я твой брат и требую поединка! Если откажешься — ты недостоин зваться Ориджином!
Рихард сделал шаг к Эрвину. Капитан Морган вновь преградил ему путь. Четверо кайров выступили из строя и встали по обе стороны от капитана. Пятерка воинов в пластинчатой броне. Против одного, без доспехов.
Лед обвел кайров внимательным взглядом.
— Вам поручено охранять герцога — значит, вы из элиты Первой Зимы. Каждый из вас знает меня, и я узнал бы каждого, если б вы подняли забрала. Впрочем, тебя, капитан Морган, я помню прекрасно. Ты же горец из-под Апхилла. Сейчас пообтерся, а когда только приехал в Первую Зиму — говорил на таком диалекте, что ни черта не поймешь. Ты стеснялся, молчал, как рыба, только головой кивал. Над тобой все смеялись: Голова Морган…
— Довольно, сударь, — сказал капитан. — Если носите оружие, сложите его. И назовите свое настоящее имя. Вы арестованы.
— Сложить оружие?.. Хе-хе.
Рихард вынул кинжал из-под куртки и взял поудобнее, будто готовясь к бою. Движением острия очертил пятерку кайров:
— Вызываю на дуэль каждого, кто не узнает меня.
Из задних рядов донесся какой-то звук — не то стук, не то лязг — когда Рихард шагнул к капитану.