Призрак (ЛП)

Вблизи камень не казался ровным. Он был пологим, да, но не прямым, и я видела трещины, куда можно было сунуть носки и пальцы, чтобы удержаться.
В центре утеса был небольшой изгиб. Изменение было всего в ладонь шириной и в две в глубину, шло в две трети утеса под углом. Издалека видно его не было, но вблизи я увидела.
Вот оно.
Дыхание и сила вернулись, я приблизилась к стене и полезла.
Скажу вам одно, только это секрет: когда я лезу, я не думаю о падении или о расстоянии. Я думаю о дереве или камне, что передо мной. Я ищу, за что уцепиться руками и ногами.
Я знаю, что пока я могу отыскать это, я буду лезть.
И здесь искать такие места было легко. Камни были полны трещин и неровностей, за которые я могла держаться, куда могла поставить ногу. Вогнутая поверхность камня и наклон утеса означал, что мой вес не был только на пальцах и носках. Не думаю, что так пролезть смог бы каждый. Это было не просто. Но я быстро рассталась с землей и вернулась в свою стихию.
Казалось, что сами камни помогают мне подниматься, словно помогает сама гора.
Еще один секрет: я часто такое ощущаю. Не всегда. Но бывает — и это мои любимые случаи — когда ощущается так, будто лезу не я, а утес, дерево или стена сами поднимают меня все выше и выше.
Я никогда не чувствовала присутствие богов или монстров. Но в такие моменты я знала и была уверена, что рядом что-то сильное, крупнее меня. И я оживала, хоть и волновалась.
Можете считать меня глупой или странной. Моя сестра так и делала.
Я добралась до выступа и была почти разочарована. Мышцы разогрелись, это было приятно, и я еще не начала уставать. И все же стоило забраться на выступ и найти лучшую точку для дальнейшего подъема.
Я забралась на почти плоскую поверхность и села. Я впервые посмотрела вниз.
А внизу Мицукэ, Маи и Шино стояли, подняв головы, с открытыми ртами. За стенами Полной луны стояло несколько самураев Матсудаиры, черные силуэты старого португальского священника и мальчика, Джолало-сана. Они тоже смотрели на меня.
Улыбаясь, я помахала им.
Конечно, в этот миг пошел дождь.
В горах погода часто менялась, особенно, в теплые месяцы. Синее небо могло моментально разразиться дождем. Так же быстро метель сменялась дождем.
Крупные капли превращались в брызги от камней, охлаждали мою теплую шею. Солнце вдруг исчезло, небо потемнело, набежали тучи из-за горы надо мной.
Внизу все разбежались.
Я огляделась в поисках укрытия. Я не ждала многого.
Выступ не был ровным. Вода уже начинала стекать. Я встала, пока она не намочила мои штаны. Выше, где выступ сужался и сливался с утесом, я увидела темную трещину.
Я надеялась, что хоть отчасти влезу туда и скроюсь от дождя, и пошла к тени.
Дождь превратился в град, так бывало весной. Ледяные шарики били по голове.
Трещина оказалась достаточно широкой, чтобы я скрылась от непогоды. Я развернулась, оттолкнулась…
И оказалась внутри, вдали от града.
Я с радостью смотрела, как градины размером с горох бьют по горе.
Встряхнувшись, я оглянулась. Было темно. Я вытянула руки, там было место. Каменные стены расширялись по сторонам, но я не нащупала конца.
Я еще не бывала в пещерах. Мне было лучше над землей, а не под ней.
Но все же любопытство толкнуло меня идти дальше.
Я шагнула во тьму, потом сделала другой шаг. Воздух был холодным, затхлым. Пахло… чем-то. Птицами. Чем-то еще.
Я повернулась к трещине. Она была вертикальной прорезью яркого света. Град все еще стучал по выступу, залетал в пещеру, усеивая пол у моих ног.
Я прищурилась, пытаясь разглядеть что-то во мраке.
Я вспомнила один из уроков Миэко-сэнсей.
«Если идете от света во тьму, — говорила она, когда мы били соломенные пугала, — закройте один глаз, или оба, если можете безопасно сделать это. Так вы не будете слепыми в темноте».
Я опустилась на колени и закрыла глаза, отвернувшись от света. Я сосчитала десять вдохов, потом еще десять. Я слушала стук града позади.
Я открыла глаза.
В пещере было мрачно, но я видела, как она расширялась, становясь размером с нашу общую спальню, хоть и с низким потолком.
 
В мрачном углублении пещеры скорчилось кошмарное существо. Огромное тело было прижато к полу пещеры, у него была угрожающая шишковатая голова, огромные клыки выпирали из страшного черного рта. Его глаза терялись в тени, но они точно смотрели на меня, нарушителя.
Волоски на моих руках и шее встали дыбом. Я не могла дышать, я боролась с желанием выбежать из пещеры с криком. Не подставляй огру спину. Оба-сан шутила так, но я знала, что с этим чудовищем шутить не стоит.
Едва дыша, я пятилась к выходу.
Существо смотрело на меня, но не преследовало.
Я ударилась ногой о стену. Свет лился мне на руки сзади. Не мигая, я пятилась по пещере на влажный выступ, которому была рада.
Монстр, казалось, меня не преследовал.
Я дошла до края выступа и развернулась. Дождь почти кончился, над долиной уже светило солнце. А внизу, по дороге к холму, на котором находилась Полная луна, а еще лагерь Матсудаиры, шли солдаты.
Но флаги были не синими. А красными со знаком в виде четырех бриллиантов, который я хорошо знала.
Такеда.
Я поспешила вниз по склону. Быстрее было бы только лететь.
Словарь:
Бака — дурак, идиот;
Оба-сан — бабушка;
Мико — жрица в храме.