Тень Ворона

— Начали! — громко выкрикнул судья, но мы оба остались стоять на месте.
С лица парня моментально слетело гневное выражение лица. Сейчас он был полностью сосредоточен на поединке. Все указывало на то, что ни о какой недооценке соперника не может быть и речи. Горовой был слишком опытным противником.
Что ж, надо рискнуть и попробовать атаковать первым! Я выпустил пыль и за секунду преодолел разделявшее нас расстояние, одновременно создавая трех средних воронов. Горовой отпрыгнул на шаг и создал перед собой лавовую стену, надеясь, что я сам нарвусь на преграду и поджарюсь.
Но за мгновение до этого я успел затормозить и пустить воронов ему за спину. Тот создал лавовый топор и двумя быстрыми ударами устранил атаку. При этом третья птица пролетела мимо него.
Парень демонстративно зевнул.
— И это все? — деланно удивился он. — Так и думал, что бой окажется очень скучным. Может сдашься по-шустрому, и мне не придется тебя травмировать?
Отвечать не стал. Ясно же, что пытается вывести меня из себя и спровоцировать на необдуманные действия. Хрен ему! Не зря Егерь заставлял нас сражаться сотни раз за день. Все приемы уже отработаны и надо только......Бамс!!! Пролетевшая мимо Горового птица не промахнулась. По плану она и должна была залететь за спину, чтобы атаковать, когда тот отвлечется.
Нет, защита вулканиста все равно сработала и отбила атаку, но все же его толкнуло в мою сторону. А я ждал именно этого! Два шага вперед, пыль окутывает мои руки, а далее следует мощный удар в челюсть и двоечка в корпус. Одновременно с этим два созданных ворона атаковали Горового со спины, не давая ему сосредоточиться на одном направлении защиты.
Несмотря на несколько пропущенных ударов, парень не растерялся. Черт! А я ведь надеялся на эффект неожиданности. Но опыт решает. Сильно решает.
Гонг!
— Стоп! — крикнул судья. — разошлись по углам!
В моем уже ждал Петр Петрович. Я сел на подставленный им стул и выдохнул. Минута на подзарядку «ранговой пыли» и вперед во второй раунд.
— Смотрю, не сработала наша задумка, — произнес Егерь. — Теперь он глаза на затылке отрастит.
— И наконец-то начнет атаковать, — добавил я. — Еще какие-нибудь идеи будут? Могу просто носиться от него по октагону и надеяться, что он по мне не попадет. Тогда, может быть, по очкам выиграю.
— Не выиграешь. Он сейчас лавой давить будет. Попробуй просто получить удовольствие от боя и не покалечиться в процессе. Пошел!
Егерь хлопнул меня по плечу и сбежал с ринга.
— Теперь тебе точно конец!!!! — крикнул Горовой из другого угла.
— Ты повторяешься! — ответил я и снова создал трех птиц. Мог бы и больше, но тогда пострадает защита. А поджариться мне совсем не хочется. Я вообще плохо переношу высокую температуру.
С первых секунд второго раунда соперник показал, что сдерживаться больше не собирается. Один за другим в меня полетели небольшие раскаленные сгустки. «Ранговая пыль» Горового принимала форму небольших шаров и тут же обрастала лавой. Выглядело эффектно и чертовски опасно.
Для того, чтобы пережить ближайшие две минуты, мне пришлось использовать и вторую заготовку. Теперь моей задачей был уход в глухую оборону. Если ближайшие два раунда парень не нанесет хотя бы какого-то ущерба, судьи засчитают мне победу по очкам.
Для реализации этой идеи я снова приказал воронам кружиться по периметру, чтобы держать Горового в напряжении, а сам из защитной пыли создал десяток тонких пластин. Теперь я остался практически без зашиты, но задумка была как раз в том, что атаки противника меня не достигнут.
Череды прямых попаданий моя защита не выдержит. Поэтому созданные мною пластины принимали сгустки лавы под углом и отклоняли их на десять-двадцать сантиметров в сторону. Куда угодно, главное не в меня.
А вот когда у парня целую минуту не получалось сделать по мне прямого попадания, он начал выходить из себя и поливать меня отборным потоком ругательств. Я даже немного воодушевился отчаянием противника и решил потратить последние тридцать секунд боя на нападение. И....ошибся. Горовой как будто ждал этого и, когда я отвлекся на управление птицами, удвоил количество лавовых сгустков. Защита справилась, но несколько попаданий в корпус все-таки было. А значит, по очкам мы все-таки сравнялись.
 
Гонг!
— Ты какого хрена в атаку бросился??? Почти забрал раунд и в самом конце все испортил.
— Увлекся.... — объяснил я.
Оправдываться не было смысла. Сам понимал, что рискую.
— Ладно, попробуй теперь комбинировать защитные и атакующие действия, не теряя при этом концентрации.
— Попробую, куда денусь.
Перед началом третьего раунда судья снова подозвал нас к себе.
— Мужчины, по очкам у вас пока что равенство, так что все решит этот раунд. Удачи обоим!
— Какие-то колкие фразы будут? Или, может угрозы?
Горовой смотрел на меня со смесью злости и замешательства.
— На этот раз просто молчаливая ненависть. Понятно, — продолжил я, улыбнувшись. — Сильный ход! Я проникся!
— Да ты совсем страх потерял?! — снова заорал он. — Я тебя сейчас носом по октагону возить буду!
— Фух, все нормально. А то я уж подумал, что ты сломался.
— Хватит болтать! — Гаркнул судья. — Третий раунд, поехали!
Понимание того, что теперь мне точно хана, пришло практически сразу. Горовой разделил свои сгустки еще на несколько десятков и заставил их кружиться над октагоном. Иными словами, использовал мою же тактику отвлечения. Теперь у меня не было ни времени, ни возможностей на атакующие действия. Даже воронов пришлось разбирать на пластины, чтоб продолжать отклонять лавовые шарики. Горовой же откровенно веселился, так как понимал, что победа у него в кармане. Еще секунд десять-двадцать и я начну пропускать атаки. Хотя....была еще одна задумка.
В один момент я вспомнил, как перехватывал электрический кинжал Кейлы, и сейчас решил попробовать то же самое. В конце концов, он сам виноват, что уменьшил размер шариков, тем самым понизив их атакующий потенциал.
Наш бой, превратившийся в настоящий огненный пинг-понг, все больше возбуждал внимание зрителей. Кричали болельщики, что-то выкрикивал Петр Петрович, но я полностью абстрагировался от внешних факторов. Впервые почувствовал такое единение с «ранговой пылью». Невероятные ощущения. Я словно чувствовал каждую пылинку, каждый металлический шарик. И это сказывалось на ходе боя. Огненные шарики противника словно замедлились раза в два. Хотел бы, мог бы просто увернуться от них. Но атаковать парня его же оружием было намного веселее.
Внезапно я почувствовал, как меня кто-то оттаскивает назад.
— Все, Воронов, хватит! Остановись!
Перед глазами появился Егерь, который тряс меня за плечи.
— Что.....что случилось? — Когда я пришел в себя, то неожиданно увидел Горового, над которым склонились Целители. На трибунах же царила полнейшая тишина. — Петр Петрович....но как?
Но Егерь не ответил, а просто расхохотался и крепко обнял меня. И в этот момент я окончательно перестал что-либо понимать.
***
В последний раз Петр Петрович был так возбужден лет двадцать назад, еще во время окончания Османской компании. Та эйфория, которая охватила войска после известия о победе, запомнилась ему на всю жизнь. Он до сих пор вспоминал те минуты с теплотой в сердце и улыбкой на лице.
И вот сегодня Егерь снова почувствовал что-то подобное. Ярослав выступил намного лучше, чем ожидалось. Немного увлекся во втором раунде, но это по неопытности. В будущем такие ошибки будут совершаться все реже и реже.
Но самое интересное случилось в третьем раунде. Сперва Воронов полностью сконцентрировался на защите, но потом неожиданно начал переходить в контратаку. Причем важно? как именно он это сделал. Тело парня приняло статичное положение, а глаза закрылись. И сразу после этого «ранговая пыль» Ярослава начала двигаться чуть ли не вдвое быстрее.