В поисках себя. Том 1 (СИ)
— Безликий по праву получает симпатии зрителей, как самый лучший боец этого раунда! — тем временем, после боя с волками, зрителя дали ему прозвище, которым его нынче именовали.
Для прозвища нужно было привлечь внимание, а это бывало уже ближе к концу жёлтой крови, но внешность Рууна позволяла привлечь больше взглядов на себя, а его умение сражаться лишь сильнее сияло под сотнями взоров, что сделало для него поблажку в этом плане.
— Даже львы не смогли остановить этих мужественных воинов! Кто же, наконец, сможет показать им их место? Вскоре их ждёт новое испытание и новый враг!
Только сейчас Руун ощутил огромную волну усталости, что накрыла его, пытаясь сбить с ног и отправить вплавь по течению.
Он хотел стать сильнее, но эти битвы слишком замедляли процесс. Животные уже ничего ему не давали, а тренировок у него и без того вдоволь было.
«Зачем тренироваться так много, когда можно забрать опыт десятков лет тренировок других?» — жаловался он сам в себе.
Уходя с арены, Руун принялся искать глазами Бурса. Этот здоровяк с севера был на удивление приятным собеседником. Ему симпатизировали его серые глаза, внутри которых плескался смех и веселье над всем и всегда.
— Ну что, господин Безликий, вы как и всегда порвали их в клочья? — Бурс сам нашелся, приобняв Рууна за плечо.
— А ты, как и всегда, выжил? — губы Рууна тронула легкая улыбка, сглаживая впечатление от его хриплого голоса.
Слишком давно он не общался и ощущал нужду в ком-то, поскольку охота на стайных хищников внушала ему нужду в своей стае.
С каждым новым диалогом с ним Руун все больше ощущал, как сглаживается его память о бытности разбойником.
— Да чтоб я и не выжил? Ну нет, я ещё не отдал свой долг, за кого ты меня вообще считаешь?! Кстати, ты прикрыл меня и сегодня, — сочтемся.
— Прикрыл? Не заметил как-то. Впрочем, пусть будет так. Пойдешь тренироваться?
— Готов хоть прямо сейчас! Господин Безликий! — показательно положил он ладонь на рукоять клинка и вновь улыбнулся Рууна.
Общаясь, они сразу и не замечали все ту же мрачную обстановку людей, ведь с каждым днём их все меньше и меньше. Но самое страшное, что не знаешь, когда именно твой день настанет остаться лежать хладным телом на этом песке.
— Опять ехидничаешь в своих обращениях, Бурс? Завидуешь? — Тут же к ним подошёл третий участник, Ирун, влившийся вчера в их общество, предлагая неплохие стратегии за обедом.
— А ты, шкет, молчал бы! Затисался позади всех и жужжишь над ухом, что комар ночью!
— Дак ты без этой жужжалки своим крохотным мозгом не додумаешь, кого бить и куда идти! — в шутку распылялись они, желая отвлечься от обстановки, на что Руун лишь снисходительно улыбался.
Остаток дня, помимо еды и купальни, они посвятили тренировкам.
***
— Сегодня мы подобрали особенных тварей! Они вдвое, а то втрое больше и много тяжелее наших участников, как же они будут с этим справляться? Прямо сейчас мы и узнаем это!
— Эй, тупой увалень, прикрывай Рууна! — раздался рядом голос Ируна.
— Пасть завали и прячься уже! — не остался в долгу Бурс и встал рядом с героем.
Между тем на арену вышло пять здоровенных медведей, чем рев заставил отступить нескольких из гладиаторов.
Руун прошёлся глазами по товарищам — у всех в глазах был виден отблеск страха, да и ему самому не нравилась мысль попасть под удар этих могучих лап или под пресс этих острых клыков.
Твари, ростом под два метра, неспешно подступали к ним, будто не обращая даже должного внимания на столь незначительных букашек.
Но Руун видел в их глазах отблеск голода и осознавал, что их сейчас ждёт.
Кто-то, не выдержав нервного накала, крикнул и ринулся в бой, а все другие по инерции последовали за ним.
Очевидно, его удар оставил лишь лёгкую рану на шкуре одного из медведей, а сам он отправился в полет, скорее всего последний.
Но тут же Руун заметил, что медведи медлительней него — это их шанс.
— Отвликайти их и не попадайте под удары! — крикнул он.
Отбросив щит, он подошёл сбоку к одному из медведей и резким выпадом вонзил тому меч в шею, стараясь пробить мозг.
Сейчас он был рад, что обладает такой силой, поскольку череп никак не желал пропускать через себя меч, но с некоторыми усилиями Руун добился своей цели.
Медведь ревел от гнева и метался по сторонам, размахивая своими огромными лапами в попытке оттолкнуть обидчика, но вскоре осел и умер.
Первый закреплённый успех внушил надежды группе и они повсеместно принялись следовать тактике.
Однако у Рууна возникла проблема: его меч застрял. Пока он вытаскивал его — слышал ещё несколько криков боли и страдания, ставших, вполне возможно, предзнаменованием смертей его товарищей.
Их количество действительно уменьшалось, как и количество медведей.
Вскоре он справился во вторым, а третьего смогли одолеть его товарищи. Осталось всего двое.
Тут же, прямо на его глазах, удар лапой отбрасывает Ируна, вслед за которым можно было увидеть кровавые полосы, оставленные им.
— Нет! Идиот, зачем ты полез! — это же заметил и Бурс, бросившийся на медведя.
Руун ринулся вслед за ним и они быстро справились с ним. Ещё трое выживших добили последнего.
Сейчас, весь в крови и тяжело дыша, Руун подошёл к павшему товарищу и опустился на колени рядом с ним, прощаясь с ним молчаливым взглядом.
— Руун… Бурс… — он все ещё дышал, но его слова отдавали хрипотцой, — простимся… Близится мой час. Мы не победим. Мы умрем на арене… Тем лучше, — не облысеем от женщин и перепоя — попытался улыбнуться он.
Его взгляд тускнел, а улыбка сходила. Взор устремился куда-то ввысь и он мечтатель потянулся рукой туда.
— А небо… Небо над колизеем. Такое же голубое, как над родиной нашей… Которую зря я покинул ради истин. Впрочем… — Ирун переместил взгляд на своих друзей, — Мне не обидно. Просто такая выпала доля — дать людям хлеба и зрелищ, — на этих словах он сомкнул глаза и постепенно его дыхание так же оставило тело.
Руун и Бурс молча наблюдали за этой картиной, пропуская все слова оратора мимо ушей, а затем молча ушли с арены. Другие участники битвы так же, как и они, в полном молчании, согбленные от усталости, поплелись своими путями.
Руун не хотел себе признаваться в этом, однако внутри ничего не ощущал по этому поводу. Просто не хотел показаться бесчеловечным в глазах Бурса, который, видимо, сильно привязался за эти два дня к тому парню.
***
— Вот и настал долгожданный день! Финал белой крови! Сегодня мы увидим пятерых противников против одного, но особенного. Его шкуру не берут удары мечом, его размер способен затмить небо, а сила и ярость способны втоптать этих бойцов в землю без особых усилий!
— Безликий, сегодня я готов отдать свой долг, — это уже сказал Бурс, после вчерашнего потерявший свою улыбку и став более серьезным.
— Лучше выживи — этим отдашь долг, — придерживался Руун какой-то ясной лишь ему одному вежливости.
Ещё пара мгновений и на арену выходит огромный боевой слон, что тут же помчался на пятерку со своими бивнями, взревев.
Руун не успел и оглянуться, как вся команда разбежалась кто куда, в том числе и он. Сейчас слон догонял одного из них, постепенно настигая того.
Бурс и ещё один боец в это время старались пробить кожу этого монстра на задних лапах, напоминающих собой два огромных столба, спободных удержать небо над собой, но тщетно.
Руун тут же присоединился к ним и, желая проверить свои силы, ударил со всех сил, сколь позволяло это сделать на бегу, по его хвосту.
Слон тут же взревел и развернулся, ведь только что его хвост отрубили, а на коже за ним осталась кровавая борозда, из которой обильно вытекала кровь.
Один из них, не ожидая этого, не успел увернуться от бивней слона и был откинут мощным ударом, после чего гигантская лапа втоптала того в песок.
Слон тут же бросился к своему обидчику — за Рууном. Впрочем, на выносливость и скорость он не жаловался, соглашаясь сыграть в эти "догонялки" с врагом.