Фальшивая война (СИ)
Незнакомка не могла произнести ни слова – её горло сдавливали рыдания, и просто кивнула, поднимаясь на ноги.
Гермиона проводила взглядом её все еще дрожащую от плача спину, и мысленно дала себе оглушительную оплеуху. Они с Драко совсем об этом не подумали, а теперь, спустя столько времени, девочка, возможно, больше никогда не вернется к своей маме. Если бы броситься искать её раньше… но она не подумала. Не спросила. Не предусмотрела.
Её ответственность.
Её просчет.
Её вина.
Опять.
Закрыв руками лицо, не в силах больше смотреть вслед изломанной, измученной женщине, потерявшей, скорее всего, всю свою семью, Гермиона продолжила свой путь в кабинет. К горлу подкатывала желчь, живот сводило противным, выкручивающим спазмом, а в голове беспорядочно мелькали образы покинутых, брошенных, умирающих детей и рыдающих на их могилах родителей. Они так радовались тому, что всех этих людей удалось спасти!.. Упивались своими успехами, занимались своими делами, в то время, как все эти люди продолжали гореть в аду, не имея возможности ни убежать, ни взмолиться о пощаде. Спасители!.. Какой прок в продолжении существования, если они потеряли все и всех, если жизни их все равно разрушены, и, возможно – уже безвозвратно?..
Гермиона стиснула пальцами виски и зажмурилась – до боли, до пляшущих цветных кругов перед глазами, чтобы прогнать назойливые образы. Она не должна сейчас думать об этом. Это война, и не в её власти предотвратить все смерти, потери и боль. Она не всесильна, как бы ни хотелось обратного.
Но она может сделать так, чтобы это закончилось.
Что возвращает к изначальному вопросу.
Что теперь?
Один крестраж. Только один. И, если они с Гарри рискнут проверить её гипотезу, об этом узнает вся магическая Британия. И Волдеморт, разумеется, тоже. Что будет потом?..
Все карты у неё на руках.
Волдеморт почти – в двух шагах – смертен.
Верхушка Ближнего круга обречена.
В рядах егерей и новых Пожирателей смерти есть люди Ордена Феникса. Много ли их? Каково соотношение сил?
Сколько еще людей смогут привести Бруствер и Скримджер?
Скольких сумел перетащить на нашу сторону Люциус?
Удалось ли Люпину после смерти Сивого достигнуть какого-то компромисса с оборотнями?
Вопросы, одни вопросы. Единственный их плюс в том, что некоторые из них имеют ответы, если их задать. Но что делать с этими ответами дальше? Мерлин, она же не полководец какой-нибудь, что ей делать со всем этим потом?! Собрать их всех в одном месте?.. Где? Когда? Как?..
Ей не помешал бы кто-нибудь старше. Кто-то умный и способный увидеть картинку целиком. Кто-то вроде Дамблдора… но вот незадача. Он же умер.
Или кто-то опытный. Прошедший войну. Тот, кто уже не раз побеждал, и мог бы сделать это снова. Может, Грюм?.. Но его тоже больше нет.
Никого, на чьи плечи можно было бы просто сбросить все это и удалиться в закат, предоставив расхлебывать всю ту кашу, что она заварила. Против её собственной воли слова Драко упали на благодатную, вспаханную усталостью и отчаянием почву, и дали свои ростки, которые Гермиона старалась безжалостно задушить – но они все равно находили бреши в её броне и просачивались, прорывались наружу.
Остановиться. Прекратить. Передать все нити в чужие руки и предоставить другим закончить то, что она начала. Но кому?.. Люциус Малфой достаточно опытен и изворотлив – но доверять ему нельзя. Бруствер и Скримджер – опытные мракоборцы, но согласятся ли они сотрудничать с переметнувшимися Пожирателями?.. Хватит ли им гибкости, беспристрастности, готовы ли они пожертвовать своими принципами ради преимущества?.. Гарри и Драко… они такие же дети по сути, как и она, и ничем не смогут помочь.
Придется как-то самой.
Опять.
Снова.
====== Глава 145. ======
Гарри проснулся с ощущением, что великолепно выспался. Конечно, кровати в палатке Гермионы были не чета тем койкам, на которых они спали во время Чемпионата мира по квиддичу, но ни в какое сравнение с этим ложем, на котором он мог вылечься хоть вдоль, хоть поперек, хоть по диагонали в позе звезды, к сожалению, не шли. Завтрак в компании Луны еще больше поднял его настроение, и он уже собрался подойти к Олливандеру и расспросить его о Бузинной палочке, но его отвлекли. Маленькая эльфийка – Гарри так и не научился отличать Минни от Линни – вежливо дернула его за рукав, отчаявшись привлечь его внимание иными способами, и сообщила, что мисс Гермиона ожидает его в кабинете.
В указанном домовихой направлении Гарри почти что бежал. Его съедало нетерпение и надежда – яркая, отчаянная – на то, что им с Малфоем удалось отыскать диадему.
Влетев в очередную резную дверь, Гарри затормозил так, как будто врезался в невидимую стену.
За большим полированным дубовым столом, в кресле с высокой спинкой, обитом зеленым бархатом, сидела Гермиона и таращилась на противоположную стенку с таким отчаянием в глазах, как будто эта стена предсказывала конец всего сущего, не иначе.
Парень на всякий случай подошел поближе и внимательно изучил предмет пристального внимания подруги. Стена не казалась чем-то необычайным: ровная, затянутая зелеными с серебристым узором шелковыми обоями, и даже картина, которая была единственной её достопримечательностью, была наглухо закрыта плотной тканью, как и все остальные в этом доме. Ни надписей, ни предсказаний, ни таинственных знаков.
Гарри еще раз перевел взгляд со стены на подругу и обратно. Никаких изменений в состоянии Гермионы не произошло, казалось, она даже его не заметила. Брюнет обошел стол и легонько потряс её за плечо:
- Гермиона!.. Ты здесь?
Девушка подпрыгнула на кресле так, как будто на её плечо легла не ладонь лучшего друга, а как минимум, щетинистая конечность акромантула.
- Гарри! – возмущенно завопила она. – Разве можно так пугать?!
- Я вообще-то уже минут пять пытаюсь привлечь твое внимание, – хмыкнул друг, – но, очевидно, до этой стены мне далеко. Как считаешь, если я перекрашусь в зеленый, это поможет?
- Что?.. – не поняла Гермиона. – Какая стена? Зачем зеленый?.. Что ты несешь?!
- Гермиона, – терпеливо, как ребенку, сказал Гарри, – ты сидела и смотрела в стену. Все это время и черт знает сколько до этого. Ты смотрела на неё так внимательно, что не заметила, как я пришел.
- О, – девушка смутилась, и её щеки слегка порозовели. – Извини, Гарри. Я задумалась.
- Я так и понял, – хмыкнул парень. – Так что с диадемой? Вы её достали?
Гермиона привычным взмахом руки извлекла из зачарованной пряжки диадему – ту самую диадему. Гарри не нужно было даже брать её в руки, чтобы ощутить дыхание темной магии, пульсирующее в ней, словно маленькое черное сердце. По телу пробежала дрожь, глаза загорелись предвкушением.
- Ну что? Выйдем в парк? Или давай прямо здесь!
- Прямо здесь что?.. – не поняла Гермиона, снова утыкаясь взглядом в стену.
- Гермиона! – гаркнул Гарри ей прямо в лицо так, что девушка отшатнулась, вжавшись в высокую спинку кресла. – Вернись ко мне, где бы ты там сейчас ни была! Крестражи, помнишь про такие? Медальон и диадема! Они у нас! А еще – зубы василиска, которыми их можно уничтожить, ну! Включи уже свой огромный мозг и ответь мне, как ты считаешь, где нам лучше покончить с ними!
- Мы не будем этого делать, – меланхолично сообщила Гермиона, возвращаясь к излюбленной стене.
- Что?! – чуть не захлебнулся возмущением Гарри. – Как так – не будем?!
Гермиона наконец по доброй воле оторвалась от зелено-серебристых обоев и посмотрела на друга.
- Очень просто. Не будем. Пока, – уточнила она.
- Но почему?! – Гарри все еще ни черта не понимал.
- Потому что мы не знаем наверняка, чувствует ли Сам-знаешь-кто, когда крестраж погибает. Про это в книге ничего написано не было, – наконец она объяснила ему хоть что-то. Хотя по-прежнему не очень понятно.
- Поясни, – попросил Гарри, устало плюхнувшись в кресло напротив подруги.
Оказывается, попытки привлечь её внимание могут быть весьма утомительными. Кто бы мог подумать? Может, все же стоит сменить хотя бы цвет волос? На блондинистый такой…