Лот номер 69 (СИ)
Кажется, водитель слишком хорошо прочувствовал угрозу, потому затрясся крупной дрожью.
— Да я… — бормотал он, — это не я… это она…
— Кто «она»? — вскинул бровью Василич и взял его за грудки. Водитель нервно вскрикнул, но не пытался высвободиться.
— Ева, она… деньги, много денег… я играю в онлайн-казино… у меня долги… — шептал мужчина на последнем издыхании, словно собрался умирать прямо тут. Василич тут же отпустил бедолагу, и он рухнул на пол, мертвецки бледный и потный от страха.
— Ну вот, зря парня с собой тащил, — вздохнул Василич. — Ладно, пойдём, скажем молодчику, что от процедуры снятия отпечатков у всех присутствующих он освобождён. И заодно найдём эту самую Еву. Послушаем, что скажет она.
— Могу я с ней сам поговорить? — спросил я, потому как считал, что в настолько личные дела примешивать посторонних просто неэтично.
— Как хочешь, — ответил крестный. — Но после все равно отдай ее мне. Я еще немного поговорю, а если подтвердится, то «пристрою» ее куда следует.
Мы вышли из гаража, и Василич решил закурить. Мне тоже сильно захотелось, потому я попросил у него сигарету, которой он без проблем поделился.
— А есть у тебя возможность сейчас найти человека по номеру телефона? — вдруг спросил я. Речь шла про Миру, которая, скорее всего, либо не ответит, либо не скажет своё местоположение, а я должен был ее вернуть.
— Да без вопросов, — ответил он. — Давай номер, щас отзвонюсь куда надо, в течение часа ребятки из-под земли достанут.
Глава 33
Уставшая и совершенно разбитая из-за случившегося, я весь оставшийся день отъедалась и принимала ванну, пытаясь расслабиться как только могла. Уснула тоже рано, а проснулась ближе к обеду. Бабушка ушла на работу в поликлинику, а я осталась одна в ее доме. Несмотря на время, вставать совершенно не хотелось. Как и есть… да и вообще жить. Странное ощущение… я выбралась из лап человека, который меня купил, и при этом чувствую себя глубоко несчастной. Я полная дура, наверное.
Визг шин по асфальту заставил меня вздрогнуть и привстать на кровати. Отодвинув одеяло, я спустила ноги на холодный пол и подобралась к окну. Выглянув на улицу, увидела несколько чёрных бмв у ворот, и сердце в пятки ушло. Ни одна из машин не была похожа на автомобиль Феликса, зато очень напоминала то, на чем меня вёз Роберт. Увидев, как знакомая туша вылезает с заднего сидения, я в страхе отшатнулась от окна. Мне срочно надо спрятаться. Не знаю, куда, но… если этого не сделаю, то всё, конец.
Не знаю, почему, но первым делом взяла с полки телефон и стала набирать Феликса, хотя не понимала, что ему скажу, да и вообще не уверена, что он меня выслушает. Гудки закончились ничем, а потому я спешно набрала сообщение со словом «помоги» и убрала телефон. Осматриваясь вокруг, из-за страха я не могла сообразить, куда спрятаться. Громкий стук во входную дверь заставил меня дёрнуться. Она же не закрыта! Роберту стоит всего лишь повернуть ручку, чтобы войти! Значит, я не могу даже из комнаты выйти. Черт! Я подбежала к окну и выглянула на улицу: около ворот стояло двое мужчин, потому побег из дома через окно — вариант из ряда фантастики. Я заперта в этой комнате. И мне нужно спрятаться здесь… или обороняться. Да, наверняка в ящике комода, который используется как хранилище для всякого-разного, я смогу найти что-нибудь, чем оглушу любого вошедшего сюда.
Подбежав к двери, я тихо провернула ключ, закрывшись изнутри. Тут же метнулась к комоду и открыла верхний ящик. Там лежали какие-то старые тряпки, набор для шитья, клей, ножницы… Ножницы! Я взяла их в руку, решив, что это поможет, если ничего лучше не найду. Отложив их в сторону, я стала быстренько осматривать остальные, к сожалению, ничего больше не нашла. Подняв ножницы с пола, я посмотрела на острое лезвие, задав себе вопрос: а если убью? Они же чертовски острые! Разве смогу ли я жить с пониманием, что на моей совести смерть другого человека, даже если он последний подонок?
Громкие шаги вернули меня в реальность. Незваные гости были слишком близко, уже в коридоре, не ровен час, как они захотят узнать, кто находится в этой комнате, а потому мне некуда прятаться. Под кровать? Так проверят сразу же, если не дураки. Шкаф слишком узкий даже для меня. У меня оставалось два варианта: пытаться лезть через окно или идти на опережение и атаковать ножницами первого, кто решит войти. Второй вариант казался мне гораздо более слабым, чем первым, даже несмотря на угрозу быстрого разоблачения.
Подбежав к окну, я открыла его и таки решила вылезти на улицу. Плевать, что в одной ночнушке и без обуви, благо на дворе лето, главное — сбежать. Куда угодно. Вернувшись за телефоном, я решила, что придётся в любом случае просить помощи у Феликса — он моя единственная надежда, как бы страшно это не звучало. Надо сбежать и дозвониться до него во что бы то ни стало.
Благодаря природной гибкости я ловко вылезла из окна и ступила на хлипкий карниз. Он начал шататься под моим весом, и едва я стала двумя ногами, как подо мной прозвучал неприятный хруст. От неожиданности я даже не успела схватиться за окно — мгновенно полетела вниз. Приземлилась на спину, но из-за адреналина, зашкаливавшего в момент побега, тут же попыталась подняться. Поясница заныла так, словно я упала не на землю, а на несколько десятков острых штырей. Бешеным взглядом я посмотрела на ворота — люди Роберта обратили на меня внимание, а потому нужно было бежать. Собрав волю в кулак, я встала и понеслась в огород, чтобы через известную мне дырку в заборе, через которую раньше пролазил покойный алабай по кличке Хаски, выбраться отсюда и побежать, куда глаза глядят.
— Стой! — крикнул некто сзади, но я не слушала. Оставив на месте падения разбитый телефон, я зачем-то потащила с собой ножницы. Отбитая поясница не позволяла набрать большую скорость, но шумный выстрел за спиной прибавил мне желания сбежать.
— Стой, дура, пристрелю нахер! — и за спиной послышался еще выстрел. Судя по тому, что мимо меня даже пуля не пролетела, это был предупредительный в воздух, как и первый. Я должна была испугаться и замереть, но нет, получалось наоборот. Подбежав к ограде, я присела на корточки и стала отодвигать кусты. Там, где должен быть лаз для большого пёсика, больше ничего не было. Кто-то заделал мой единственный путь к отступлению. Понимая, что мне конец, я встала и выпрямилась. Развернулась лицом к преследователям. Двое мужчин замедлили шаг, но продолжали двигаться ко мне. Справиться с ними при помощи ножниц? Да у меня все шансы, блин! Особенно против пистолетов!
Замерев на месте, я увидела, что вдали шёл Роберт. Наверное, вышел из дома, как только услышал шум и крики на улице.
— Не подходи! — крикнула я в сторону одного мужчины, который оказался слишком близко. Ножницы в моей руке его только насмешили.
— А то что? Разрежешь меня пополам? — хохотнул он.
Я поняла, что есть только один способ остановить его. Поднеся ножницы к собственному горлу, повторила:
— Не подходи! Иначе сама себя прирежу!
— Хватит ли силы, дорогая Мирослава, или это всего лишь пустые слова? — спросил Роберт, когда поравнялся со своими людьми. Моя угроза их остановила. Ненадолго, возможно, но… надеюсь на лучшее.
— Хватит! — шумное прерывистое дыхание и бешеный взгляд, казалось, убедили Роберта в том, что я намерена идти до конца. Тогда он спросил:
— Почему ты не хочешь вернуться ко мне? Я же очень щедр со своими девочками.
— Потому что я не собираюсь торговать своим телом! — выплюнула я, казалось бы, очевидный ответ.
— Ты так говоришь, словно что-то плохое, — спокойным тоном продолжал он. Заговаривает мне зубы, скотина, чтобы я убрала ножницы, но я не поддамся. — Тебя ждет шикарная жизнь, Мира. Отдых на яхтах, богатые мужчины, одежда от гучи… многие женщины мечтают о таком, а я предлагаю тебе прямо сейчас.
— Я еще раз повторяю: я. Не. Собираюсь. В этом. Участвовать, — чеканила отдельно каждое слово, чтобы до подонка, у которого нет ничего святого, наконец дошло.