Гранд-адмирал. Том третий (СИ)
Акбару не потребовалось много времени, чтобы понять сакральный смысл происходящего. И найти выход из ситуации.
Траун отрезал их от вектора выхода, лишил возможности уйти в гиперпространство.
Но он просчитался — ведь «Химера» тоже в зоне искусственной гравитации. И ее гипердвигатель так же не в состоянии сработать и увести флагманский корабль из этой системы.
Как бы ни старались имперцы заманить Новую Республику в ловушку (а не по этой ли причине здесь все же нет ботанов?), Траун просчитался.
Да, позади дивизиона Акбара целая армада, которая сотрет его флот в порошок. Но впереди — имперцы, которые находятся в том же положении.
А еще дальше за ними — одинокая «Химера».
— Полный вперед! — приказал Джиал. — Свяжитесь с кораблями имперцев, передайте, что я предлагаю объединиться ради выживания.
О победе здесь речь уже не идет.
По крайней мере — пока что.
— Адмирал, — совершенно убитым голосом произнес офицер связи. — Все каналы передачи сообщений… Забиты помехами.
Очередная типовая имперская тактика — заглушить помехами частоты связи, чтобы жертва не могла вызвать подкрепление или сообщить о своем бедственном положении.
Ничего нового.
— В таком случае, — Джиал бросил взгляд на команду мостика, — прорываемся к «Химере». Уничтожим флагман — обратим их в бегство. Вперед…
Имперцы не отличаются тактической инициативой. Обезглавь их соединение — и они превратятся в стадо бант. Эндор и последовавшие за этим события наглядно продемонстрировали справедливость этого постулата. Траун, может быть и гениален в стратегии, но его тактика на поле боя более чем стандартная. Он буквально воюет по учебнику с минимальными изменениями хорошо знакомых приемов.
Вот и сейчас, обнаружив, что находится в меньшинстве и держать дальний периметр уже бессмысленно, Траун отводит свои перехватчики поближе к «Химере». Не иначе как для того, чтобы поддерживать их огнем корабельной артиллерии.
Краем правого глаза мон-каламари заметил массивный всплеск света в том месте, в котором находилась «Химера».
— Великая Сила! — в панике воскликнул один из офицеров.
Кто-то негромко выругался. Остальные смотрели в главный иллюминатор мостика. Их глаза были расширены от испуга.
Джиал повернул голову в указанном направлении.
Как раз в тот момент, как звездный суперразрушитель типа «Палач», материализовавшийся за над «Химерой», обрушил турболазерно-ионный огонь по кораблям, находящимся в зоне поражения.
А в рядах имперских истребителей, перехватчиков и бомбардировщиков начали рвать ракеты, которыми суперразрушитель щедро осыпал авиацию имперцев, грозя уничтожить ее за считанные минуты.
«Это ловушка!» — мелькнула в голове Джиала его легендарная фраза времен Битвы при Эндоре.
Поразительное сходство ситуаций…
* * *
— Перегруппировать эскадрильи, — довольно твердым голосом вещал лейтенант Тшель. — Поврежденные машины отвести в ангар «Химеры» на ремонт. Уцелевшим перехватчикам — перейти к обороне разрушителей.
Стоило только молодому командиру понять, что в уничижительном меньшинстве сражаться не придется, он воспрял духом. И сейчас его голос звучал четко, твердо и приказы сыпались как из рога изобилия.
Что ж, соглашусь с капитаном Пеллеоном. Тшелю еще рано командовать собственным кораблем. Склонен теряться в неблагоприятной ситуации. А хладнокровие — это важнейшая из черт командира.
«Паника на корабле — страшнее всего».
Каждый командир, покидая причал и отправляясь за пределы базы должен понимать, что может произойти всякое. В том числе и ситуация, при которой он окажется в невыгодных для себя условиях. И там уже не будет времени на «подумать». Голова должна работать в любой ситуации.
Нет, Тшель не «брак».
Он просто молод. Ему банально не хватает опыта для понимания всей ответственности командира за вверенный ему корабль и экипаж. Нужно будет разработать для него программу подготовки.
— А вы не так просты, гранд-адмирал, — произнес Макено. — Признаюсь, я вас недооценивал.
— Не принимайте близко к сердцу, капитан, — посоветовал я. — Не вы первый. И уж точно не последний.
Переключив комлинк на офицера связи, обратился к нему с просьбой связать меня со «Стражем».
* * *
«Это просто «Химера», — повторял мысленно капитан Пеллеон, наблюдая за тем, как ведомый его приказу девятнадцатикилометровый звездный суперразрушитель разворачивается к позициям противника наиболее боеспособным бортом. — «Просто очень большая «Химера».
Пять суток техники экипажа и их коллеги с флагмана гранд-адмирала нещадно опустошали запасы из трюма «Феникса», готовя корабль к дальнейшей службе.
Просто не знали, что время, когда им придется пустить корабль в бой, настанет так быстро…
При всех других обстоятельствах Гилад бы возражал намерениям Трауна использовать корабль в сражении.
Поврежденный, с некомплектным экипажем, выбитой артиллерией и некачественной защитой… Не говоря уже о том, что на борту лишь одна эскадрилья куцых потрепанных жизнью TIE-истребителей, которые едва удалось починить так, чтобы они не фонили при работающих двигателях так, как будто в кокпите установлен атомный реактор.
— Сообщение с «Химеры», сэр, — к нему подошел полковник Ниови, передавая компактный голографический коммуникатор. — Гранд-адмирал Траун на связи.
— Благодарю, Гастос, — кивнул Гилад, принимая устройство.
Полковник молча кивнул и вернулся к «ямам», продолжая выполнять роль старшего помощника.
Причина его назначения на эту должность проста — командира и всех старших офицеров корабля Дроммель репрессировал. Их тела уже эксгумированы, как и погибших на Соуллексе, доставили в корабельный морг и предали погребению по давней флотской традиции.
Не знакомый ни с экипажем, ни тем более не имеющий у них авторитета, Пеллен в ходе операции мог столкнуться с огромными трудностями, поэтому ему требовался исполнительный помощник.
Ниови команда уважала, отчасти побаивалась. Тем более что он в значительной мере уже выполнял подобную роль, будучи правой рукой Дроммеля. Но он не флотский офицер. Под его чутким руководством «Страж» мог закончить так, как и предполагает большая часть галактики.
Но сейчас важно другое — Ниови железной рукой удерживал дисциплину, доукомплектовав свободными штурмовиками посты второй и третьей очереди резерва, что практически вернуло «Стражу» его боеспособность.
Именно поэтому сейчас ракетные шахты звездного суперразрушителя изрыгали из себя непрерывный поток снарядов. Никто не скупился на расход боеприпасов — необходимо было как можно быстрее разделаться с авиацией противника, чтобы не допустить уничтожения собственного авиакрыла. И тут уже какая разница, что ты стреляешь противокорабельными ракетами по подобной «мошке» — цели поражались, и это главное.
— Эффектное появление, капитан, — такими были первые слова голограммы гранд-адмирала.
«Он еще и издевается», — подумал Пеллеон.
Или Траун просто не знает, что на «Страже» вышел из строя один из ходовых двигателей после того, как корабль совершил короткий гиперпрыжок, выйдя из гравитационной тени Соуллекса и остановленный зоной искусственной гравитации, которую в системе создали многочисленные крейсера-тральщики и звездные разрушители типа «Интердиктор»? Впрочем, это не важно.
— Пока что мы справляемся с подавлением авиации противника, — заметил Пеллеон. Краем глаза он наблюдал за тем, как ионные пушки «Стража» буквально рвет на куски электронику звездных разрушителей типа «Гладиатор» — «Кровавых амбиций» и «Коварного». Всего-то потребовалась пара минут сосредоточенных залпов турболазерами, чтобы сбить дефлекторные щиты, и вот, оба разрушителя уже наполовину не функциональны, а по их корпусам то и дело расползаются ветвистые молнии, выжигающие активную электронику. Сколько бы там не пытались ремонтные команды восстанавливать — на ближайшее время эти корабли трупы.