Однажды. Часть первая (СИ)
— Ссс!!! - Зашипела. Смотрит на руки. Повязок нет. Много мелких ранок, которые успели немного подсохнуть, изрисовали всю поверхность ладоней. Зрелище не очень-то привлекательное.
Обводит комнату сонным взглядом. На тумбе возле кровати лежат грязные ленты бинтов. Он снял их?
Кости затекли. Варе показалось, что спит он достаточно крепко, и она попробовала аккуратно из-под него вылезти.
Ещё одна попытка подняться. На локтях. Медленно. Осторожно. Ей бы в душ. Быстрый взгляд на часы. Полвосьмого. Рано. В доме ещё тихо.
Принимает полусидячее положение. Теперь нужно убрать его руку. Или голову. Если она сможет вылезти, это будет большой удачей. Чтобы сходить в душ, ей необходимо выйти из комнаты. И тогда она больше сюда не вернётся. Достает из-под себя подушку. Надо подложить её под его голову вместо живота. Как-нибудь незаметно. Осторожно поднимает его голову. Совсем чуть-чуть.
- Тебе не спится? - Ледяным тоном. Хриплым голосом. Его рука крепче сжала бедро. Пальцы затвердели.
Варя замерла. По спине прошёл холодок. Нужно что-то ответить?
Антон немного шевелится и укладывает голову поудобнее. Руку убирает с её бедра и начинает копошить ею. Парень находит лазейку в её одеяле-коконе и просовывает туда кисть. Девушка ощутила, как большая пятерня легла ей на обнаженное колено. Там, где приклеен пластырь. Её глаза расширились, а пульс участился, наверное, вдвое. Секунду или две его пальцы не шевелятся. А потом, он, медленными движениями пару раз гладит её кожу. Раз, два, три... затем выше. Туда и обратно. Туда, и снова обратно. Мучительная пытка.
- Антон... - нужно выбираться.
- Молчи. - Просто «молчи», и всё. Движения его руки становятся более настойчивыми. Её дыхание сбивается. Прошелся ладонью снова вверх и сжал кожу. Нет...
Обвёл кончиками пальцев кромку трусиков. Повторил. Девушка слышит, что он стал дышать немного громче. А потом Антон просовывает руку ей между ног и замирает на секунду.
Парень чувствует, как она напряглась, когда его пальцы легли ей на холмик. Ножки сжала. Думает, это его остановит... Надавливает слегка, и девчонка дёргается.
Нет, дорогая... бесполезно.
Варя дергается ещё раз в попытках остановить его и выбраться. А Горький просовывает руку глубже, и сквозь трусики трёт промежность.
- Антон! - Почти скулит девушка...
- М? - Вот же... на что она надеется?
- Антон, не надо. Пожалуйста... я... - Запинается. - Я в туалет хочу. Очень.
Боже, пусть сработает...
Горький громко вздыхает. Приподнимается на локте и поворачивает к ней голову.
- Ты же это специально, так? - Голос после сна до сих пор хрипит.
- Я... правда. Мне очень нужно. - Мнётся и опускает глаза.
Он ещё раз вздыхает и встаёт, отпуская её.
Варя смотрит на его спину. Всё-таки его татуировка в полной мере отражает сущность хозяина.
Он поворачивается, и она видит, как сильно Горький возбуждён. Немного стушевалась. Подняла глаза. Живот. Грудь. Всё гармонично и красиво. Рельефно. Он следит за своим телом.
- Ну и?? - Голос Антона вырывает её из мыслей. - Мне лечь назад?
- Нет! Я иду! - Собирает вокруг себя одеяло и снова кутается, прежде чем встать.
Антон делает шаг к ней и одним рывком раскручивает её из этого кокона, оставляя её в одних трусиках и этой дурацкой водолазке.
Варя в недоумении пытается прикрыться руками. Да хоть чем-то! А парень подкатывает глаза, берёт полотенце, в котором ночью вернулся из душа, и кидает его ей на постель.
— С-спасибо... - Обматывается им вокруг себя и поднимается с постели. Эта её неловкость, стеснительность... раздражает! Антон в это время натягивает свои брюки. Немного жмёт сейчас в районе паха, и он слегка оттягивает там ткань.
Варя проходит к двери и тихо её открывает. Выходит в коридор, и на носочках, прихрамывая, крадётся в сторону санузла. Заскочив туда, хочет уже закрыть дверь, как в помещение за ней следом ступает Антон.
Отодвигает её и сам щёлкает замком.
- Ты... - У Вари во рту пересохло. - Зачем ты со мной пришёл? Я в туалет хочу... - Шепчет.
- Я подожду. - Говорит спокойно, и складывает руки на груди.
- Но...я не могу так! Это шутка? - Растеряно смотрит на него снизу вверх. - Пожалуйста...
Антон немного удивлен. Сам себе. Переборщил. Он это понял.
— Я даю тебе ровно минуту. - Наклоняется ближе к её лицу. - И ты выходишь...
Варя быстро кивает головой и переминается с ноги на ногу. Горький выходит, и она громко выпускает воздух из лёгких.
Сидя на унитазе девушка рассматривает свои ладони. Потом пальцы тянутся к коленям и медленно отклеивают пластырь. Чуть морщится. Клейкий слой тянет за собой крохотные кусочки кожи... больно. Тихий стук в дверь. Девушка опомнилась и , выкинув грязный пластырь в урну, вскочила и суетливо натянула трусики. Стук повторился, и она на одной ноге скачет к двери. Она решила, что не пойдет обратно в комнату. Ведь именно для этого Антон её там ждёт? Она просто начнёт громко разговаривать. Чтобы кто-нибудь проснулся и вышел...
Варя распахивает дверь, готовая обороняться, но Антон в одну секунду вталкивает девушку назад, и заходит сам.
- Не смотри на меня такими глазами. - Отвечает ей на немой вопрос и закрывает дверь на замок. - Мы примем душ. Вместе. - Горький не намерен уезжать сегодня «с пустыми руками»... - И ты не пикнешь. Тем более, с твоей больной ногой, тебе нужна подстраховка.
Варвара открывает рот, чтобы хоть что-то возразить.
— Я не отпущу тебя. Пойми уже... Ты настолько глупа? Я не насытился ещё, понимаешь? - Наклоняясь, заглядывает в перепуганные глаза.
Ему совсем её не жалко? Она стоит перед ним, побитая и израненная. И не только снаружи. Её душа кричит от боли. Подстилка? Она запомнит эти слова.
Мне нравится вкус твоей боли.
Эти слова она тоже запомнила.
Что же ты за человек такой? Сжалься. Посмотри и прояви милосердие...
Но вместо этого Антон делает большой шаг вперёд, подводя девушку к стиральной машине. Протягивает руку и включает в раковине воду. Чтобы звук шумной воды заглушил возможные протесты.
Стоя почти впритык, расстёгивает свои брюки и спускает их. Остаётся в одних трусах и выжидающе смотрит на девушку.
- Тебе помочь? - Наклоняет голову вбок.
Варвара смотрит на него затравленно и тихо произносит:
«Я не хочу...»
- Такой ответ не принимается, Замухрышка... - Обманчиво спокойно заправляет ей прядь за ухо, и не отрывая от неё пальцев, медленно ведёт ими вниз, по шее, ключице, груди, задевая область соска, по животу.., и останавливается только тогда, когда нащупывает край её кофты. Цепляет его и тянет наверх. Она, преодолевая жгучую боль в ладонях, обхватывает его руки и жалобно взирает в эти чёрные глаза. А там пустота. Похоть и пустота.
- Смирись. - Убирает её руки. - Если не хочешь, чтобы было больно... - Просто смирись. И не сопротивляйся. Иногда это надоедает.
Стягивает эту тесную водолазку и оставляет её в белье. Осматривает. С головы до ног. Будто оценивает. Как товар...
Варя пытается прикрыться руками. Здесь так светло... как в операционной. Ему всё видно. Каждый волосок на её коже, который сейчас встал дыбом. Стыд.
Горький тянется за её спину и щёлкает застежкой лифчика. Медленно тянет лямочки по плечам и, в конце концов, освобождает её грудь от ненужной вещицы. Девушка прижала ручки к обнаженной коже.
- Я могу сделать тебе больно... Варя. - Произносит тихо и уверенно. - Опусти руки сама.
Но девушка будто не слышит. Тогда Антон обхватывает её запястья и с силой оттягивает их от желаемого кусочка тела. Варя скулит, когда он оказывается сильней. И он сводит израненные ручки у неё за спиной. А затем тянется второй рукой вниз. Проводит пальцами по трусикам. Обводит средним пальцем бугорок и слегка давит. Девчонка дергается и морщится.
А он поднимает руку чуть выше и ныряет под тонкую ткань. Проводит по складкам.
Она не мокрая. Совсем. Ни единой капли.