Зелень. Взгляд в прошлое (СИ)

Наступал рассвет. Кир вышел под холодный, колючий дождь и побрёл, не разбирая дороги, с трудом удерживая равновесие на льду. Он не мог видеть, как вскоре, из того же подъезда, выбежал молодой мужчина и перекрывая шум дождя нечеловеческими криками, в отчаянной дикой злобе колотил голыми руками по кирпичной стене, прежде чем сесть в машину и сорваться с места. Кир продолжал идти и громко плакал, навзрыд, не щадя больного горла. Слёзы замерзали на прожигающем ветру и превращались в ещё одни ледяные капли. Весь мир вокруг был в этих чертовых, безжалостно рвущих кожу и душу каплях. Той ночью в их город пришёл ледяной дождь…
« … на Загородном шоссе в 5.30 по московскому времени произошло серьезное ДТП, в результате которого погибло три человека. Предварительно известно, что двадцативосьмилетний водитель автомобиля Ниссан Террано, выехав на встречную полосу, на высокой скорости совершил лобовое столкновение с автомобилем Митсубиши…» — нажав на пульт, Павел Фёдорович Рогозин выключил телевизор и устало потёр глаза. Задействовав все свои связи, он сделает всё возможное, чтобы сегодняшнее происшествие не вышло за рамки обычного ДТП, но мысль о том, почему друг его сына решил так топорно лишить жизни этих двоих, и так глупо самого себя, не давала бывшему подполковнику покоя. Информация, полученная им сегодня по своим каналам, вопросов только добавила. Исаев Марат, 1985 года рождения, уроженец города Уфа, находился в розыске с 2009 года. За ним числилось несколько изнасилований, в том числе своего родного племянника. Несколько лет назад был задержан в Москве в качестве подозреваемого по делу скончавшегося от передозировки семнадцатилетнего подростка в одном из закрытых клубов. Но странным образом ему удалось скрыться, а дело вскоре и вовсе было закрыто. Отца второго погибшего, Тиграна Ратевосяна, Павел Фёдорович знал очень хорошо — Гагик Ратевосян был весьма успешным и ушлым бизнесменом. Двенадцать лет назад развёлся с женой Татьяной, матерью Тиграна и уехал покорять столицу, весьма, кстати, успешно. Тигран всё это время жил с отцом. А вот пару лет назад неожиданно вернулся в свой город. И даже на похороны Гагика, скончавшегося от рака в прошлом году, не поехал.
Вопросов было много… но сейчас нужно заниматься организацией Женькиных похорон. Лёша со Светой едва-едва держатся благодаря уколам и сами напоминают живых мертвецов, про Петровича и говорить не стоит, а Диму временно пришлось забрать к себе — его истерики самые страшные…
Лёха со Светкой в первое время, действительно, походили на зомби —чёрные круги под глазами, ничего не выражающие, пустые глаза, заторможенные движения. Димка же поначалу орал, рыдал, катался по полу, потом, приходя в себя, стал понимать, что пугает их, поэтому старался сдерживаться хотя бы дома. Макс вывозил его на пустырь, выталкивал из машины и заставлял там кричать во всё горло. И Дима кричал. До сорванных связок кричал, до темноты в глазах. И это неплохо работало! Он первым оправился после Жекиных похорон. Потом оттаяла Света. Димка прекрасно понимал, чья это заслуга. Наличие Игоря в жизни матери его нисколько не расстраивало. Он переживал за Лёху.
Рогозин ушёл в себя, и возвращаться упрямо отказывался. Он ходил на работу, выполнял какие-то механические движения, пытался есть, пить, спать. Последнее получалось хуже всего. Чтобы не мешать Светке, перебрался из их спальни в гостиную. Однажды, проснувшись после очередных Лёхиных криков, к нему пришёл Малой и молча лёг рядом, обняв крепко со спины. И Лёха впервые после смерти Кубы смог выспаться! Так продолжалось ещё несколько раз, пока его сон не стал намного спокойнее. Но в спальню к жене он так и не вернулся. Рогозин дураком никогда не был и очень быстро сообразил, что у Светки кто-то есть. Ревновать он не умел. Начинать разговор первым ему не хотелось, он решил подождать, когда Светка сама решит признаться. Единственный, кто его волновал — это Малой! Своего Димку он не отдаст никому ни при каких обстоятельствах. Это он знал железно!
 
А в Димкиной жизни появился Кир, который ненавязчиво, незаметно, тихим сапом приручил его к себе. Они много разговаривали, гуляли, иногда целовались. Кир знал о его любви к Лёхе. И сразу дал понять, что не претендует на ответные чувства. А в начале лета Дима сам пришёл к нему и остался на ночь. Первое время он брал Кира отчаянно, грубо и зло, будто мстил кому-то. Потом секс стал приносить не только разрядку. Кир научил его быть нежным, внимательным и чутким. Кир плавился под ним, растворялся в его ласках и сходил с ума от удовольствия. Их отношения Дима тщательно скрывал. А Кир терпеливо, как верная собачонка, сидел и ждал ночами — вдруг придёт? И неважно, после встреч с друзьями, или после очередных клубных загулов, лишь бы приходил, лишь бы целовал страстно, взахлёб у самой двери, лишь бы трахал, как только он один умел, лишь бы долго, лишь бы до утра, лишь бы … навсегда … ?
В феврале Димкина мать забеременела от Игоря и состоялся наконец-то разговор, который все в их семье ждали, но до последнего откладывали. И в тот же вечер Дима расстался с Киром. Он сказал ему «спасибо» и «прости». «Спасибо» — за то, что спас тогда, за то, что не дал загнуться от боли и безнадёги. «Прости» — за то, что не любил никогда, за то, что никогда не полюбит. Сказал и ушёл, оставив Кира загибаться от боли, безнадёги и нелюбви. В марте Кир уехал в Москву и вернулся к своей прежней жизни.
Для Димы начался сезон охоты на Рогозина, который длился почти год. А когда непреступная крепость пала, то начались проблемы, о которых Дима и подумать раньше не мог.
Сначала был секс. Долгожданный, желанный, сладкий. Восемнадцатилетний, пышущий здоровьем Димка, с бушующими гормонами после добровольного годичного воздержания и сорвавшийся с цепи в бездну непривычных для него, но таких сильных чувств Лёха — не могли оторваться друг от друга в прямом смысле слова. Рогозин даже отпуск взял, а Димке справку липовую для школы сделал, чтобы, закрывшись от всего мира, наслаждаться друг другом непрерывно. Первые две недели из дома не выходили, да что там из дома, из кровати! А после …
После у Лёхи началась эмоциональная ломка. А для Димки наступил его персональный ад!
Долгие месяцы Дима жил в состоянии постоянного стресса. Он даже не помнил, как сдавал ЕГЭ, как поступал в ВУЗ, он помнил только, как сносило Рогозину крышу на предмет: «Что мы делаем? Это не правильно! Чудовищно! Мы не должны!». Лёха мог месяц не прикасаться к Димке, уйти из дома на несколько дней, чтобы потом … приползти на коленях, облизывать пальцы Димкиных ног, выцеловывать каждый сантиметр желанного родного тела, плакать, кусать, зализывать, нежить и шептать о том, как любит, как сильно любит… И так до очередного срыва, до следующего: «Мы должны прекратить».
В сентябре свои девятнадцать лет Дима встретил в полном одиночестве, просидев всю ночь за накрытым столом, дожидаясь Рогозина, который пришёл домой только через два дня. А в холодном, промозглом ноябре, Дима, после очередной ссоры, нашёл его в дешёвом грязном баре с незнакомой компанией каких-то левых мужиков и вульгарных баб. И это стало последней каплей.
Он уехал к друзьям, к Максу, по которому скучал, и … ему вдруг стало жизненно необходимо увидеть еще одного человека. Он позвонил Киру.
Кир приехал. Бросил всё и приехал первым же поездом. Ночь, день и ещё одну ночь они провели в гостинице, напиваясь до беспамятства, трахаясь и снова напиваясь.
А наутро следующего дня Дима прямо из этой гостиницы отправился в военкомат.
========== Часть 6 ==========
— Полегчало тебе? Выпустил пар? Ты человеку нос чуть не сломал… На хрена сразу бить? — Дима, наклонившись с пакетом льда над лежащим, стонущим Киром, кричал на обоих: — А ты давай не прикидывайся, я все твои уловки знаю, переигрываешь. Всё, держи сам.
Рогозин стоял, чернее тучи, и зыркал то на Малого, то на белобрысого смазливого незнакомца, подавляя нестерпимое желание убить последнего.
— Может, объяснишь мне, что это за хуй, откуда он взялся, и ГДЕ это, а главное КОГДА, вы с ним так долго и качественно еблись?