Власть книжного червя. Том 2 (ЛП)

— Итак, Фран, не мог бы ты проводить меня к покоям главного священника? Я буду помогать ему с его документами сегодня утром.
— Конечно, сестра Мэйн.
Фран начал идти. Я с Лютцем отправилась за ним. Гил плёлся за нами в самом конце.
— Ей, — одёрнул меня Гил, — если я буду делать свою работу, всё станет хорошо?
— Именно так, — ответила я. — Я сполна заплачу тебе за качественную работу.
— Прошу прощения за вторжение, отец Фердинанд, — произнёс Фран, заходя в покои главного священника. — Сестра Мэйн прибыла, чтобы увидеть вас.
Главный священник оторвал взгляд от своего стола.
— Ах, вы прибыли? Как вы себя чувствуете?
— Спасибо за беспокойство, отец, — ответила я, — я чувствую себя неплохо. У меня есть предположение, что мой предыдущий обморок мог быть последствием освящений. Может ли ухудшиться физическое состояние человека, когда в его теле мало маны?
Он положил ручку и начал смотреть куда-то в сторону, словно пытаясь пробудить глубинные воспоминания.
— Мне известны примеры гибели в случае истощения маны, однако я никогда не слышал, чтобы кто-то претерпевал недомогание из-за недостатка маны. Скорее всего, это особенность болезни «пожирания».
— Особенность «пожирания»? — удивилась я.
— Да, это не исключено. Сейчас носители этой болезни встречаются редко, да и к тому же, они умирают ещё в детстве, поэтому мы очень мало знаем о ней. Не думаю, что на данный момент, мы бы могли найти человека, который был бы носителем столь выдающегося объёма маны и при этом был бы жив. Однако, это только подогревает мой интерес к таким людям.
Он пристально смотрит на меня, взглядом безумного учёного, который только что нашел идеальный предмет исследования. У меня от этого мурашки по коже. Сопротивляясь непреодолимому желанию убежать, я меняю тему разговора.
— У меня есть другой вопрос. Если мне не изменяет память, иногда священнослужителей в синих робах посылают в дворянский квартал, для проведения ритуалов, верно? Нужна ли для этого какая-то особая одежда, которую мне необходимо приобрести, или?..
— Есть ритуалы, которые проводятся ежегодно, но их не проводят такие ученики, как вы. Касательно одежды: нет никакой конкретной одежды, всё что нужно — носить церемониальную синюю робу… Кстати, где ваша роба?
Когда он упомянул это, я вдруг вспомнила, что до сих пор не надела свою робу.
— Мне сказали, что для меня было бы опасно ходить в робе вне храма, поэтому я собирался надеть её, когда прибуду сюда.
— И что же в этом опасного?
— Меня могут принять за дворянского отпрыска, похищенного с целью получить выкуп. Одну минуту, пожалуйста, если можно…
Я потянулась в корзину Лютца, которую он поставил у своих ног, чтобы достать робу с поясом.
— Что ты?.. — удивлённо спросил Лютц.
Хочу надеть свою одежду. — спокойно ответила я.
Я ныряю головой в робу, аккуратно расправляя ткань, чтобы ненароком не зацепиться шпилькой, после чего, просовываю голову через горловину. Покончив с этим, я обнаружила Франа, опустившегося на колени рядом со мной. Его рука была вытянута вперёд, а лицо выражало чувство неловкости.
— Что-то не так, Фран?
— …Я собирался помочь вам одеться. — сказал он, всё с той же эмоцией на лице.
— Ах, эм… не мог бы ты помочь мне с моим поясом, пожалуйста?
Наверное, мне не стоило одеваться самой. Нужно как-то узнать, что входит в перечень обязанностей помощника. Пока я стояла с поднятыми руками, а Фран надевал пояс, главный священник смотрел на меня с некоторым раздражением.
— Мэйн, пожалуйста, переоденьтесь в своей комнате. Это выглядит неприлично.
Неожиданно тема собственной комнаты встала сама по себе. Поскольку переодеваться мне нужно каждый день, думаю, мне нужно попросить для этих целей раздевалку или кладовую.
— …Вы выделите мне комнату?
— Нет, я оговорился. Когда говорил на эту тему с Преподобным, я попросил его выдать вам комнату в дворянской части храма, на что получил радостный отказ. Таким образом, вы получили право жить дома. Теперь, я уже не смогу помочь вам с получением комнаты.
 
Даже и предположить не могла, что главный священник окажется единственным из священников, кто считал, что моё проживание дома — хорошая идея. Кажется, ему пришлось вывернуться на изнанку, чтобы добиться её реализация.
— Гм, отец Фердинанд, разве нет комнат помимо тех, которые расположены в дворянской части храма?
Эта фраза, кажется, застигла его врасплох. Он так сильно нахмурился, что у меня создалось впечатление, будто он меня совершенно не понял. Его взгляд, наполненный недоумением, тут же мотивировал меня на отчаянные попытки объясниться.
— Насколько вы знаете, хотя я и ношу синюю робу, я не дворянин. Поэтому я не ожидаю, что мне выдадут комнату, отведённую для знати. Мне просто нужно место, где я бы могла переодеваться, хранить свои вещи и встречать гостей. Может быть для этого подойдёт кладовая?
От изумления, главный священник широко раскрыл глаза.
— Вы хотите принимать гостей в кладовой?! — гневно воскликнул он. — Как вы можете позволять себе такую бестактность?!
Действительно, это было бы неприлично, однако то, в каком положении вынуждены находиться мои гости сейчас — намного более неприлично.
— Я понимаю вас, — продолжила я, — но в данный момент у меня даже нет места, где я бы могла хранить вещи. Помимо этого, когда Лютц пришёл на встречу со мной, ему сказали ждать меня за воротами храма. Полагаю, что это тоже пример бестактного, неуважительного отношения.
— Даже если гость ожидает за воротами не долго — это не то отношение, которого достойны гости жрицы в синей робе — сказал он и выражая усталость, начал потирать виски. — Я поговорю с привратниками, что бы они провожали ваших посетителей в комнату ожидания.
Похоже, что с простыми посетителями обращаются не так, как с посетителями пришедшими к священнику в синей робе. Вообще, это выглядит так, словно он напоминает себе, что я не просто обычная девушка, а ученица в синей робе.
— …Отец Фердинанд, — вежливо начал Арно, — не могла бы сестра Мэйн пользоваться кабинетом директора детдома? Он находится достаточно далеко от жилищ знати, а помимо этого, раньше им пользовалась жрица в синей робе, так что это будет как раз для Мэйн.
Когда он сказал это, другие священники в комнате начали еле заметно перешёптываться. Главный священник застыл с задумчивым видом, но спустя мгновение, одобрительно кивнул.
— Отлично. Мэйн, вы можете пользоваться кабинетом директора детдома. Используйте его для приёма гостей и переодевания. Когда вы закончите с работой, Фран проводит вас к нему.
— Извините если я требую выше дозволенного, — издалека начала я, — но можно ли мне отправится туда раньше? Лютц прибыл со мной, чтобы проконсультироваться с Франом, на тему моего здоровья. Им понадобиться место, где они могли бы говорить, не создавая никому неудобств.
Я думала, что мои слова изменят его мнение, но в ответ, он отрицательно покачал головой.
— Кабинет директора давно не использовался и без генеральной уборки там делать нечего, так что вам придётся подождать. Раз уж вы работаете именно в этом помещении, то пусть ваш гость говорит прямо тут. Фран, отведите его к тому столу.
— Спасибо, отец Фердинанд, — отблагодарил его Фран.
Фран и Лютц подошли к столу, на который указывает главный священник. Наблюдая за тем, как они шли, я обнаружила, что Гил, изнемогающий от скуки, последовал за ними.
— Отец Фердинанд, — обратилась я, — если моя комната в настолько плохом состоянии, то разве это не повод отправиться туда и заняться её уборкой? Поскольку мне нужно работать, я не могу это сделать, но я могу поручить это Гилу.
— Что? Мне? — удивлённо воскликнул Гил.
Гил, потрясённый услышанным, тычет указательным пальцем в свою грудь и судорожно смотрит по сторонам, желая убедиться, действительно ли я говорила о нём. Священники, услышав моё заявление, смотрят друг на друга в шоке.