Белая весна

До дна он так и не доплыл. У юноши просто остановилось сердце от боли. Вольная приняла его – и мягко понесла вниз, баюкая в своих объятиях. Еще одна жертва братоубийственной войны. Не последняя…
Но – оправданная.
Водный огонь загорелся.
* * *
Ожидание…
Тяжелое, липкое, муторное, ползущее, словно беременная улитка по камням, – оно выматывает и раздражает. Давит и мучает, издевательски стоит за плечом, потирает руки, поскрипывает суставами…
Я тебя все равно измотаю, человек…
Кто-то курит, кто-то пытается движениями сбить напряжение, чистит пистолет, ходит взад-вперед.
Логинов словно окаменел.
Статуя человека. И только ночной ветер треплет волосы.
Ас-Дархан – это река, ее притоки, ответвления, каналы, даже небольшой остров. Забавно, правда?
Но именно на острове строились торы. Элитное место. И именно на острове расположился Комитет Освобождения. Так безопаснее, и к ним никто не подберется незамеченным. А если что – есть корабли. С доверенными капитанами, которые мгновенно примут на борт и уплывут подальше от опасности.
Но если вода становится ловушкой?
Логинов отлично понимал: достаточно одного бочонка. Лишь одного, который будет открыт и подожжен в нужном месте. Он сработает детонатором для остальных, а дальше процесс будет не остановить. Он ждал. И…
Сначала светлое пятно показалось ему миражом. Досмотрелся…
Но тут вскрикнул Алексеев, потом кто-то еще…
Все верно.
Корабли горели.
Горела сама Вольная, горела – и несла огонь вниз и вперед. К устью.
На остров.
Анатолий усмехнулся, показывая клыки, и кивнул Илье:
– Давай. Можешь начинать!
Алексеев себя ждать не заставил. Вскочил и умчался к своим людям. Спешить особенно некуда, как раз, пока он доберется до позиций, пока они пойдут на штурм…
Логинов не сомневался, он будет успешным.
Пятно огня разрасталось, становилось все шире и шире, ярче и сильнее, крики были слышны даже здесь, кто-то ударил в колокола… пусть горят, сволочи!
* * *
Илья недовольно поморщился.
Он бы предпочел средь белого дня, с саблей, верхом, на врага…
Логинов не поднимал его на смех. Знал, но промолчал. И высказался один раз, едко и зло.
Кавалерию – на пулеметы? Лучше сам сдохни, не гробь людей своим кретинизмом.
Илья понимал, что это правильно. А потому – вот так. Ночью, в темноте, в тишине, но по возможности быстро. Сейчас они посеяли в городе панику и на какое-то время лишили освобожденцев руководства. Илья знает, сейчас, выше по течению, в воду льются бочки с нефтью. Вольная поможет… горят корабли, загорится сама река. Никто из освобожденцев живым не уйдет.
Для реки это плохо, конечно, но какая разница?
Будут живы – все поправят. Погибнут – так хоть освобожденцам напоследок напакостить. Сволочам таким… Вот и их позиции.
Колючая проволока, пулеметные гнезда – хорошо окопались. И если бы их еще с воды прикрывали, вообще были бы непобедимы. Но сейчас…
Сейчас им не до врага.
Илья и сам не поверил в такое везение, но…
Когда загорелись корабли!
Когда все начальство оказалось в огненной ловушке на острове!
Когда руководить стало фактически некому… что сделали освобожденцы? Да кто – что!
Кто раскрыл рот и смотрит на происходящее в городе. Кто мечется, кричит, отдает какие-то нелепые приказы. Кто вообще под шумок удирает… да, и это тоже было. Понимают, что если там – такое, то и здесь скоро начнется. А голову класть неясно за что не хочется…
Что ж.
Пусть их, трусов. А те, кто остался… гранаты делать достаточно просто. Взрывчатка плюс поражающие элементы. К примеру, можно к динамиту добавить горсть обыкновенной гальки, только не особенно крупной. Просто нагрести в карманы на реке…
И поверьте, галька отлично сработала.
Взрывы расцветили ночь.
Дальше было проще. Перерезать колючую проволоку, захватить пулемет, хотя бы один, пока освобожденцы не опомнились, – и очередью, очередью по сволочам!
И стрелять!
Пусть не все хорошо стреляют! В авангард Логинов выделил тех, кто умел. И патронов жалеть не стал.
Илья шел впереди и был счастлив.
За Анну!
За Георгия!
За Алексеевку, родителей, сестру, за Русину, за все!!! За весь мир, который рухнул в бездну, вы мне ответите, сволочи! Кровью ответите…
И освобожденцы отвечали.
К утру Ас-Дархан был взят войсками генерала Логинова.
* * *
– Да, реку мы испоганили. – Логинов печально смотрел на обгорелую пристань. Хорошо, хоть каменную, была бы деревянная, новую пришлось бы строить, но и камни огонь облизал со всей жадностью. И кое-где нефть еще горела.
Илья только плечами пожал:
– После войны справимся.
– Это понятно… каковы наши потери?
– Около шестисот человек.
Много, неоправданно много, но не всем так повезло, как Илье. Где-то и стреляли, и дрались всерьез, а кто и от огня пострадал. Водяной огонь, знаете ли…
Выпущенный на свободу дракон не станет разбираться, свои там или чужие. Он всех скушает.
Флота у освобожденцев попросту нет. Нефти вчера вылили… Логинов даже не знал сколько. Очень много. Там все горело.
Остров?
Тоже никто не спасся.
И город сильно пострадал, но Ас-Дархану не впервые. Отстроится и будет еще красивее прежнего. Зато цель достигнута. И Логинов уже дал приказ отправить телеграмму Валежному.
Вольная теперь в их руках.
Если два генерала не промахнутся и дальше, если будут действовать согласованно – Освобождению придет конец уже к следующей зиме. Но что потом?
Потом – будет видно. Найти худшего правителя, чем Петер, это еще очень надо постараться. В крайнем случае, править будет совет. А кто будет сидеть на троне – не важно. Хоть чучело посади, лишь бы оно не вмешивалось в дела государственные, как тот же Петер.
Вот сам Логинов никогда в них не лез.
Полками командовал, и неплохо. Воевать умел. Что дано, то дано. А политика… грязно это. Типа клетки с крысами, куда рукой ни поведи, все равно цапнут. Но…
Когда ему пришла телеграмма от Калинина, когда ему предложили поддержать восстание, Логинов ответил отказом. Просто из брезгливости.
Встал под знамя?