Цветок империи

Ремесис ликовал от этого союза, и они не могли встать на пути магии и своих чувств.
– Я снова…
Виктор прижал палец к ее губам.
– Юви, имей совесть.
– Я бы никуда не уходила, вечность бы тут провалялась.
Виктор крепко обнял ее.
– Попробуй теперь куда-нибудь уйти, – усмехнулся он.
Юви хотела съязвить, но не успела от переполнивших ее чувств. Лишь крепче прижалась к нему.
Ей стоило все ему рассказать, о своей миссии, о Роши и об отце, об Адоре. Но она была так счастлива, что не хотела омрачать время, проведенное вместе.
В час перед рассветом им все же пришлось расстаться. Виктор взял с нее обещание не предпринимать никаких шагов, пока они не придумают, как быть.
Для себя Юви решила, что разведает местонахождение Белой и Желтой Тейр, а потом вернется к Виктору.
На прощание он дернул за связывавшую их магическую ниточку.
– Больше не прячься от меня, хорошо? – нахмурившись, попросил он, нависая над ней.
– Не буду, – улыбнулась Юви, уткнувшись носом ему в грудь.
– Если Октавиан, не приведи ремесис, обидит тебя, сразу дай мне знать. Это понятно?
Она лишь кивнула.
– Виктор, я должна тебе кое-что сказать. Роши… моего брата нет в живых. Ключ украла я и только я.
Она взяла Виктора за ладонь и вложила в нее реликвию.
– Пусть этот ключ будет у тебя.
Меньше всего ей хотелось, чтобы такая сила находилась под крышей императорского дворца. Тем более, Юви все больше убеждалась, что именно Виктор достойный наследник, способный возродить ремесис, не она.
– Что это значит? Юви, я видел твоего брата своими глазами. В ту ночь, когда погибла Лали.
– Как это может быть, Виктор? Роши мертв! – забеспокоилась Юви.
– Я постараюсь узнать, в чем дело. Если бы ты открылась мне сразу!
– Или если бы ты сам был более дружелюбным! – вскинулась она, заставив Виктора рассмеяться.
– Ты такая грозная, госпожа Нетак.
– Между прочим, мы еще не обо всем поговорили, господин Никак! – Она отстранилась и посмотрела в сверкающие черные глаза. – Но пока меня заботит еще один вопрос. Твоя сестра, Дженни… Нам надо вызволить ее из Дворца. Она, как и другие девушки, околдована Сокровищницей. Мне пришлось оставить ее там, перед покоями Императора. Она наотрез отказалась уходить, и я решила отступить.
– Тебя Октавиан тоже околдовал? – тихо спросил Виктор, игнорируя замечание про Дженни.
– Я уже говорила!
– Но без подробностей.
– Нет, я не была у него. Между нами ничего не произошло, ты же сам знаешь! А теперь мне пора.
– Хорошо, Юви. Но он не должен знать про твой ремесис. Иначе он ни за что тебя не отпустит.
Виктор достал ключ, желая призвать стража, но Юви остановила его.
– Я пойду пешком. Хочу прогуляться. Мы неплохо подружились с этим ключом, но ты управляешься с ними гораздо лучше.
– Все дело в самоконтроле, Юви. И тебе не помешало бы этому научиться.
– Я и так умею…
– Проверим завтра. Встретимся здесь же, и я покажу тебе пару приемов в управлении ремесисом.
Юви улыбнулась и пошла прочь от пристани.
По пути она не могла перестать глупо улыбаться, вспоминая каждое прикосновение Виктора. Все это казалось сном, от которого не хотелось возвращаться к реальности. Слишком уж сладко спалось.
Но когда она возвращалась мыслями во Дворец Сокровищ, улыбка меркла. Она почти поддалась на игру Октавиана. Она открыла дверь в его спальню. И шагнула внутрь.
Вот только Император спал глубоким сном, охраняемый золотыми стражами.
Ей было сложно забыть злобный взгляд Дженни, когда сестра Виктора ворвалась в спальню и устроилась в изголовье императорской кровати, охраняя Октавиана не хуже стража.
– Он должен отдохнуть, – заявила она, поглаживая Императора по светлым волосам. – А тебе лучше уйти отсюда, пока не появилась леди Малис. Юви, у тебя нет ни малейшего шанса, когда за мной столь могущественный покровитель.
Юви не могла поверить своим ушам.
Как же слаба она была в тот момент. Юви могла убить Императора – или хотя бы попытаться. А если бы применила последний танец… никакие стражи бы ее не удержали. Глубоко внутри она знала, на какое разрушение способна. Не созидание ремесиса, а нечто столь страшное, что могло забрать с собой не только ее, но и королевство. Об этом не догадывался никто. Даже отец не понимал природы женского ремесиса.
А насколько хорошо она знала отца? Он не посвящал ее во все планы. Было ли ему что-то известно про Роши? Возможно, лишь Кортис мог дать ей ответы, и придется снова выйти с ним на связь. Хотя их прошлая встреча закончилась трагедией. Повсюду ее окружали одни обманщики. И только Виктор оказался спасительным маяком в этом море лжи.
А Император? Что она знала о нем? Был ли он сыном своего отца или просто попавшим в капкан юношей? Все эти вопросы и не давали ей совершить последний шаг.
Когда она свернула с тропы и поднялась по каменным ступенькам, ведущим в дворцовый сад, навстречу ей выбежал не кто иной, как Октавиан.
– Юстиана! Где ты была?
Он подскочил к ней, взял за обе ладони, поднося их к бледным дрожащим губам, на которых не осталось ни следа улыбки, после чего крепко обнял Юви, не переставая гладить по волосам – которые предусмотрительно остриг ей Виктор. Они вновь были длиной до плеч и непроглядно черного цвета, как у коренных мартимьянок.
Она отстранилась.
– Октавиан, что случилось?
– Да ты еще спрашиваешь! Нет, она еще спрашивает!
Он взмахнул рукой в неопределенном жесте, словно адресовал свои возмущения небесам. Будто повинуясь ему, из-за пушистого куста вышел лев, один из хранителей пещеры.
– Не подумай, что я навязываюсь, но мне хотелось бы знать, что ты под надежной защитой.
Юви покосилась на льва, вспоминая, с какой легкостью он подминал под свои лапы девушек в сокровищнице. О какой защите могла быть речь. С одной стороны шпионка фениксов Адора, которая собирается «решить с ней вопрос», со второй – полоумная Дженни с бабкой Императора в качестве своего союзника. По какому пути не пойди, все равно угодишь в неприятность.
Октавиан повел Юви к Дворцу, не выпуская ее ладонь ни на секунду.
– Когда я проснулся, тебя не оказалось рядом! И это нормально? Да я весь дворец на уши поставил. А тебя нет. Я думал, ты ушла. Насовсем. Сбежала от меня. Или тебя похитили! «Журавли» снова зашевелились, и мне пришлось приложить больше усилий к их поимке.
Внутри у Юви все свернулось в клубок.