Номер Один (СИ)

— Он будет в порядке, если тебя не будет рядом, — повторила женщина. — Уходи.
— Я никуда не уйду, — повторила я осипшим голосом.
— Тогда я вызову охрану, — женщина потянула меня за толстовку сына, в которую я была одета. Миссис Хартер вытолкнула меня в другую часть коридора.
— Тетя Нэнси, я умоляю вас, пустите меня к нему!
Развернувшись, я снова направилась за ней, но перед глазами окончательно все поплыло. Оперившись ладонью о дверь, я коснулась рукой лица.
— Мисс, вам плохо? — последнее, что я услышала, прежде чем провалилась в темноту.
  
Глава 22
 
Кристина
Открыв глаза, я обнаружила, что лежу в стерильной палате. Справа от меня находилась стойка с капельницей, а у окна стояла медсестра. Было темно, я бросила взгляд на часы у стены, на которых показывало девять.
— Почему я здесь? — хрипло прошептала я, чувствуя привкус крови во рту. Ужасно хотелось пить.
— Вы проснулись, — улыбнулась медсестра. — Осторожно, не так быстро, — предупредила она, кладя ладонь мне на плечо.
Девушка протянула мне стакан с прохладной водой.
— Ваши родители скоро приедут, — заботливо добавила девушка. Откуда она может знать, кто мои родители? — Звонили из вашего дома.
— Я бы хотела уйти… — в палату вошли отец и мама. Отец бросил на меня презрительный взгляд и кивнул медсестре, а мама напротив, подбежала ко мне сразу же, сжимая в своих объятиях.
— Мама, ты знаешь, что с Брэндоном? — отчаянно спросила я. Мама покачала головой, отворачиваясь. — Меня не пустили к нему.
— Мы хотели бы забрать дочь домой, — отрезал отец.
— Подождите, — покачала головой девушка. — Все не так просто.
Отец сузил глаза в подозрительном прищуре. Я приподнялась на локтях, внимательно слушая медсестру. Что опять не так?
— Ваша дочь беременна, — спокойным тоном объявила она.
— Что, простите?! — севшим голосом, протянул отец, округлив глаза.
— Я говорю, ваша дочь — беременна, — повторила медсестра. — Срок совсем маленький, но ей уже сейчас необходим должный уход. Девушка сильно истощена.
Она повторяла слово за словом какие-то рекомендации, а я все смотрела куда-то вдаль, думая, что все это происходит не со мной. Я не готова к детям. Разве такое могло произойти со мной? Это даже звучало как-то неправильно. Я видела наполненный яростью взгляд папы и отчаяние мамы, но они старались не подавать виду на людях, сдерживая эмоции. Прикрыв глаза, я вжалась в подушку, желая, чтобы все это было страшным сном. Они никогда бы мне такого не простили.
— Вы серьезно?! — слова отца были похожи на рычание. — Моя дочь — несовершеннолетняя!
Папа нервно прикрыл глаза, а затем приложил кулак ко рту.
— Я все понял, — спокойно добавил он, выдохнув. — Мы можем забрать дочь домой?!
Медсестра кивнула.
В машине на меня давила гнетущая тишина. Я знала, что это было затишьем перед бурей. Они не позволили мне задержаться в клинике. Брэндон лежит в больнице, и я понятия не имею что с ним. Он бы помог мне справиться с беременностью, мы бы оба придумали что делать. Как и всегда. Я ощущала себя бесконечно разбитой и одинокой. Прикрыв глаза, я сделала вдох, мне так не хватало воздуха.
Отец ударил меня по лицу, как только мы переступили порог дома. Такого никогда не было прежде, от удивления и сильного удара я сразу же упала на пол и ударилась о ножку дивана в гостиной. Я прижалась ладонью к щеке, которая ужасно пульсировала от жгучей боли. Ком вперемешку с тошнотой подступили к горлу. В ушах звенело, мама что-то кричала отцу, замахнувшемуся на меня снова, но я их слышала слабо. Сделав несколько шагов, папа остановился у стены с камином, и оперился о полку. Желваки на его скулах заиграли, ярость была заметна даже с того расстояния, с которого я смотрела на него с другой стороны комнаты. Мама подняла меня с пола и заботливо усадила на диван, приближаясь к гневному отцу. Я не могла сейчас злиться на него, ведь в глубине души сама винила себя за то, что попала в такую ситуацию.
— Один вопрос, — он сказал это сквозь зубы. Его голос был негромким, но достаточный гневным, чтобы меня пронзило волной страха. — Ты знала? — он выплюнул этот вопрос в воздух, не глядя в мою сторону.
 
— Нет, — ответила тихо. Отец зажмурил глаза и сжал ладонь в кулак.
— От этого парня? — спросил он снова. Мама возмущенно фыркнула, обнимая меня за плечи.
— Да. — Это было похоже на допрос.
— Что за вопросы ты задаешь девочке, как тебе не стыдно? — возмутилась мама, прижимая меня к себе.
— Мне не стыдно?! — наконец, отец развернулся. — Это тебе должно быть стыдно, что ты воспитала шлюху!
Я застонала от боли из-за его слов, сильнее прижимаясь к маме. Она встала, осторожно расцепив кольцо рук и направилась к отцу.
— Не смей так высказываться о моей дочке, тебе понятно?! — кричала мама.
Прикрыв уши ладонями, я почти что вросла в диван. Это было слишком ужасно, чтобы быть правдой.
— Твоя дочь — малолетняя распутная девка, — яростно отчеканил он. — Этот ублюдок заделал этой дуре ребенка, а я значит стал плохим? И ты знала, — он посмотрел на мать. — Я его уничтожу… — отец ударил по стене со всей силой. — Звони немедленно в школу!
Я потрясла головой от неожиданной смены настроения отца. Что он собирался сделать?
— Не надо, папа, пожалуйста, — всхлипнула я, сползая с дивана.
— Я не могу ничего сделать из-за того, что моя дочь такая дура, — громко выдохнул он. — Что скажут люди… деловые партнеры…
— Ей скоро исполнится восемнадцать, — неожиданно добавила мама. Папа недоумевающе поднял бровь. — Брэндон — очень перспективный парень, мы можем поженить их летом, сразу же после окончания школы…
Отец громко выругался, не обращая внимания на все нормы морали. Рабочего персонала дома не было, и он больше не сдерживался.
— Что, что? — истерический смех. — Какая прелесть. Поженить, — громко рассмеялся отец. Это выглядело… зловеще. — А потом ты станешь доброй бабушкой, да?
— В этом нет ничего плохо, Ричард! — запротестовала мама.
— На жизни и карьере этой идиотки поставлен крест, а ты говоришь, что нет ничего плохого? — ухмыльнулся он. — Правда?
— Папа…
— Заткнись! — папа пригрозил мне кулаком. Я давно не плакала, и сейчас во мне бушевала ненависть за все те слова, что он говорил обо мне.
— Мне звонили из школы, — спокойно продолжил он спустя несколько секунд. — Этот идиот, Дженсен, хочет подать заявление на школу за избиение его дебильного сына. — язвительно фыркнул он. — Я бы и сам его избил, но увы… Директор просит о помощи, ведь Хартер у них видите ли лучший выпускник, стипендиат. Куда это он поступил, — отец нарочито задумчиво покачал головой. — В Калифорнийский в Беркли. Еще бы… А моя дочь…
— Отец, это он напал на Брэндона сегодня, — громко заявила я, но меня слушала только мама.
— Мне плевать кто на него напал, — отрезал отец. — Меня это не волнует. В этой истории не самым лучшим образом фигурирует имя моей безмозглой… а теперь еще и беременной, — брезгливо добавил он, нервно закатывая глаза, словно это слово отравляло его, — дочери.
— Папа, это несправедливо!
— Пошла вон! — громко добавил он, приближаясь ко мне. — Не хочу тебя видеть.
Мама покачала головой, чтобы я согласилась и не перечила отцу. Глотая наступившие на глаза слезы, я опрометью побежала наверх, задерживаясь на последней ступеньке. Все было так прекрасно еще несколько дней назад. Я мысленно стала соглашаться с каждым словом своего отца по поводу моего поведения, ведь я никогда бы не позволила себя подобного если бы у меня было хоть чуточку больше мозгов. Дура.
— Позвони своим знакомым из клиники в Лос-Анджелесе, — наконец тихо добавил отец. По телу пробежали мурашки, спазм сдавил горло и успокоившись, я стала прислушиваться к их разговору.
— О чем ты? — голос мамы был надломленным.
— Пусть сделают то, что нужно, — тихо добавил он резким тоном.
— Ты обалдел, я не позволю! — голос мамы перешел на высокие тона.