Один

Опираясь на результаты этого теста, можно смело говорить — выбранные нами специалисты смогут справиться со сложностями. В то же время военные, которых нам рекомендовали, не в состоянии устранить проблемы, которые непременно возникнут на месте, в Алькари.
Иначе говоря, последние будут просто балластом, не способным чем-то помочь экспедиции. Они будут полезны разве что только в качестве неквалифицированной рабочей силы. Однако этим может заниматься любой из отобранных людей экспедиции, ‒ Браун облегченно вздохнул и продолжил:
— Ну а теперь, когда, я надеюсь, вопрос с профессиональными военными закрыт, я перейду к другим вопросам. В частности, к той трагической ошибке, которая привела к гибели людей, находившихся на орбите…
Так, понятно. Получается, «симуляция» — некая ситуация, в которую забрасывали испытуемых, чтобы проверить, как они справятся с заданием.
Однако часть вопросов у меня все же осталась. К примеру, Давид голосил, что он находится в «симуляции», но с чего он это решил? Да, Браун говорил о том, что они могут заставить человека поверить в реальность происходящего. Но, как я понял, симуляции были достаточно короткие и подразумевали тестирование испытуемых в ситуациях, когда возникала некая поломка, неисправность или сложность. И именно эту задачу должен был решить человек. Так почему…
На всякий случай я промотал запись и, как оказалось, не зря — там был еще один выпуск.
— Добрый день. Добро пожаловать на наш канал, посвященный будущей экспедиции. Несколько выпусков назад я рассказывал об эксперименте, который мы провели. Коротко напомню его суть: несколько добровольцев в симуляции должны были решить те или иные сложности, возникшие по прибытию в Алькари. Результатом теста стало то, что военные его полностью провалили, ‒ Браун выдержал паузу, давая зрителям время, чтобы переварить сказанное, и продолжил:
‒ К сожалению, наш тест почему-то показался некоторым политикам и генералам «оскорбительным». Видите ли, мы заставили военных заниматься совершенно иными задачами, чем те, к которым их готовили.
Как выяснилось, наличие профессиональных военных необходимо на случай бунтов, массового помешательства, встречи с недружелюбно настроенными инопланетянами и тому подобных маловероятных ситуаций.
Я не могу представить, почему и по какой причине начнутся те самые «массовые помешательства», или же в связи с чем может возникнуть бунт. И уж вовсе молчу о ситуации, когда наши добровольцы в Алькари столкнутся с совершенно иным разумом. Я очень сомневаюсь, что в таком случае несколько сотен военных смогут хоть что-то противопоставить таким «врагам». Однако так как на меня и моих заместителей продолжается оказываться давление с целью принуждения нас к тому, чтобы включить в состав экспедиции профессиональных военных, мы решили провести еще одно тестирование.
Оно будет гораздо более обширным и длительным. Суть его будет заключаться в следующем: мы включим в тестирование около сотни специалистов из различных областей, также будет участвовать и около ста добровольцев из военных. Причем их отбор мы оставляем на усмотрение тех, кто сомневается в наших методах. Пускай сами выберут лучших, и мы посмотрим, как эти «лучшие» справятся с задачей, ‒ Браун усмехнулся, давая понять, что прекрасно знает, какой будет результат.
— В этот раз нами достигнуто соглашение с чиновниками — если и этот тест покажет несостоятельность военных, то вопрос об их включении в состав экспедиции будет, наконец, снят. А теперь я постараюсь подробно объяснить то, что нами запланировано.
Итак. Мы будем использовать несколько различных сценариев для проверки наших кандидатов. Я перечислю несколько из них.
Первый — это все тот же бунт. Мне тяжело представить его причины, но именно на таком сценарии настаивают политики. Считаю, что этот сценарий будет провальным, так как тестируемые люди сразу же усомнятся в его реалистичности.
Второй — это противостояние людям какого-то одного из государств, посчитавшего, что может единолично распоряжаться всем добытым в Алькари. На мой взгляд, такое вполне возможно. И я уверен, что наши кандидаты смогут справиться с данным сценарием намного лучше других.
Далее, мы использовали сценарии с «сумасшествием», неким «заболеванием», так же будут сценарии, в которых наши добровольцы столкнутся с чужеродным разумом, иначе говоря, вынуждены будут вести боевые действия против инопланетян, ‒ доктор Браун откровенно улыбнулся.
— Я понимаю, насколько бредово звучат все эти сценарии, и поэтому вынужден повториться — все это не наша инициатива и лично я, как и многие мои сотрудники, считают проведение такого теста лишней тратой времени, которого у нас и так мало…
Я поставил запись на паузу. Вот, значит, о чем говорил Давид. Похоже, он был одним из «кандидатов», которых тестировали с помощью подобной симуляции. И, судя по всему, он, столкнувшись сейчас с Дэворарами, пребывая в состоянии шока, считает происходящее как раз таки симуляцией. Он уверен, что если провалить задание, иначе говоря, умереть, то очнется на Земле, в капсуле виртуальной реальности.
Хреново…если эта идея не оставит Давида — толку от него будет мало. Нужно будет либо постоянно следить за ним, чтобы не покончил с собой, либо и вовсе он ничем нам помочь не сможет, превратится в балласт. Что можно поручить сумасшедшему, который не верит, что находится в реальности?
Я уж хотел было продолжить просмотр, но не успел.
— Честер! — дверь открылась и на пороге появилась Нора.
— Что случилось?
— Давид очнулся, — сказала она, — вроде как спокойнее стал. Пошли, пообщаемся с ним.
— Идем, — я поднялся с койки.
С Давидом поговорить мне очень хотелось. К нему было множество вопросов, на которые я бы хотел получить ответы.
 
    
Глава 16. Ответ «Техников»
— Ему нужен отдых, так что не сейчас! — путь в медотсек мне преградила невысокая, худенькая Чиа.
— Ты не понимаешь! — я попытался отодвинуть ее от двери, но кореянка уцепилась в дверь словно клещ.
— Все я понимаю! — зло прошипела она. — Ты сам видел его состояние! Он вообще не понимает, где находится! Думает, что все вокруг ненастоящее. Дай ему отдохнуть, прийти в себя! Уверена, что он оклемается, но на это нужно время. Хотя бы отложи свои вопросы до завтра.
— Он уже начал работать! — ответил я. — И уже почти расшифровал нужные нам данные. Если сегодня закончит — уже через день-два у нас будет защита от «техников». Они ничего нам не смогут сделать!
Нора после моего спича удивленно уставилась на меня, я же взглядом дал ей понять, чтобы молчала.
— Я все понимаю, — не уступала Чиа, — и понимаю, как важно то, что он должен сделать. Но повторяю еще раз: он и так на грани. Какой от него будет толк, если он окончательно слетит с катушек?
— А где гарантии, что он завтра придет в себя? Может, это случится через неделю или месяц. А может и вовсе никогда!